Желудок

Орган человека
Желудок (рисунок из учебника)

Желу́док (лат. Gaster) — полый мышечный орган у позвоночных, млекопитающих и человека, часть пищеварительного тракта, находящаяся между пищеводом и двенадцатиперстной кишкой. Объём пустого желудка человека составляет около 0,5-1,5 литра. После принятия пищи он обычно растягивается до 1 л., но может увеличиться и до 4 л. Размеры человеческого желудка варьируют в зависимости от типа телосложения и степени наполнения. Умеренно наполненный желудок имеет длину 24-26 см, у пустого желудка длина — 18-20 см.

Железы слизистой оболочки желудка выделяют желудочный сок, содержащий пищеварительные ферменты, а также соляную кислоту и другие активные вещества. Желудочный сок расщепляет белки и частично жиры, оказывает бактерицидное действие. За счёт мышечного слоя желудок перемешивает пищу и желудочный сок, образуя химус — жидкую кашицу, которая поступает дальше в кишечный тракт. В зависимости от состава и консистенции поступившей пищи, она задерживается в желудке от 20 минут (фруктовые соки, а также овощные соки и бульоны) до 6 часов (свинина). Кроме того, стенки желудка всасывают углеводы, этанол, воду и некоторые соли.

Желудок в научной и научно-популярной прозеПравить

  •  

Если желудок, не имея аппетита, принимает пищу, и её заставляют принимать насильственно, то в результате ничего другого не будет как тошнота и рвота, или по крайней мере дурное пищеварение, нездоровье. Напротив, что принимает голодный желудок, то он с удовольствием воспринимает, хорошо переваривает и всё превращает в кровь и мясо.

  Ян Коменский, «Великая дидактика», 1638
  •  

Металлическая медь не оказывает вредного влияния на здоровье рабочих ни при добывании ее в рудниках, ни на горных заводах, ни при обработке ее медниками или в проволочном производстве. Из медных солей только медянка (уксуснокислая медь) дает повод к отравлению рабочих, особенно при выделке красок, содержащих медь, затем в красильном искусстве и на набойных фабриках. Заболевания, однако, встречаются редко и ограничиваются болезненными желудочными катарами.[1]

  Фёдор Эрисман, «Профессиональная гигиена», 1908
  •  

Теперь остаётся прибавить, что у желудка имеется ещё одна функция, очень важная, ― это рвота, выбрасывание назад через рот вредных веществ, попавших в желудок. Значение такого отбрасывания понятно, потому что подобные вещества могли бы попасть в соки тела и принести большой вред организму. Акт рвоты не болезнь, а просто предупредительный приём, предотвращающий серьёзный вред организму. В особые подробности входить не буду, скажу только, что рвота сопровождается очень большим напряжением. Это настолько сильный акт, что боятся рвоты у старых людей, так как она часто плохо кончается у них. В двигательном акте, который существует при рвоте, главнейшее участие принимают брюшные мышцы, брюшная стенка и затем опускание грудобрюшной преграды. Она в момент рвоты, сокращаясь, опускается вниз, и эта соединенная работа брюшного пресса и диафрагмы ведёт к тому, что желудок сжимается и пища выбрасывается вон. Перед этим открывается cardia, значительно расширяется пищевод, закрываются все побочные отверстия глотки. Затем происходит ряд сокращений самого желудка и иногда даже кишки, секреция слизи и даже желудочного сока для обмывания, так что это чрезвычайно сложная деятельность, имеющая целью выбросить то, что вредно и ненужно.[2]

