Наука

знания на основе исследований и наблюдений

Нау́ка — сфера человеческой деятельности, направленная на выработку и систематизацию объективных знаний о действительности. Человек, занимающийся наукой — учёный.

Наука
Статья в Википедии
Медиафайлы на Викискладе
Новости в Викиновостях

Наука в афоризмах

править
  •  

В науке первым часто оказывается не тот, кто сказал «А», а тот, кто сказал «Я».[1]

  Дмитрий Поспелов
  •  

В науку нет коротких путей.

  Альберт Эйнштейн
  •  

Моя вера – это вера в то, что счастье человечеству даёт прогресс науки.

  Иван Павлов
  •  

Наука и искусство так же тесно связаны между собой, как легкие и сердце, так что если один орган извращен, то и другой не может правильно действовать[2][3].

  Лев Толстой
  •  

Единственное, чему научила меня моя долгая жизнь: что вся наша наука перед лицом реальности выглядит примитивно и по-детски наивно — и всё же это самое ценное, что у нас есть.[4]

  Альберт Эйнштейн
  •  

Наука интернациональна. Наука в своем лучшем виде — это также братство. Как и в других областях деятельности, мы должны признать, что в достижении наших целей мы стоим на плечах наших предшественников и товарищей.

 

Science is international. Science at its best is also a fraternity. As in other fields of endeavor, we must recognize, that in reaching for our objectives we stand on the shoulders of our predecessors and companions[5].

  Роберт Уильямс
  •  

Наука в принципе не может заменить практической деятельности и не призвана её заменять. Она её анализирует.

  Юрий Лотман
  •  

Религия, искусство и наука — это ветви одного и того же дерева.

  Альберт Эйнштейн
  •  

Надо понять, что труд учёного – достояние всего человечества и наука является областью наибольшего бескорыстия.[6]:72

  Максим Горький
  •  

Наука, так долго находившаяся под запретом, наука, преследуемая в течение всего средневековья, отвоевала свою независимость ценою тех услуг, которые она оказала людям...[6]:160

  Марселен Бертло
  •  

Наука, повторяю, была источником всех успехов, достигнутых человечеством, начиная с его колыбели, теряющейся во мраке.[6]:160

  Марселен Бертло
  •  

Подлинная наука безбожественна.[7] также: Наше незнание — бог, наше знание — наука.

  Роберт Ингерсолл
  •  

Я непоколебимо верю, что наука и мир восторжествуют над невежеством и войной[9].

 

Je crois invinciblement que la science et la paix triompheront de l'ignorance et de la guerre[8].

  Пьер Кюри
  •  

Первые понятия, с которых начинается какая-нибудь наука, должны быть ясны и приведены к самому меньшему числу. Тогда только они могут служить прочным и достаточным основанием учения.[6]:103

  Н. И. Лобачевский
  •  

...Нет никаких «прикладных наук», есть только одна Наука и её плоды, – как дерево и плоды, им порождённые.[6]:172

  Луи Пастер
  •  

Время – лучший ценитель научных работ...[6]:172

  Луи Пастер
  •  

Жизнь коротка, наука бесконечна...[6]:98

  Гиппократ
  •  

...Надо же помнить, что не люди существуют для науки и искусства, а что наука и искусство вытекли из естественной потребности человека наслаждаться жизнью и украшать её всевозможными средствами.[6]:80

  Дмитрий Писарев
  •  

Наука — всегда не права. Она не в состоянии решить ни одного вопроса, не поставив при этом с десяток новых.[10]

  Бернард Шоу
  •  

Чем более всеобъемлющ смысл, тем менее он постижим. Бесконечный смысл необходимо лежит вне постижения конечного существа. Это пункт, где наука уступает и мудрость берёт верх.

  Виктор Эмиль Франкл
  •  

Бог создал объём, а поверхность — порождение Дьявола. — Образное выражение о поверхности полупроводников, которые можно рассматривать как дефекты, нарушающие трансляционную симметрию и из-за этого значительно затрудняющие расчёты.

  Вольфганг Паули
  •  

Стыдно должно быть тому, кто пользуется чудесами науки, воплощёнными в обыкновенном радиоприёмнике, и при этом ценит их так же мало, как корова те чудеса ботаники, которые она жуёт[12].

