Чёрный дождь

Чёрный дождь, иногда се́рый или гря́зный дождь — одна из разновидностей цветного дождя; в узком смысле слова: природное или техногенное явление, при котором жидкие осадки, выпадающие из облаков, имеют заметную чёрную, серую или буровато-серую окрашенность. Как правило, такие дожди (или снег) состоят из обычных капель воды, содержащей в себе примеси вулканического пепла, сажи, копоти, космической пыли или частиц тёмной почвы (песка), захваченного сильным ветром или восходящими потоками. К примеру, 9 ноября 1819 года в Монреале (Канада), выпал чёрный дождь. Похожий случай наблюдался также 14 августа 1888 года на мысе Доброй Надежды. 29 апреля 2020 Черный дождь наблюдали в Чувашии; синоптики объяснили, что такое явление связано с резкими порывами ветра, которые приносят из центральных регионов России тёмный песок; именно он, смешиваясь с водой, дал такой оттенок.

«Чёрный» дождь

Между тем, очень часто в художественной литературе словосочетание «чёрный дождь» не несёт в себе точной информации, представляя собой только метафору, мрачный, зловещий или мистический образ.

Чёрный дождь в публицистике и документальной прозеПравить

  •  

В Уильтшире (Aнглия) прошел чёрный дождь, покрывший как чернилами пространство в десять десятин.[1]

  — газета «Раннее утро», апрель 1914
  •  

В новом русском городе Львове наблюдалось необычайное явление ― шел «чёрный дождь». На светлых одеждах оставались после дождя черные пятна сажи. Причина этого вероятно, в том, что ветры нагнали большие массы дыма.[2]

  — газета «Всеобщая маленькая свободолюбивая Петроград», май 1915
  •  

Налево, как конусы маленьких вулканов, один за другим вдоль каменного мола высятся массы буро-черной земли. Огромные экскаваторы медленно, гордым движением своих пастей захватывают из вагонов тонны руды, высоко поднимают ее к небу, потом со скрежетом изрыгают черным дождем на вершину конуса. Но к ним протягиваются и другие пасти. Они, в свою очередь, захватывают так же спокойно и медленно черную землю, тихо поворачиваются к грязным «иностранцам», стоящим некрашеными и немытыми у прикола, и с шумом и пылью опускают бурочерную землю в глубину их черных и темных трюмов.[3]

  Александр Ферсман, «Воспоминания о камне», 1940
  •  

А у тебя двор-колодец, наверное вообще целый день ― только при свете. Вот откуда наша шизофрения, проросшая в великую литературу. Вовсе не от миражей и призраков белых ночей, а от черных дождей и худосочного, бледного электричества. Это электрический свет порождает городскую фантасмагорию. Электрический свет, темнота, дворы, переулки, парадные.[4]

  Андрей Столяров, «Наука расставаний», 2002
  •  

Действительно, подобные явления происходят по всему миру. В феврале 2004 года на границе Польши и Украины шел снег оранжевого цвета. Причину странного явления до сих пор не выяснили. В 2001 году жители Забайкалья и Хабаровского края России наблюдали желтый, зеленый и оранжевый снег. Местный Гидрометцентр убеждал, что в этом виноват циклон из Китая и Монголии, где прошли сильные пылевые бури, поднявшие пыльцу растений и песчинки. А во Владивостоке выпал даже чёрный снег.[5]

  — «Вечерний Харьков», Цветные осадки, 2008
  •  

Во многих районах Чувашии накануне прошел «чёрный дождь». Видео с водой черного цвета, стекающей по водостокам, появилось в социальных сетях. Кроме того, пользователи писали, что из-за ливня ухудшила видимость на дороге, а капли дождя черной жижей оседали на поверхностях. Особенно это было хорошо видно на автомобилях. Многих жителей республики это природное явление насторожило, и они посчитали его аномальным.
Между тем синоптики заявили, что ничего страшного в нем не было. По словам начальника отдела метеопрогнозов Нижегородского гидрометцентра Ольги Мокеевой, черный дождь может объясняться сильным ветром, который подхватил пересохший чернозём, который затем выпал на землю вместе с влагой из облаков.[6]