  Иван Павлов, Лекции по физиологии, 1911-1913
  •  

Так вот, центростремительные волокна, которыми возбуждается в желудке рвотный рефлекс, идут тоже в вагусе. Различаются два рода рвотных движений ― рвота рефлекторная и рвота центральная. Вся эта рефлекторная цепь, весь этот прибор может раздражаться в двух местах ― или на концах центростремительных нервов, или в центре. И то и другое обнаруживается при разных случаях рвоты; поэтому и говорится, что рвота бывает или рефлекторная, или центральная, смотря по тому, куда приложено раздражение. Обыкновенный пример рефлекторного раздражения ― если вам попало в желудок резко химическое или грубо механическое тело, то оно вызывает рефлекторные рвотные движения. Но бывает и так: в желудок ничего не попало, а рвота происходит; тогда надо представлять себе дело так, что нечто поступило в кровь и с кровью подошло к нервному центру, откуда раздражение передаётся по центробежным нервам. Такие вещества, вызывающие рвотный акт, употребляются и в терапии, как, например, апоморфин, который, будучи введен в кровь, вызывает рвоту. Этот опыт мы можем сейчас воспроизвести на собаке. Представьте себе, что вы имеете дело с самоубийцей. Допустим, что он принял яд, и надо, чтобы он выбросил этот яд обратно. Допустим, что он хочет умереть, но ваша обязанность врача не давать ему этого сделать. Вы хотите промыть ему желудок, а он стиснул зубы и не пускает, тогда вы можете впрыснуть ему апоморфин в любое место тела под кожу и минуты через две или три начнется рвота.[2]

  Иван Павлов, Лекции по физиологии, 1911-1913

Желудок в мемуарах и публицистикеПравить

  •  

Путь к сердцу мужчины лежит через желудок, но есть женщины, которые знают более короткую дорогу.

  Блез Паскаль, 1660-е
  •  

А кто червчатый яхонт носит в перстне при себе, тот крепит сердце своё... Аще кто лал при себе носит в поветрие моровое отгоняет и похоти телесные умет... Яхонт лазоревый — кто его носит при себе тело умножает и благолепие лицу подает... Изумруд толчен в питии прият пользует прокаженных людей, печени и желудковым болезням помогает...[3]

  — «Вертоград Прохладный», начало XVIII века
  •  

Хороших желудков куда меньше, нежели хорошей пищи.

  Вовенарг, 1740-е
  •  

От рвоты изжарь оржаного хлеба на угольях и хорошенько намочи уксусом, посыпь туда толчёного перцу и приложи в платке к желудку.[4]

  Михаил Ломоносов, «Лифляндская экономия», 1760
  •  

Без теплой воды у постника ссыхается желудок и затруднительно бывает испражнение.

  Паисий Величковский, «Крины сельные», слово 9, 1780-е
  •  

Русская петербургская кухня, сформированная иностранными поварами, приятна, сытна, хотя для непривыкшего к ней желудка может быть так же вредна, как и все другие; в ней, однако же, заметно более простоты и вкуса, происходящего от благоразумного употребления свежих припасов и приправ, нежели запутанности, чрезвычайных смесей и чрезмерного количества пряных и раздражающих веществ. Русская кухня сохранила национальные и усвоила славные блюда всех земель.[5]

  Александр Башуцкий, «Панорама Санкт-Петербурга», 1834
  •  

Всякая человеческая голова подобна желудку: одна переваривает входящую в оную пищу, а другая от неё засоряется.[6]:123

  Козьма Прутков, «Мысли и афоризмы», 1850-е
  •  

Вот и опять я в Глупове; вот и опять потянулись заборы да пустыри; вот и опять широкой лентой блеснула в глаза река Большая Глуповица и узенькой — река Малая Глуповица; вот и опять пахнуло на меня ароматами свежеиспеченного хлеба... Детство! родина! вы ли это?
Сердце мое замирает; в желудке начинается невыразимо сладостная тревога... передо мною крутой спуск, а за спуском играет и нежится наша милая, наша скромная, наша многоводная Глуповица! Господи! сколько стерлядей лавливали здесь во время оно! И какие славные варева сочинял из них повар Трифоныч! Даже теперь язык невольно подщелкивает, даже теперь рассудок отказывается верить, чтоб Тигр и Евфрат могли предложить первому человеку что-либо подобное ухе из налимьих печенок, которую ест самый последний из обитателей берегов нашей родной реки![7]