 

Sollen sich auch alle schämen, die gedankenlos sich der Wunder der Wissenschaft und Technik bedienen und nicht mehr davon geistig erfasst haben als die Kuh von der Botanik der Pflanzen, die sie mit Wohlbehagen frisst[11].

  Альберт Эйнштейн
  •  

Но ещё позорнее, питаясь плодами древа науки, подрывать его корни, будучи не в состоянии поднять рыло вверх и увидеть, где эти плоды зреют[12].

  Ю. Н. Ефремов
  •  

Умному наука — радость, дураку — горе.

  — Древняя восточная мудрость
  •  

Наука и религия никогда не противостояли друг другу. Просто наука очень молода, чтобы понять это.

  Дэн Браун, «Ангелы и демоны»
  •  

Наука в странах, недружественных США, рассматривается как стратегическая опасность для США.

  Генри Киссинджер
  •  

Жизнь коротка, а наука долга.[10]

  Лукиан
  •  

Всякая наука есть предвидение.[10]

  Герберт Спенсер
  •  

Наука непогрешима, но учёные часто ошибаются.[10]

  Анатоль Франс
  •  

Наука не отвечает на все вопросы, зато помогает понять бессмысленность многих из них.[10]

  Хенрик Ягодзиньский
  •  

Наука, как и добродетель, сама себе награда.[10]

  Чарльз Кингсли
  •  

Науку часто смешивают с знанием. Это грубое недоразумение. Наука есть не только знание, но и сознание, т.е. уменье пользоваться знанием как следует.[10]

  Василий Ключевский
  •  

Кажется, дело идёт к тому, что Наука откроет Бога. И я заранее трепещу за его судьбу.[10]

  Станислав Ежи Лец
  •  

У входа в науку, как у входа в ад, должно быть выставлено требование: «Здесь нужно, чтоб душа была тверда; здесь страх не должен подавать совета».

  Карл Маркс
  •  

Всякое начало трудно,— эта истина справедлива для каждой науки.

  Карл Маркс
  •  

В науке нет широкой столбовой дороги, и только тот может достигнуть её сияющих вершин, кто, не страшась усталости, карабкается по её каменистым тропам.

  Карл Маркс. Предисловие к французскому изданию ["Капитала"] (18 марта 1872 г.).— К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения. Изд. 2-е. Т. 23, с. 25.
  •  

Наука — это как магия, только с электричеством.

  — «Футурама», персонаж Эми Вонг
  •  

В науке нет никаких «глубин»; везде только поверхность...

  Рудольф Карнап, Ханс Хан, Отто Нейрат. Научное миропонимание — Венский кружок (1929)

Наука в прозе

править
  •  

...все результаты наук, которые мы выше выкинули из антропологии, входят в неё уже в своей группировке, как частные приложения логических методов и явлений феноменологии духа к отдельным психическим данным. Научное творчество обнимает все науки в их общих выводах и их систематическом построении. Логика обнимает все их методы. Наконец, все их отдельные факты, частные результаты, добытые случайным или намеренным исследованием ученых, входят в историю наук. Вся наука в целом своем составе размещается по различным отделам антропологии. Но научное творчество этим не исчерпывается. Группировка фактов науки, сближение их помощью гипотез составляет лишь простейшую его часть.[13]

  Петр Лавров, «Что такое антропология», 1860
  •  

Косвенная выгода для государства учреждения заводских дел будет состоять именно в том, что народ увидит, когда заводы будут учреждены, действительное приложение знания к достижению таких выгод, которые помимо знания и не могут быть получены. Разве без знания и науки, т. е. без изучения того, что узнали раньше, из-за одного, скажем проще, любопытства, можно видеть, что из свёклы получается сахар, из песка, золы и извести стекло, из дёгтя краски, из колчедана купоросное масло?[14]

  Дмитрий Менделеев, «Письма о заводах», 1886
  •  

Наука может быть создана только теми, кто насквозь пропитан стремлением к истине и пониманию. Но источник этого чувства берёт начало из области религии. Оттуда же — вера в возможность того, что правила этого мира рациональны, то есть постижимы для разума. Я не могу представить настоящего учёного без крепкой веры в это. Образно ситуацию можно описать так: наука без религии — хрома, а религия без науки — слепа.[15]Примечание: часто цитируется только последняя часть, лишённая контекста: «Наука без религии — хрома, а религия без науки — слепа».