  — В районах Чувашии прошёл «чёрный дождь», 20 апреля 2020

Чёрный дождь в мемуарах, беллетристике и художественной литературеПравить

  •  

Тускло глядит мертвым глазом бесконечно долгая северная ночь. И льют ли беспредельные черные осенние дожди, носятся ли, изгибаясь и белея, метели, разговаривают в трубе, раскалывают бревна в срубе, приникая безжизненным призрачно-фосфорическим лицом к морозным стеклам, все равно в комнате ― одиночество, молчаливо прислушивающееся к остановившимся часам жизни с замершим на полувзмахе маятником. И весь день стоит налицо ― печальный, задумчивый, ибо не настоящее он. И нет любви, нет радости, не бьется навстречу счастью сердце.[7]

  Александр Серафимович, «У холодного моря», 1909
  •  

Не теряя памяти, что на дворе жарко, что стоит длинный голодный день и что его ударил горбатый, Саша видел отца на озере во влажном тумане: отец скрывался на лодке в мутные места и бросал оттуда на берег оловянное материно кольцо. Саша поднимал кольцо в мокрой траве, а этим кольцом громко бил его по голове горбатый ― под треском рассыхающегося неба, из трещин которого вдруг полился чёрный дождь, ― и сразу стало тихо: звон белого солнца замер за горой на тонущих лугах. На лугах стоял горбатый и мочился на маленькое солнце, гаснущее уже само по себе.[8]

  Андрей Платонов, Чевенгур», 1929
  •  

Кречмар ходил взад и вперед по длинному белому коридору больницы, отправлялся курить в уборную и потом опять шагал, сердясь на румяных шуршащих сестер, которые все пытались загнать его куда-то. Наконец из ее палаты вышел ассистент и угрюмо сказал одной из сестер: «Все кончено». У Кречмара перед глазами появился мелкий чёрный дождь, вроде мерцания очень старых кинематографических лент. Он ринулся в палату. Оказалось, что Аннелиза благополучно разрешилась от бремени.[9]

  Владимир Набоков, «Камера обскура», 1933
  •  

О мудрости этой простой женщины, какой-то бывшей или сущей проститутки ― ибо никаких женщин, кроме проституток, в то время в этих краях не было, ― вот о её мудрости, о её великом сердце я и думал, и шорох дождя был хорошим звуковым фоном для этих мыслей. Серый каменный берег, серые горы, серый дождь, серое небо, люди в серой рваной одежде ― всё было очень мягкое, очень согласное друг с другом. Всё было какой-то единой цветовой гармонией ― дьявольской гармонией.[10]

  Варлам Шаламов, «Колымские рассказы», 1961
  •  

В руке у него была тросточка с ручкой из слоновой кости, и, войдя, он сейчас же прислонил её к стене. И этот жест, почти машинальный, спокойный, очевидно, очень привычный, сразу же запомнился Ганке. В то время прошёл небольшой быстрый дождь, насквозь пронизанный солнцем и ветром, и на драповом пальто и серебристой шляпе гостя лежали чёрные капли дождя. Гость снял шляпу и отряхнул её. Потом он снял пальто; под ним оказался почему-то очень приличный, но всё-таки никак не костюм, а просто комбинезон синего цвета.[11]

  Юрий Домбровский, «Обезьяна приходит за своим черепом» (часть 2), 1964
  •  

Люди уже не успевали хоронить мертвых, но успели изодрать в клочья, сжечь, испепелить, развеять дымом все живое на многие версты вверх и вниз по великой реке. Мелькали дни с черными дождями, пыльными бурями, а схватки за Царицын не остывали. Дивизия Азина при поддержке военной флотилии сковала армию барона Врангеля и генерала Сидорина; они не могли перебросить свои части под Орёл и Кромы, на помощь Деникину.[12]

