Открыть главное меню

Серебро

химический элемент с порядковым номером 47
Серебряный самородок (Норвегия)

Серебро́ (Ag от лат. Argentum) — элемент 11 группы (по устаревшей классификации — побочной подгруппы первой группы), пятого периода периодической системы химических элементов Д. И. Менделеева, с атомным номером 47. Простое вещество, ковкий, пластичный благородный металл серебристо-белого цвета.

Серебро известно человечеству с древнейших времён. Это связано с тем, что в своё время серебро, равно как и золото, часто встречалось в самородном виде — его не приходилось выплавлять из руд. Это предопределило довольно значительную роль серебра в культурных традициях различных народов. Одним из древнейших центров добычи и обработки серебра была доисторическая Сардиния, где оно было известно с раннего энеолита.

Серебро в прозеПравить

  •  

Кто любит серебро, тот не насытится серебром.

  Библия. Екклезиаст, 5, 9
  •  

Дети мои! сребролюбие к идолослужению ведет, ибо в обольщении серебром несуществующих богов именуют, и оно заставляет имеющего его (сребролюбие) впадать в возбуждение. 2. Чрез серебро я погубил детей моих, и если бы покаяние мое, и смирение мое, и молитва отца моего не соединились, я должен был бы умереть бездетным. 3. Но Бог отцов моих помиловал меня, потому что я по неведению сделал это.

  — Заветы двенадцати патриархов. «О мужестве, сребролюбии и блудодеянии», I век до н. э.
  •  

Велика сила милостыни… Бедные — врачи наших душ, благодетели, предстатели, потому что ты не столько даешь им, сколько получаешь: даешь серебро, а получаешь Царство Небесное, облегчаешь бедность и примиряешь себя с Владыкой.

  Иоанн Златоуст, Беседа 114. Беседа об отречении Петра, и о кресте, и о том, как Иосиф послужил прообразом Христа, ок. 400 г. н. э.
  •  

Травы, деревья, золото, серебро — <всё это> липкая грязь;
Заря, облака, солнце и луна — <всё это> сфера мрака.
Тем более это скажу о людях, уверенных в <силе> вдоха и выдоха, <силе> воображения.[1]:116

  Чжан Бо-дуань, Главы о прозрении истины, 1075 г.
  •  

Ныне так возобладала страсть фарисейского сребролюбия и лихоимства над судьями и властителями, что они даже слугам своим дозволяют придумывать всякие неправедные обвинения против людей состоятельных, и для этого они подкидывают иногда по ночам в их дома разные предметы (улики), а иногда — о великое нечестие! — притаскивают труп мёртвого человека и покидают его среди улицы, чтобы таким образом, под предлогом яко бы праведного мщения за убитого, иметь повод привлечь к суду по делу об убийстве не одну только улицу, но и всю эту часть города, и чрез то получить в виде мерзких и богопротивных корыстей множество серебра; побеждаясь сребролюбием и лихоимством омрачилось неразумное их сердце, мучат подручных себе всякими денежными взысканиями (штрафами), и принудительными работами по возведению роскошных строений, служащих лишь к излишнему самоугождению и к удовлетворению желаний их развратных душ.

  — преподобный Максим Грек, 1500-е
  •  

Ежели кто кого обманет, продаст худое или испорченое за доброе, медь за серебро и тому подобное, в каком бы звании оное ни состояло, за такие вины не токмо жестоко наказать и взятую цену паки возвратить, но сверх того десятое на богадельну вычесть.[2]:316.

  Василий Татищев, «Наказ комиссару екатеринбургских заводов Федору Неклюдову», 1723
  •  

Не могу сказать, написал он, чтобы в Германии серебро и золото не родилось, ибо кто искать их старался? И как там в последовавшие веки великое богатство обретено, что свидетельствуют славные миснийские и герцинские заводы, так и в России того же ожидать должно, а особливо имея к тому не токмо довольные опыты, но и очевидную прибыль. Напрасно рассуждают, что в теплых краях действием солнца больше дорогих металлов, нежели в холодных, родится, ибо по нелживым физическим исследованиям известно, что теплота солнечная до такой глубины в землю не проницает, в которой металлы находятся. И знойная Ливия, металлов лишенная, и студеная Норвегия, чистое серебро в камнях своих содержащая, противное оному мнению показывают. Все различие в том состоит, что там металлы лежат ближе к земной поверхности, чему причины ясно видеть можно. И, во-первых, проливаются там часто превеликие дожди и в некоторых местах по полугоду беспрерывно продолжаются, умягчают и размывают землю и легкий ил сносят, оставляя тяжкие минералы; для того тамошние жители всегда после дождливой части года ищут по пристойным местам золота и дорогих камней. Второе, частые земли трясения раздробляют и оборачивают горы, и что во внутренности их произвела натура, выбрасывают на поверхность.[3]

  Михаил Ломоносов, «Слово о пользе химии, в публичном собрании императорской Академии Наук сентября 6 дня 1751 года говоренное Михайлом Ломоносовым», 1751
  •  