  Альберт Эйнштейн
  •  

Наука пользуется мёртвой водой, искусство ― живой. Когда мы научно постигнем весь закон жизни, то всё живое умирает (исчезнет личность). Напротив, если бы искусство могло, то оно воскресило бы всё умершее. Наши последние века проходят под знаменем научного анализа и разрушения «наивных иллюзий мира». И потому наука везде торжествует, искусство унижено до служения забавам невежд и пользу его видят только в «отдыхе».[16]

  Михаил Пришвин, «Дневники», 1928
  •  

Я уже не говорю о том, что сказанное наукой слово почти никогда не бывает последним. Истина, добытая на одном уровне знаний, может быть опровергнута на более высоком.[17]

  Еремей Парнов, «Александрийская гемма», 1990
  •  

…Наука всегда предположительна — она признаёт, что изменение существующих на данный момент теорий рано или поздно окажется необходимым: сам ее метод не допускает полного и окончательного доказательства.

  Бертран Рассел, «Наука и религия»
  •  

…когда какая-нибудь ничтожность, маленький человечек делает открытие, то это не только заставляет их [учёных] без серьезного разбора и рассмотрения отрицать, но и завидовать. И отрицание превращается в преследование и глумление. Они чувствуют личное оскорбление от ненавистного гения, так как открытие сделано не ими и не их классом. Признай они его, им скажут: «А почему же не вы сделали это изобретение? На своем ли вы месте, не забрались ли высоко?»

  Константин Циолковский, «Гений среди людей», 1918
  •  

Наука точна, по крайней мере ни одна отрасль ума не отличается такой трезвостью, но воображение наше слабо. Оно столько раз обманывало людей, что в настоящее время кредит его сильно упал. <…> Несколько ранее, кроме очевидных фантазеров, никто не допускал возможности небесных сношений, в особенности путешествий вне Земли. Поэтому устанавливалось мнение, что они невозможны. А если так, то все факты, доказывающие эти сношения, если они и были, беспощадно отрицались людьми науки.

  Константин Циолковский, «Воля Вселенной», 1928
  •  

Бездарный ученый, тупица, прослужил 24 года, не сделав ничего хорошего, дав миру десятки таких же бездарных узких ученых, как он сам. Тайно по ночам он переплетает книги — это его истинное призвание; здесь он артист и испытывает наслаждение. К нему ходит переплетчик, любитель учености. Тайно по ночам занимается наукой.

  Антон Чехов, «Записные книжки. Дневники», 1891—1903
  •  

У Природы свой путь, и когда мы собираемся исследовать этот путь, нет смысла ставить конкретные задачи, нужно просто попытаться как можно больше узнать о мире, в котором мы живём. Может статься, что мы не сумеем получить ответы на все свои вопросы, но я этого и не жду. Моё любопытство в науке состоит в том, чтобы просто узнать о мире что-то новое, и чем больше я узнаю, тем будет лучше для познания.

  — «Радость познания» (в переводе Т. А. Ломоносовой)
  •  

Научное знание — это способность делать либо хорошее, либо плохое, но оно не содержит инструкции по своему использованию. Ценность такой способности очевидна, даже несмотря на то, что она может быть сведена на нет тем, что человек с ней делает.

  — «Какое тебе дело до того, что думают другие?» (в переводе Н. А. Зубченко)
  •  

Научное знание — это нечто, состоящее из утверждений разной степени определённости, некоторые из которых далеки от уверенности, другие близки к ней, а третьи являют собой абсолютную определённость.
Мы, учёные, к этому привыкли и считаем само собой разумеющимся, что быть неуверенным в чём-то абсолютно нормально, что вполне возможно жить и не знать. Но я не знаю, понимает ли истинность этого каждый. Наша свобода сомневаться родилась из борьбы против авторитетов в самые ранние дни науки. Это была очень долгая и ожесточённая борьба: позволить нам оспаривать — подвергать сомнению — быть неуверенными. Я думаю, что важно не забывать об этой борьбе, потому что, в противном случае, мы потеряем то, что получили.

  — «Какое тебе дело до того, что думают другие?» (в переводе Н. А. Зубченко)
  •  

Наука интересуется фактами об атомах, молекулах, звёздах, а не нами, во всяком случае, мы интересуем науку не настолько, чтобы её компасом служила непосредственная полезность результатов. Следует отметить, что в древности бескорыстие теоретических изысканий было более явным, чем сейчас. Опыт научил нас, что нет бесполезной науки в самом прагматичном значении слова «польза», потому что никогда не известно заранее, какая информация о природе пригодится, более того, окажется необыкновенно нужной и важной.