  Андрей Алдан-Семёнов, «Красные и белые», 1973
  •  

Что случилось? Месячник экономии электроэнергии на смену месячника пристегнутого ремня? Богатая все-таки у нас жизнь, не дает застояться. Но ехать было трудно, тем более, что аккумулятор включился в игру и не давал фарам энергии. И в домах черно, и черно небо, и чёрный дождь лупит в лобовое стекло, и черные люди выметываются из-под колес. Похоже, тут достигнут некий абсолют, нужный властям, но смысл его от меня ускользает.[13]

  Юрий Нагибин, «Дневник», 1978
  •  

После этого он неожиданно притянул одну из веток, нависающих над его головой, и стал бросать в рот, посасывая и причмокивая, мокрые продолговатые ягоды шелковицы.
― А ну, тряхни! ― сказал кто-то из сидящих впереди. Всадник покрепче ухватился за ветку и несколько раз тряхнул ее. Черный дождь шелковиц посыпался вниз. Впереди образовалась небольшая суматоха, и писарь, заметив ее, направил на всадника осуждающий взгляд. Дядя Сандро с усмешкой отметил, что писарь старается придать своим глазам такой же блеск, как у оратора.[14]

  Фазиль Искандер, «Сандро из Чегема» (книга первая), 1989
  •  

Он поднял на меня закрытые глаза.
― А, это ты, диперан. Живой. А я вот, видишь, не очень. Васька Шуйский не сумел меня отравить, а эти ― сумели! Одначе куда Шуйскому до них. Голос его был медленный и скрипучий.
― Что случилось, Михаил Васильевич?
― Черный дождь пролился, летейский дождь!
― Черный дождь?
― Ты не знаешь: это хорошо, что не знаешь. Летейский дождь. Драконий яд. Драконий яд зеленый: с водой смешать, по ветру развеять, на кого Бог пошлет. <...>
Первое ― что можно сделать с воинством Каина? И второе ― кто и зачем наслал Черный дождь?
― История с Чёрным дождем ― темная. Вам говорит что-нибудь понятие «рах»?
― Если я ничего не путаю, в мифах банту так называют бога пауков. Очень нетипичное для банту имя, поэтому запомнилось.
― Совершенно верно.[15]

  Андрей Лазарчук, Михаил Успенский, «Посмотри в глаза чудовищ», 1996
  •  

Старчески сопя и немощно напрягаясь, пароходик дотащился до Таганрога только к вечеру. Изморось к этому времени превратилась в мелкий серый дождь, и Медея, двенадцать часов просидевшая на деревянной лавке на палубе с прямой спиной и плотно сдвинутыми коленями, спустилась по сходням, ощущая себя скорее частью деревянной скамьи, от которой только что оторвалась, чем живым человеком.[16]

  Людмила Улицкая, «Медея и ее дети», 1996
  •  

Идти было трудно: мешали кусты и горбатые корни деревьев, с травы еще не испарилась утренняя роса, однако на асфальт не тянуло. Мы вернемся в мертвую пустыню, спустимся в пропитанный керосином бункер, и роса на брюках, несколько травинок, прилипших к ботинкам, будут как привет от одного мира другому. Там тоже полно травы, но она видела гибель человечества, в ее фенотипе навечно закодированы воспоминания о взорвавшихся солнцах и чёрных дождях.[17]

  Евгений Прошкин, «Механика вечности», 2001
  •  

— Сам не знаю. Что-то шло-шло и меня нашло. Вышел я в парк, посмотрел на небо и подумал: какое фиговое небо! И солнце тупое, мутное! Потом я посмотрел на траву и подумал: какая идиотская трава!.. И тут меня осенило: наверняка в этот дурацкий день кто-нибудь где-нибудь помрет! И тут мне стало смешно, хорошо, и я улыбнулся. Даже не просто улыбнулся. Я ржал, как безумный, целых полчаса!
Катя остановилась.
— Постой! Когда это было? Это не тогда вода в пруду завоняла, пошел черный дождь и чайки на побережье сдохли?
Горьянов обиженно заморгал.
― Если ты все знаешь, Лоткова, зачем спрашиваешь?[18]

