Открыть главное меню

Остров

участок суши, окружённый со всех сторон водой и постоянно возвышающийся над водой даже в период наибольшего прилива
Мадагаскар, четвёртый по величине остров (фотография со спутника)

О́стров — участок суши (обычно естественного происхождения) в океане, море, озере или реке, окружённый со всех сторон водой и постоянно возвышающийся над водой даже в период наибольшего прилива.

От материков острова отличаются меньшими размерами. Самым большим по площади островом принято считать Гренландию, которая приблизительно в три раза меньше самого малого континента — Австралии. Группа морских островов, расположенных поблизости друг от друга, называется архипелагом. Ряд небольших островов, вытянутых в одном направлении, называется грядой (например, Курильская гряда).

Остров в прозеПравить

  •  

Ночь. Раздаётся возглас юнги: «Проснитесь! Проснитесь! Стромболи горит! Идите смотреть!» Закутанные в плащи, стоим мы у борта и смотрим через море, вспыхивающее фосфорическим блеском. Там на горизонте взлетают ракеты — красные, зелёные, голубые… Вот вздымается целый столб пламени… Это Стромболи, горящий остров, внезапно поднявшийся со дна моря. Он сын Этны, вынырнувший со своими братьями из морской глубины, подальше от родного материка. В восточных сказаниях говорится о Синдбаде, высадившемся со своими спутниками на кита, которого они приняли за песчанную отмель; они развели на нём огонь, и животное нырнуло в глубину. Липарские острова тоже своего рода киты; люди строятся и живут на их спинах, а киты в один прекрасный день возьмут да и нырнут с ними в глубину. Мы подходим к Стромболи всё ближе и ближе… Звёзды блещут, волны пламенеют!..[1]

  Ганс Христиан Андерсен, «В Лександе», 1842
  •  

— Да заговоришь ли ты, наконец? Как называется этот остров, — закричал рассерженно дядюшка, схватив мальчугана за ухо. — Come si noma quest isola?
— Stromboli, — ответил пастушок, вырвавшись из рук Ганса и скрываясь в оливковых рощах.
Больше мы в нём не нуждались. Стромболи! Какое впечатление произвело на меня это легендарное название! Мы находимся посреди Средиземного моря, в мифологической Эолии, в древнем Стромболи, на острове, где некогда Эол держал на цепи ветры и бури. А эти голубые горы на востоке были горы Калабрии! И этот вулкан, вздымавшийся на южном горизонте, — Этна, страшная Этна!
— Стромболи, Стромболи! — восклицал я.
Дядюшка вторил мне и жестами и словами. Мы с ним составляли своеобразный хор.[2]

  Жюль Верн, «Путешествие к центру Земли», 1864
  •  

Так, позднее столь единая Аттика распадалась на несколько независимых общин и союзов, среди которых выделялись Афины и Элевсин (Eleusis) благодаря своему положению в равнинах, редких в этой довольно пустынной и малоплодородной, но здоровой стране. В наш период, впрочем, оба города были довольно маловажны; природных богатств не было, морские же пути были преграждены двумя островами, славным позднее Саламином (Salamis) ― тогда еще гнездом пиратов ― и особенно Эгиной, царицей Саронического залива.

  Фаддей Зелинский, «История античной культуры», 1914
  •  

Наконец, появляются бакланы и тюлени, спящие на воде брюхом вверх, и по всему пароходу проходит вздох облегчения: значит, скоро Гурьевский рейд. За ним уже угадывается пустыня, заросшая астрагалом и покрытая корками соли. И вот рейд. Пароход подползает к нему среди белых, как мел, островов. С непривычки можно спутать с островами отражённые в тихой воде облака, похожие на материки.[3]

  Константин Паустовский, «Кара-Бугаз», 1932
  •  

― Возможно, что этот залив, на который сел наш самолёт, судя по его форме и окружающим его скалам, образующим почти кольцо, представляет собой так называемый паразитический кратер у подножия главного вулкана, горы острова, ― сказал Генри. ― Наш пилот во время купанья нырял и убедился, что посредине залива имеется неглубокое место ― возвышение на его дне. Я думаю, что это ― маленький конус, извергавший газы и лаву внутри кратера, превратившегося потом в морской залив. <...>
― Почему же риф не опоясывает весь остров, а имеется только на северном берегу? На восточном у залива его нет, как мы знаем, ― заметил Смит.
― И дальше на запад, куда мы сегодня ходили, риф также исчезает, ― прибавил Кинг, ― и Генри объяснил мне, почему.
― Потому что там он скрыт под лавой, которая излилась из этого вулкана, но уже давно, судя по ее выветрелости, ― сказал Генри. <...>
― Ты говорил, что атоллы и барьерные рифы образуются в связи с опусканием островов Тихого океана. А наш остров сначала опускался, превратился в атолл, а потом опять поднялся и даже действовал на нем вулкан.[4]