  Михаил Салтыков-Щедрин, «Наши глуповские дела», 1861
  •  

— Нельзя жить! нельзя жить! — долбит роковая сила обстоятельств, и будет долбить и долбить до тех пор, пока вконец не раздолбит старую голову Глупова.
И таково могущество этой силы, что голова Глупова, которая безопасно сокрушала стены, которая раздробляла самые твёрдые орехи и вышибала двери из петель, внезапно оказалась несостоятельною. «Всё истреблю, всё обращу в пепел, но ей... противостоять не могу!» — говорит Глупов и чувствует при этом нечто вроде желудочного расстройства.[8]

  Михаил Салтыков-Щедрин, «Глуповское распутство», 1862
  •  

Ум зависит от желудка.

  Фридрих Энгельс, 1870-е
  •  

Желудочно-кишечные заболевания в 1889 г. были зарегистрированы 1760 раз. За десять лет умерло 338; из этого числа 66% относятся к детскому возрасту. Самые опасные месяцы для детей — это июль и особенно август, на долю которых приходится треть всего числа умерших детей. Взрослые от желудочно-кишечных расстройств умирают чаще всего тоже в августе, быть может, оттого, что в этом месяце идёт периодическая рыба, которою объедаются. Катар желудка здесь обыкновенная болезнь. Уроженцы Кавказа всегда жалуются, что у них «сердце болит», и после ржаного хлеба и тюремных щей у них бывает рвота.[9]

  Антон Чехов, «Остров Сахалин (Из путевых записок)», 1894
  •  

Кактусовый пульке, без еды, портит сердце и желудок. И уже к сорока годам индеец с одышкой, индеец с одутловатым животом. И это — потомок стальных Ястребиных Когтей, охотников за скальпами! Это — обобранная американскими цивилизующими империалистами страна — страна, в которой до открытия Америки валяющееся серебро даже не считалось драгоценным металлом, — страна, в которой сейчас не купишь и серебряного фунта, а должен искать его на Волстрит в Нью-Йорке.

  Владимир Маяковский «Моё открытие Америки: Мексика», 1926
  •  

Как-то после попойки, когда мы жадно вливали в спалённое нутро боржом, пиво, рассол, мечтали о кислых щах, ты сказала с тем серьезно-лукавым выражением маленького татарчонка, которое возникает у тебя нежданно-негаданно:
― А мой желудочек чего-то хочет!.. ― и со вздохом: ― Сама не знаю чего, но так хочет, так хочет!..
И мне представился твой желудок, будто драгоценный, одушевленный ларец, ничего общего с нашими грубыми бурдюками для водки, пива, мяса. И я так полюбил эту скрытую жизнь в тебе! Что губы, глаза, ноги, волосы, шея, плечи! Я полюбил в тебе куда более интимное, нежное, скрытое от других: желудок, почки, печень, гортань, кровеносные сосуды, нервы.[10]

  Юрий Нагибин, «Дневник», 1960
  •  

Надо сказать, что в России, где книги Губермана выходят теперь многотысячными тиражами, его выступления проходят в переполненных залах, а его принимают восторженно, как национального героя. Юмор его все так же неизменен. Когда в первый приезд в Израиль я пожаловался ему на желудок, он немедленно среагировал: «Старик, все очень просто. Твой советский желудок отторгает непривычные для него свежие продукты».[11]

  Александр Городницкий, «И жить ещё надежде», 2001

Желудок в беллетристике и художественной прозеПравить

  •  

Вот она огляделась: лежит перед ней и зелень, и мясо, и рыба, и уксус, и горчица, и квас, всё по порядку. Вот она думала, думала, кое-как зелень обчистила, мясо и рыбу разрезала, да чтоб большого труда себе не давать, то, как всё было, мытое-немытое, так и положила в кастрюлю: и зелень, и мясо, и рыбу, и горчицу, и уксус да ещё квасу подлила, а сама думает: «Зачем себя трудить, каждую вещь особо варить? Ведь в желудке всё вместе будет».[12]