  — «Summa Technologiae» (гл. 2), 1963
  •  

... любая, даже самая точная наука развивается не только благодаря новым теориям и фактам, но и благодаря домыслам и надеждам учёных. Развитие оправдывает лишь часть из них. Остальные оказываются иллюзией и потому подобны мифу.

  — «Summa Technologiae» (гл. 4)
  •  

Наука вырастает из технологии и, окрепнув, берёт её на буксир.

  — «Summa Technologiae» (гл. 7)
  •  

— Пускай сделает Науку.
Машина заурчала, и вскоре площадь перед домом Трурля заполнилась толпой учёных. Одни потирали лбы, писали что-то в толстых книгах, другие хватали эти книги и драли в клочья, вдали виднелись пылающие костры, на которых поджаривались мученики науки, там и сям что-то громыхало, возникали странные дымы грибообразной формы, вся толпа говорила одновременно, так что нельзя было понять ни слова, составляла время от времени меморандумы, воззвания и другие документы, а чуть поодаль сидели несколько одиноких старцев; они беспрерывно мелким бисерным почерком писали на клочках рваной бумаги.
— Ну, скажешь, плохо? — с гордостью воскликнул Трурль. — Признайся, вылитая наука!

 

— Dobrze. Niech zrobi naukę.
Maszyna zawarczała i po chwili plac przed domostwem Trurla wypełnił się tłumem naukowców. Wodzili się za łby, pisali w grubych księgach, inni porywali te księgi i darli je na strzępy, w dali widać było płonące stosy, na których skwierczeli męczennicy nauki, tu i ówdzie coś hukało, powstawały jakieś dziwne dymy w kształcie grzybów, cały tłum gadał równocześnie, tak że słowa nie można byłe zrozumieć, od czasu do czasu układając memoriały, apele i inne dokumenty, w odosobnieniu zaś, pod nogami wrzeszczących, siedziało kilku samotnych starców i bez przerwy maczkiem pisało na kawałkach podartego papieru.
— No co, może złe?! — zawołał z dumą Trurl. — Wykapana nauka, sam przyznasz!

  — «Как уцелела вселенная», 1964
  •  

Наука? Это прежде всего капитуляция. Обычно подчёркивают её успехи, но они приходят не сразу и всё равно не покрывают громадных потерь. Ведь наука — это согласие на бренность и ничтожество индивидуума, который и возникает-то в результате статистической игры сперматозоидов, борющихся за первенство в оплодотворении яйца. Это согласие на бренность, на необратимость, на отсутствие возмездия и высшей справедливости и предельного познания, предельного понимания всего сущего, — и такое согласие могло бы быть даже героическим, когда б не то, что сами творцы науки так часто не отдают отчёта в том, что они действительно творят!

  — «Дознание», 1968
  •  

Мировая наука как целое действует наподобие сита, отделяющего пшеницу от плевел: она правду видит, хотя и не скоро скажет. Суждения отдельных ученых, хотя бы и нобелевских лауреатов, хотя бы даже Эйнштейнов, сами по себе не имеют доказательной силы в науке. Они получают ее (то есть могут ее получить) лишь после многократных и тщательных проверок. И как раз коллективный, внеличностный характер науки, та ее особенность, что процедуры познания, складывавшиеся столетиями, стоят выше любого индивидуального мнения, даже самого авторитетного, служат гарантией действительной объективности познания, и надежней этой гарантии ничего быть не может. Это не означает абсолютной непогрешимости науки, но означает нечто более важное: наука ошибается, однако в своем дальнейшем движении аннулирует собственные ошибочные утверждения.