  Дмитрий Емец, «Таня Гроттер и колодец Посейдона», 2004

Чёрный дождь в поэзииПравить

  •  

Как черный дождь слетает сажа,
Сирены окрик дик и груб.
Застыли на могильной страже
Под дымным крепом пики труб.[19]

  Михаил Герасимов, «Труба, как факел надмогильный...» (из цикла «Мона Лиза»), 1918
  •  

Незабываемые сумерки, забрызганные светом,
Обвалы черного дождя, удары каменного ветра;
Я знаю горестную молодость погибшего бульвара,
Я вижу белокурых девушек, гуляющих в обнимку,
Я слышу тихие шлепки, безжалостные поцелуи,
Которыми они тайком обмениваются друг с дружкой.[20]

  Аркадий Штейнберг, «Незабываемые сумерки, забрызганные светом...», 1928
  •  

Судьбы с белого листа
черный, четкий дождь читает.
Я держу в уме помарки,
время маятник качает.
Дождь, как видно, неспроста,
из укоров и угроз он.
А вокруг фабричной марки
жарче щек пылает розан.[21]

  Сергей Петров, «Надо мной идут часы...», 1936
  •  

Умереть и то казалось легче,
Был здесь каждый камень мил и дорог.
Вывозили пушки. Жгли запасы нефти.
Падал черный дождь на черный город.
Женщина сказала пехотинцу
(Слёзы черные из глаз катились):
«Погоди, любимый, мы простимся», ―
И глаза его остановились.
Я увидел этот взгляд унылый.
Было в городе черно и пусто.
Вместе с пехотинцем уходило
Темное, как человек, искусство.[22]

  Илья Эренбург, «Умереть и то казалось легче...», 1940
  •  

Я не видала высоких крыш,
черных от черных дождей.
Но знаю по смертной тоске своей,
как ты умирал, Париж.[23]

  Ольга Берггольц, «Я не видала высоких крыш...» (из цикла «Европа. Война 1940 года»), 1940
  •  

Вот Арлекин толкает свой возок,
и каплет пот на уличный песок,
и Коломбина машет из возка.
А вот Скрипач, в руках его тоска
и несколько монет. Таков Скрипач.
А рядом с ним вышагивает Плач,
плач комнаты и улицы в пальто,
блестящих проносящихся авто,
плач всех людей. А рядом с ним Поэт,
давно не брит и кое-как одет
и голоден, его колотит дрожь.
А меж домами льется серый дождь,
свисают с подоконников цветы,
а там, внизу, вышагиваешь ты.[24]

  Иосиф Бродский, «Вот Арлекин толкает свой возок...» (из цикла «Шествие»), 1961
  •  

Мы встретились в глухом квартале
В тот предрассветный час, когда
Любовь похожа на убийство,
А дом, в котором люди спят,
Похож на живопись кубистов
Или на атомный распад.
В тот час, когда все кошки серы,
Все фонари, уже чадя,
Кладут на улицы и скверы
Штриховку черного дождя.[25]

  Павел Антокольский, «Циркачка», 1962
  •  

Черный дым и черный дом,
Дымный дождь золу смывает.
Холодным ветром, ночным трамваем
Прозвени чужой Содом.[26]

  Игорь Чиннов, «На обугленной стене...», 1962
  •  

И пою я тихо сыну
Днём и под луной:
Дождь бывает жёлтый, синий,
Серый, голубой.
Голубой, он самый добрый,
С ним цветы цветут.
Голубой идёт недолго —
Его долго ждут. <...>
Спи, мой сын,
Приходят к людям разные дожди.
Только чёрный дождь не будет
На твоём пути.
Верю, чёрный дождь не будет
На твоем пути. — Написанная на этот текст песня («Колыбельная с четырьмя дождями») получила широкую известность в 1960-е и 1970-е годы и была популярной в исполнении Майи Кристалинской