  Владимир Одоевский, «Мороз Иванович», 1841
  •  

— Оттого, что их может извратить всякая случайность, всякое расстройство желудка, и в сущности вы, может быть, ничто иное, как ломоть не переварившегося мяса, или пол-ложечки горчицы, кусок сыра, кусочек сырого картофеля? Во всяком случае, от вас пахнет скорее можжевеловкой, чем можжевельником.

  Чарльз Диккенс, «Скряга Скрудж», 1843
  •  

— Дай ещё икры! — крикнул сосед, утирая салфеткой масляные губы. — Не забудь зелёного луку!
«Но… однако, уж половины горы нет! — ужаснулся клоун. — Боже мой, он и всю сёмгу съел? Это даже неестественно… Неужели человеческий желудок так растяжим? Не может быть! Как бы ни был растяжим желудок, но он не может растянуться за пределы живота… Будь этот господин у нас во Франции, его показывали бы за деньги… Боже, уже нет горы!»
— Подашь бутылку Нюи… — сказал сосед, принимая от полового икру и лук. — Только погрей сначала… Что ещё? Пожалуй, дай ещё порцию блинов… Поскорей только…[13]

  Антон Чехов, «Глупый француз», 1886
  •  

— А скажите, милостивый государь, что вы обыкновенно принимаете после благотворительных вечеров: слабительный пряник или Гуниади-Янос?
Этот вопрос принадлежал господину средних лет и безукоризненной внешности, севшему рядом со мной на диванчик.
— То есть как: что я принимаю?
— Ну, да! Что вы принимаете? Ведь должны же вы что-нибудь принимать, если накануне выпьете благотворительного Эксцельсиора?
— Я ничего не принимаю.
— Ага, у вас значит хороший желудок. Ну, а мой желудок вовсе не склонен заниматься благотворительностью.. Нужно что-нибудь принимать. И я не понимаю, почему у нас нет до сих пор благотворительных пряников.
— Благотворительных пряников?
— Ну, да, пряников, продаваемых. с благотворительной целью. В пользу какого-нибудь общества. На эти деньги точно так же можно было бы выстроить приют, школу, богадельню или что-нибудь в этом роде. Ведь есть же у нас благотворительные спектакли, балы, концерты, благотворительное шампанское, цветы, благотворительный чай, сладкие пирожки, даже благотворительные конверты для визитных карточек. Почему же не быть и благотворительным пряникам? Мы танцуем, смотрим, слушаем, пьём, едим, обмениваемся знаками вежливости с благотворительной целью. Отчего бы уж нам всё, что мы ни делаем, не делать непременно иначе, как с благотворительной целью. Так чтобы была уж не жизнь, а одна сплошная благотворительность. Чем ушибся, тем и лечись. С благотворительной целью испортил себе желудок, с благотворительной его и поправил. Бедным двойная польза.[14]

  Влас Дорошевич, «Против бедных», 1907
  •  

— Благочестие благочестием, но внушать людям хорошие мысли при помощи слов мне кажется противным природе. Человек принимает и извергает принятую пищу с разных концов своего тела. То же должно быть и с пищей духовной. Голова — это желудок, где перевариваются мысли, а изо рта они вылетают в виде слов. Раз с этого конца тела мысли выходят, — значит, входить они должны с другого конца. Из этого я заключаю, что хорошие мысли должно внушать палками по пяткам. Это дело уже не муфтия, а заптиев. Так я понимаю свои обязанности.
Все вежливо молчали.
Присутствовавший на собрании мудрый и святой дервиш перестал есть сладости и сказал:
— Ты прав. Но нужно бить палками надлежащие пятки!
— Я и буду колотить те пятки, которые следует! — сказал Джиаффар. [15]

  Влас Дорошевич, Не те пятки, 1910-е
  •  

Едва скосив на нас глаза, мосье Дэле в истоме лениво прошептал: «Да, да, я знаю! Это варварские обычаи ваших стран! Но теперь вы во Франции, вы свободные люди. Дайте лучше мне стакан воды, я должен принять пилюли. не то ― желудок, желудок, мой бедный желудок!..»