  — «О "неопознанных летающих объектах"»
  •  

Начнем с того, что научные ошибки далеко не всегда приводят к плачевным результатам. Вулканизированный каучук, тефлон и пенициллин – вот самые известные последствия таких ошибок. Камилло Гольджи открыл окрашивание осмием – метод, позволяющий рассмотреть фрагменты нейронов, – случайно пролив раствор на мозговую ткань. Даже откровенно ложные мнения – например, заявление естествоиспытателя и алхимика XVI века Парацельса о том, что ртуть, сера и соль относятся к первоэлементам мироздания, – помогли алхимикам отвлечься от безумной погони за искусственным золотом и углубиться в реальный химический анализ. Благословенные промахи и грубые ошибки двигали развитие науки на протяжении всей истории.[18]

  Сэм Кин, «Исчезающая ложка, или Удивительные истории из жизни периодической таблицы Менделеева», 2010

Наука в поэзии

править
  •  

Соблазны теладеньги, угодья, отдых праздный;
Наука, знанья, разумдуши моей соблазны[19]. — перевод С. Липкина

  Рудаки, 9-10 вв.
  •  

Ереси и расколы суть науки дети;
Больше врёт, кому далось больше разумети;
В безбожие приходит, кто над книгой тает, ―
Говорит тот, кто и сам мало бога знает.[20]

  Антиох Кантемир, «Сатира I. На хулящих учение. К уму своему», 1731
  •  

Науки все корысть на свет произвела,
Поэзия одна от чувств произошла.[21]

  Иван Хемницер, «Стихи на стихотворство», 1782

Примечания

править
  1. Поспелов Дмитрий Где начало того конца, которым кончается это начало? (рус.) // Знание — сила : журнал. — 1985. — № 6. — С. 26—29.
  2. Л. Н. Толстой Что такое искусство? (1897—1898) // Полное собрание сочинений. — М.: Государственное издательство художественной литературы, 1951. — Т. 30. — С. 186.
  3. Ю. Наточин Год в Новосибирске // Наука и жизнь : журнал. — 1989. — № 1. — С. 83.
  4. Letter to Hans Muehsam (9 July 1951), Einstein Archives 38-408, quoted in The Ultimate Quotable Einstein (2010) by Alice Calaprice
  5. R. R. Williams (1934). “Who's Who in the Beri-Beri Vitamin Field”. Science. 79 (2053): 410.
  6. 1 2 3 4 5 6 7 8 Е.С.Лихтенштейн (составитель) «Слово о науке». Книга вторая.. — М.: Знание, 1981. — 272 с. — (817728). — 100 000 экз.
  7. Афоризмы. Золотой фонд мудрости / сост. О. Еремишин — М.: Просвещение, 2006.
  8. Mme Curie Pierre Curie. — Paris: Payot, 1924. — P. 51. — (Les grands hommes de France).
  9. Кюри М. Пьер Кюри (перевод с французского С. А. Щукарева) // Кюри М. Пьер Кюри. Кюри Е. Мария Кюри. — М.: Молодая гвардия, 1959. — С. 38. — (Жизнь замечательных людей. Серия биографий; Вып. 5 (271)). — 50000 экз.
  10. 1 2 3 4 5 6 7 8 Большая книга афоризмов (изд. 9-е, исправленное) / составитель К. В. Душенко — М.: изд-во «Эксмо», 2008.
  11. Einstein's speech on occasion of the opening of the Radio Show in 1930
  12. 1 2 Ефремов Ю. Н. Обскурантизм XXI века // Бюллетень "В защиту науки". — 2008. — № 3. — С. 196.
  13. П. Л. Лавров. Что такое антропология. — Санкт-Петербург: «Русское слово», No 10, 1860 г.
  14. Д. И. Менделеев. Письма о заводах. — СПб., «Новь». № 10, 1885 г. № 1 и №21, 1886 г.
  15. Albert Einstein, «Science, Philosophy and Religion: a Symposium», 1941. См. тж. полный перевод Л. Ярославского
  16. Пришвин М.М. «Дневники. 1928-1929». ― М.: Русская книга, 2004 г.
  17. Е.И. Парнов, «Александрийская гемма». — М.: «Московский рабочий», 1992 г.
  18. Сэм Кин. Исчезающая ложка, или Удивительные истории из жизни периодической таблицы Менделеева. — М.: Эксмо, 2015 г. — 464 с.
  19. Звезды поэзии / под редакцией Э. Джалиашвили, К. Айни. — Душанбе: Ирфон, 1974. — 50000 экз.
  20. А. Д. Кантемир, Собрание стихотворений. Второе издание. Библиотека поэта. Большая серия. — М.-Л.: Советский писатель, 1956 г.
  21. И.И. Хемницер. Полное собрание стихотворений. Библиотека поэта. Большая серия. — М.-Л.: Советский писатель, 1963 г.

См. также

править