  Леонид Лучкин, музыка С. Пожлакова, «Колыбельная с четырьмя дождями», 1960-е
  •  

Идет черный угольный дождь.
Тяжелыми
нефтяными
каплями.
Это траур неба по городу.
Дождь, почерневший от взрывов,
из черного крепа скорбящих туч.
Черное
течет по фаянсовой ванне,
повисшей на обрушенной стене.
А ниже висит березовая спальня
и к зеркалу прислонился телеграфный столб.[27]

  Семён Кирсанов, «Начало войны» (из цикла «Поэма поэтов»), 1966

ИсточникиПравить

  1. газета «Раннее утро» от 7 апреля 1914 года. — рубрика „Мелочи“.
  2. газета «Всеобщая маленькая свободолюбивая» (Петроград) от 21 мая 1915 года. — Иностранные известия.
  3. А. Е. Ферсман. «Воспоминания о камне». — М.: Издательство Академии Наук СССР, 1958 г.
  4. Андрей Столяров. «Наука расставаний». — М.: «Звезда», №1, 2002 г.
  5. РИА «Новости», Лариса Ильич: зелёный дождь в Харькове. Материал от 26.03.2008.
  6. Е.Петров. «В районах Чувашии прошел чёрный дождь». — М.: Российская газета, 30.04.2020 г.
  7. А. С. Серафимович Собрание сочинений: В 4 т., том 4. — М.: «Правда», 1980 г.
  8. Андрей Платонов. «Чевенгур» (роман). — М.: «Высшая школа», 1991 г.
  9. Набоков В.В. Собрание сочинений в 6 томах. Том шестой. — Анн Арбор: Ардис Пресс, 1988 г.
  10. Шаламов В.Т., собрание сочинений, Москва: «Художественная литература» «Вагриус», 1998, том 1.
  11. Домбровский Ю.О. Собрание сочинений: В 6 томах. Том 2. — М.: Терра, 1992 г.
  12. А. И. Алдан-Семёнов, «Красные и белые». — М.: Советский писатель, 1979 г.
  13. Юрий Нагибин, Дневник. — М.: «Книжный сад», 1996 г.
  14. Ф. А. Искандер. «Сандро из Чегема». Книга 1. — М.: «Московский рабочий», 1989 г.
  15. Андрей Лазарчук, Михаил Успенский, «Посмотри в глаза чудовищ». — М., АСТ, 1997 год.
  16. Людмила Улицкая «Медея и ее дети». — М.: Вагриус, 2001 г.
  17. Евгений Прошкин. «Механика вечности». ― М.: Эксмо, 2001 г.
  18. Дмитрий Емец. «Таня Гроттер и колодец Посейдона». — М.: Эксмо, 2004 г.
  19. М.П.Герасимов, в книге «Поэзия Пролеткульта». — СПб.: Своё издательство, 2007 г.
  20. А. Штейнберг. «Вторая дорога». М.: Русский импульс, 2008 г.
  21. С. В. Петров, Собрание стихотворений. В 2 книгах, — М.: Водолей Publishers, 2008 г.
  22. И. Эренбург. Стихотворения и поэмы. Новая библиотека поэта. СПб.: Академический проект, 2000 г.
  23. О. Ф. Берггольц. Избранные произведения. Библиотека поэта. Л.: Советский писатель, 1983 г.
  24. Иосиф Бродский. Собрание сочинений: В 7 томах. — СПб.: Пушкинский фонд, 2001 г. Том 1
  25. П. Г. Антокольский. Стихотворения и поэмы. Библиотека поэта. Л.: Советский писатель, 1982 г.
  26. И. В. Чиннов. Собрание сочинений: в 2 т. М.: Согласие, 2002 г.
  27. С. Кирсанов, Стихотворения и поэмы. Новая библиотека поэта. Большая серия. — СПб.: Академический проект, 2006 г.

См. такжеПравить