  Илья Эренбург, «Необычайные похождения Хулио Хуренито», 1921
  •  

Водку пить полезно. Мечников писал, что водка полезнее хлеба, а хлеб – это только солома, которая гниёт в наших желудках.[16]Сакердон Михайлович о водке.

  Даниил Хармс, повесть «Старуха», 1939
  •  

Мы сидим в конторе и ждем Ризенфельда. Ужинаем гороховым супом такой густоты, что разливательная ложка стоит торчком, на второе едим мясо из того же супа: свиные ножки, свиные уши, кроме того, каждому достается по очень жирному куску свиного брюха. Есть жирное нам необходимо, чтобы предохранить свой желудок от действия алкоголя — сегодня мы ни в коем случае не должны опьянеть раньше, чем Ризенфельд.

  Эрих Мария Ремарк, «Чёрный обелиск», 1956
  •  

― Еще колбаски хочешь? ― поинтересовался капитан.
― Спасибо, я сыт. Мне кажется, что нельзя в еде переусердствовать, так как сытый желудок ― это колыбельная для мозга.
Участковый поперхнулся холодной котлетой и взялся за стакан с чаем в тяжелом подстаканнике. Обычно он подслащивал напиток тремя ложками сахара, но на этот раз решил обойтись одной, да и то без верха.[17]

  Дмитрий Липскеров, «Последний сон разума», 1999
  •  

Плохое зрение, тугой слух, дурной вкус,
слабое понимание, вялая память, тусклое спокойствие,
большой желудок и приятное самочувствие
— что ещё нужно человеку для настоящего счастья![18]:57

  Юрий Ханон, «Альфонс, которого не было», 2013

Желудок в поэзииПравить

  •  

Но пока тот в жилках идет сок ещё млеком,
Всё, что есть непрочно, отвергается броском;
Из желудка ж исходя собными трубами
(Сии все удалены многими кругами
От органов оных, коими дышим внутри),
Идет вон из тела чрез отверстия без при.[19]

  Василий Тредиаковский, «Феоптия. Эпистола IV», 1754
  •  

Имея порчен вкус от роскошей худых
И слабый от довольств желудок непомерных,
Меж множеством всего еств не приметит скверных...[20]

  Иван Барков, «Офелл» (из сборника «Сатиры Горация», Книга 2), 1763
  •  

Однакож гордый мой рассудок
Мое раска<янье> бранит,
А мой ненабожный желудок
«Помилуй, братец, ― говорит, ―
Еще когда бы кровь Христова
Была хоть, например, лафит[21]

  Александр Пушкин, «В. Л. Давыдову», 1821
  •  

В сей стороне неблагодарной,
Где ты растёшь особняком,
Рябиновки злато-янтарной
Душистый нектар незнаком.
Никто понятья не имеет,
Как благодетельный твой сок
Крепит желудок, душу греет,
Вдыхая сладостный хмелёк.

  Пётр Вяземский, «Рябина», 1854
  •  

Князёк со стоном говорит:
«Плохая вышла шутка!
Желудок пищи не варит,
Я гибну от желудка.
Кому же я оставлю трон?
Вы любите считать ворон,
Вы ленитесь на славу;
Но кто ленивей из троих
Детей возлюбленных моих,
Тому отдам державу».[22].

  Леонид Трефолев, «Три лентяя», 20 января 1872
  •  

Искал малину себе по чину,
Нашлась калина — и то одна.
Жевал рябину, и без причины
Осталась — одна бузина!..
Пусть жизнь горькая штука,
Зато для желудка — наука.