Серебро по золотѣ есть самой дорогой металлъ и весьма мало перемѣняется: ибо бывъ цѣлые два мѣсяца въ сильномъ огнѣ въ плавильной печи, какія на стекляныхъ заводахъ употребляются, потеряло только 1/32 часть своей матеріи. Серебро также можно тянуть въ тонкія проволоки, по раскаленіи растопляется и по большей части, гдѣ оно находится содержитъ въ себѣ нѣсколько золота, не смотря на чрезвычайную бѣлизну мараетъ вещи, которыми трется. Въ рѣкахъ весьма рѣдко находится. На рудокопныхъ заводахъ часто находятъ самородное и чистое, и на поверьхности большихъ камней подъ разными видами, а имянно на подобіе волосовъ, перьевъ, вѣтвей и проч.[4]

  — Вильгельм Крафт, «Руководство къ Математической и Физической Географіи» (пер. А.М.Разумова), 1764
  •  

Серебро. По золоте в рассуждении ковкости и вязкости второй металл, цветом белый, упругий, звонкий на воздухе, в воде и огне постоянный, выключая разве где серный или другой какой горючий дым до его коснется, там он чернеет; тяжестью против воды более, нежели в 11 крат. Распускается в крепкой водке. Находится в горах либо самородное кусками, нитями, пухом или перепонкою, либо смешанное с другими металлами и полуметаллами в жилах, из коих выплавляется чистое. Употребляется в общем житии, так как и золото, с тою только отменою, что оно дешевле.[5]

  Василий Зуев, из учебника «Начертание естественной истории», 1785
  •  

Во время стола приметил Август, что поданная ему серебряная тарелка была нечиста и для того, скатав ее рукою в скалку, бросил в сторону. Пётр, думая, что Август щеголяет перед ним силою, сложил две тарелки, скатал также вместе и положил перед себя. От сего игра сия распространилась далее. Оба сильные Государи начали вертеть по три тарелки и перепортили б весь сервиз, ибо сплющили между ладоней две большие чаши, если бы шутку сию не кончил росийский монарх следующею речию: «Брат Август, мы катаем серебро изрядно. Только надобно подумать о том, как бы покатать нам шведов». После чего, встав оба из-за стола и обнявшись, пошли в королевскую спалню...[6]

  Андрей Нартов, «Рассказы о Петре Великом», 1786
  •  

Гений без образования похож на недобытое серебро в рудниках.

 

Genius without education is like silver in the mine.

  Бен Франклин, 1790
  •  

К чести Еленина правления летописцы относят еще перемену в цене государственной монеты, вынужденную обстоятельствами. Из фунта серебра делали прежде обыкновенно пять рублей и две гривны, но, корыстолюбие изобрело обман: стали обрезывать и переливать деньги для подмеси так, что из фунта серебра выходило уже десять рублей. Многие люди богатели сим ремеслом и произвели беспорядок в торговле: цены изменились, возвысились; продавец боялся обмана, весил, испытывал монету или требовал клятвы от купца, что она не поддельная. Елена запретила ход обрезных, нечистых и всех старых денег; указала перелить их и чеканить из фунта шесть рублей без всякого примеса; а поддельщиков и обрезчиков велела казнить (им лили растопленное олово в рот и отсекали руки).[7]

  Николай Карамзин, «История государства Российского», 1820
  •  

Между серебром и медью не существовало тогда никакого определенного правительством курса. Курсы биржевые означали тогда просто содержание серебряного рубля в монете иностранной. Билеты по местам промены (ажио), но сие зависело от большей или меньшей потребности в той или в другой монете. В одном месте платили небольшой промен при размене серебра на медь, в другом платили при размене меди на серебро. Нужда и потребность определяли то и другое. Неизбыточное количество медной монеты, самое внутреннее ее достоинство (16 руб. из пуда) возвышали ее ценность и равняли с серебром, а платеж всех таможенных пошлин серебром вводил в обращение значительные по тогдашнему времени его массы.[8]

  Михаил Сперанский, «О монетном обращении», 1838
  •  

Во время ежедневных летних мексиканских дождей вода заливает протоптанные ниже тротуаров полы и стоит вонючими лужами.
Перед дверьми мелкие худосочные дети едят варёный маис, продающийся здесь же и хранящийся тёплым под грязными тряпками, на которых ночью спит сам торговец.
Взрослые, у которых есть ещё 12 сантимов, сидят в «пулькерии» — этой своеобразной мексиканской пивной, украшенной коврами сарапе, с изображением генерала Боливара, с пёстрыми лентами или стеклярусами вместо дверей.
Кактусовый пульке, без еды, портит сердце и желудок. И уже к сорока годам индеец с одышкой, индеец с одутловатым животом. И это — потомок стальных Ястребиных Когтей, охотников за скальпами! Это — обобранная американскими цивилизующими империалистами страна — страна, в которой до открытия Америки валяющееся серебро даже не считалось драгоценным металлом, — страна, в которой сейчас не купишь и серебряного фунта, а должен искать его на Волстрит в Нью-Йорке. Серебро американское, нефть американская. На севере Мексики во владении американцев и густые железные дороги и промышленность по последнему техническому слову.