  Владимир Обручев, «Коралловый остров», 1947
  •  

Искусство выплавки и обработки меди и бронзы от греков унаследовали римляне. Они получали медь из покоренных стран, в первую очередь из Галлии и Испании, продолжали начатую греками добычу медной руды на Крите и Кипре. Кстати, с названием последнего острова связывают латинское имя меди ― «купрум». А оловянный камень римляне вывозили с Касситеридских островов (так тогда называли острова Британии; основной минерал олова и сейчас называется касситеритом).[5]

  Виктор Станицын, «Медь», 1967
  •  

... Все эти психологические курьёзы. Это свойственно, быть может, только вам, русским. Англичане, колонизируя острова и прочие пространства, тут же начинали стремиться к отделению от метрополии. У вас второе поколение спасшихся, не говоря уже о третьем, начинает мечтать о суровых объятиях передового, хотя и самого тупого, народа в истории. Суицидальный комплекс, нравственная деградация…[6]

  Василий Аксёнов, «Остров Крым», 1979
  •  

В эти минуты я ощутил прилив пьянящей энергии. И бросился вперед, устремившись к вершине невысокого холма, поросшего алыми соснами. И спустя несколько минут уже был наверху. Вокруг расстилалось море, чуть подернутое жидким туманом. Запахи йода, болота и сосен кружили голову. Глубоко дыша, я окинул взглядом остров: это был остров из моих сновидений. От счастья я казался больше себя, больше острова, больше моря, больше Божьего мира, сколь ни кощунственным покажется это ощущение (но разве могут быть кощунственными ощущения?). Горячие слезы текли по лицу. Мне хотелось кричать, но я одернул себя ― и тотчас истерически рассмеялся: почему одернул? А вдруг кто услышит? Что подумают люди? Какие, к черту, люди? Я был здесь ― все люди.[7]

  Юрий Буйда, «Город палачей», 2003

Остров в поэзииПравить

  •  

Печальный остров — берег дикой
Усеян зимнею брусникой,
Увядшей тундрою покрыт
И хладной пеною подмыт.

  Александр Пушкин, «Когда порой воспоминанье…», 1830
  •  

Как хорошо под кипарисами любови
На мнимом острове, в дремотной тишине
Стоять и ждать подруги пробужденье,
Пока зарёй холмы окружены.

  Константин Вагинов, «Как хорошо под кипарисами любови…», 1924
  •  

Остров есть. Толчком подземным
Выхвачен у Нереид.
Девственник. Ещё никем не
Выслежен и не открыт.[8]

  Марина Цветаева, «Остров», 5 июля 1924
  •  

Зосима ― муж-вероучитель,
Видавший бесы наяву,
Построил честную обитель
На одиноком острову. <...>
Нырки летят на этот остров,
Крылами солнце заслоня…
В обитель ту на строгий постриг
Москва отправила Коня.[9]

  Дмитрий Кедрин, «Конь», 1940

ПословицыПравить

  •  

Брось в море доброе зерно – остров вырастет (индонезийская)

  •  

Даже всесильное море по песчинке остров возводит (польская)

  •  

Живешь на острове – дружи с морем (русская)

  •  

И в одном архипелаге могут быть разные острова (арабская)

  •  

Остров в бурю защитит (карельская)

ИсточникиПравить

  1. Ганс Христиан Андерсен. Собрание сочинений в четырёх томах. Том третий. Издание второе — С.-Петербург: Акцион. Общ. «Издатель», 1899 г., С.374
  2. Жюль Верн. Собрание сочинений, том 2. «Путешествие к центру Земли» (пер. Н. Егоров, Н. Яковлева). — М.: ГИХЛ, 1955 г.
  3. К.Г. Паустовский. «Золотая роза». — М.: «Детская литература», 1972. г.
  4. Обручев В.А. «Путешествие в прошлое и будущее»: повести и рассказы. ― М.: Наука, 1965 г.
  5. В. Станицын. «Медь». — М.: «Химия и жизнь», № 8, 1967 г.
  6. Василий Аксёнов. «Остров Крым»: Роман — М.: Изограф, 1997 г. — 415 c.; тираж 26000 экз.;
  7. Юрий Буйда, «Город палачей», рассказ. — М.: журнал «Знамя», №2-3 за 2003 г.
  8. М.И. Цветаева. Собрание сочинений: в 7 томах. — М.: Эллис Лак, 1994-1995 г.
  9. Д. Кедрин. Избранные произведения. Библиотека поэта. Большая серия. — Л.: Советский писатель, 1974 г.

См. такжеПравить