  Михаил Савояров, «Эта диета» (куплеты), 1919

Желудок в пословицахПравить

  •  

Желудок — враг человека. — Арабская пословица

  •  

Извинением не наполнишь желудок голодного. — Арабская пословица

  •  

Желудок насытится, а глаз — никогда. — Монгольская пословица

  •  

Любовь приходит через желудок. — Немецкая пословица

ИсточникиПравить

  1. Ф.Ф.Эрисман.Избранные произведения: в 2 т. — М.: Медгиз, 1959 г.
  2. 2,0 2,1 И.П. Павлов. Полное собрание сочинений (издание 2-е, дополненное) Том 5. — М. Л.: Издательство АН СССР, 1952 г.
  3. Прохладный вертоград : Лечебник Патриаршего келейника Филагрия. (Сост., авт. предисл., пер. и коммент. Т.А.Исаченко). Серия: Рос. гос. б-ка. — М.: Археографический центр, 1997 г. — 408 стр.
  4. М.В. Ломоносов. Полное собр. соч.: в 11 т. Том 11. Письма. Переводы. Стихотворения. Указатели. ― Л.: «Наука», 1984 г.
  5. Чувствительные путешествия и прогулки по Невскому проспекту. Санкт-Петербург, «Петрополис», 2009 г., — Башуцкий A.П. Панорама Санкт-Петербурга (1834)
  6. «Сочинения Козьмы Пруткова», Москва, «Художественная литература», 1976 г., 384 стр.
  7. М.Е. Салтыков-Щедрин. Собрание сочинений в двадцати томах. Том 3, стр. 481-516. — Москва, Художественная литература, 1965 г.
  8. М.Е. Салтыков-Щедрин. Собрание сочинений в двадцати томах. Том 4, стр. 210-243. — Москва, Художественная литература, 1966 г.
  9. Чехов А. П. Сочинения в 18 томах // Полное собрание сочинений и писем в 30 томах. — М.: Наука, 1978 год — том 14/15. (Из Сибири. Остров Сахалин), 1891-1894 г.
  10. Юрий Нагибин, Дневник. — М.: «Книжный сад», 1996 г.
  11. А. М. Городницкий. «И жить еще надежде». — М.: Вагриус, 2001 г.
  12. Одоевский В. Ф., «Пёстрые сказки; Сказки дедушки Иринея», Сост.,Греков В. Н.. — М.: Художественная литература, серия Забытая книга, 1993 г. — стр. 156;
  13. Чехов А. П. Сочинения в 18 томах, Полное собрание сочинений и писем в 30 томах. — М.: Наука, 1974 год — том 5. (Рассказы. Юморески), 1886. — стр.361
  14. Дорошевич В. М., Собрание сочинений. Том VI. Юмористические рассказы. — М.: Товарищество И. Д. Сытина, 1907 год — стр.87.
  15. Дорошевич В.М. Сказки и легенды. — Мн.: Наука и техника, 1983 г.
  16. Хармс Д.И. Собрание сочинений в трёх томах. Санкт-Петербург, «Азбука», 2011 г.
  17. Дмитрий Липскеров, «Последний сон разума». — М.: Вагриус, 2000 г.
  18. Юрий Ханон Альфонс, которого не было. — СПб.: Центр Средней Музыки & Лики России, 2013. — 544 с.
  19. В. К. Тредиаковский. Избранные произведения. Библиотека поэта. Большая серия. — М.-Л.: Советский писатель, 1963 г.
  20. И. С. Барков, Полное собрание стихотворений. Библиотека поэта. Большая серия. — СПб.: Академический проект, 2004 г.
  21. Пушкин А.С. Полное собрание сочинений, 1837-1937: в шестнадцати томах, Том 2
  22. Трефолев Л.Н. Стихотворения. (из серии Библиотека поэта). — Ленинград, «Советский писатель», 1958 г.

См. такжеПравить