  Владимир Маяковский «Моё открытие Америки: Мексика», 1926
  •  

Серебром за предательство не расплатишься. Цена любого предательства — это всегда чья-то жизнь.

  Стивен Кинг, «Стрелок», 1982
  •  

Более того, нам с Римб вскоре даже захотелось, чтобы Байерсоны не были уж настолько ненавязчивыми и помогли немного по хозяйству. Или хотя бы приглядывали за квартирой. Особенно после того дня, когда в наше отсутствие в дом забрались воры.
Насколько я понял, Байерсоны даже пальцем не шевельнули, чтобы их остановить. Не стали они и полицию вызывать, а просто наблюдали, как воры бродили из комнаты в комнату. Бродили медленно, потому что это оказались толстопузые воры-инопланетяне со звезды Барнарда. Они слямзили у Анны все старинное серебро, поскольку домушники с Барнарда испокон веков традиционно крали только серебро. Так они объяснили по ходу дела Байерсонам, а те лишь отводили в сторону глазки, будто ничего особенного не происходит.

  Роберт Шекли, «День, когда пришли инопланетяне», 1995

Серебро в стихахПравить

  •  

«Ну, я пару покупаю;
Продаёшь ты?» — «Нет, меняю». —
«Что в промен берёшь добра?» —
«Два-пять шапок серебра». —
«То есть, это будет десять».
Царь тотчас велел отвесить
И, по милости своей,
Дал в прибавок пять рублей.

  Пётр Ершов, «Конёк-Горбунок», 1830-е
  •  

Цветёт жасмин. Зелёной чащей
Иду над Тереком с утра.
Вдали, меж гор — простой, блестящий
И чёткий конус серебра.[9]

  Иван Бунин, «Жасмин», 1904
  •  

Белая берёза
Под моим окном
Принакрылась снегом,
Точно серебром.
На пушистых ветках
Снежною каймой
Распустились кисти
Белой бахромой.
И стоит берёза
В сонной тишине,
И горят снежинки
В золотом огне.

  Сергей Александрович Есенин, «Берёза» (1913 г.)
  •  

Не греши сребролюбием,
Не разменивайся серебром,
Золотце моё, не мелочись, —
Лучше золото люби, только ляписом — лечись.

  Михаил Савояров, «По мелочи», 1910-е
  •  

Мне золочёный стиль вручил Вергилий,
А строгий Дант — гусиное перо,
И мне не надо ангельских воскрылий,
Чужое отвергаю я добро,
Я лилия простая между лилий,
Средь серебра я только серебро.

  Николай Гумилёв, «Пятистопные ямбы», 1910-е
  •  

Но не в футляре пистолет
Разряженный, а на столе
На блюдце ягоды морошки.
Губами бы их в рот вобрать,
Не окисляя серебра
Чуть потемневшей чайной ложки.
Хотя б одну из них попробуй.
Как терпнет рот! Они горчат ―
В них свежесть снежная сугроба
И выстрела похмельный чад. [10]

  Михаил Зенкевич, «Морошка», 1937

ИсточникиПравить

  1. Чжан Бо-дуань, перевод Е.А.Торчинова Главы о прозрении истины. — СПб.: Центр «Петербургское востоковедение», 1994. — 344 с.
  2. В.Н.Татищев «Научное наследство», том 14: Записки. Письма 1717―1750 гг.. — М.: «Наука», 1990.
  3. М.В. Ломоносов. Полное собр. соч.: в 11 т. Том 2. Письма. Переводы. Стихотворения. Указатели. Л.: «Наука», 1984 г.
  4. Руководство къ Математической и Физической Географіи, со употребленіемъ земнаго глобуса и ландкартъ, вновь переведенное съ примѣчаніями фр. Теодор Ульр. Теод. Эпимуса. Изданіе второе. Въ Санктпетербургѣ при Императорской Академіи Наукъ 1764 года Санктпетербург: При Имп. Акад. наук, 1764 г.
  5. В. Ф. Зуев. «Педагогические труды». — М.: Изд-во АПН, 1956 г.
  6. А. А. Нартов. «Рассказы о Петре Великом»(по авторской рукописи) — СПб.: Историческая иллюстрация, 2001 г.
  7. Карамзин Н.М. История государства Российского: Том 8 (1815-1820).
  8. М. М. Сперанский Записка о монетном обращении с замечаниями графа Канкрина. — СПб.: Типография В. Киршбаума, 1895 г.
  9. И. Бунин. Стихотворения. Библиотека поэта. — Л.: Советский писатель, 1956 г.
  10. Зенкевич М.А. «Сказочная эра». Москва, «Школа-пресс», 1994 г.

См. такжеПравить