Чёрный тетерев

Те́терев (Tetrao Tetrix) — крупная краснобровая птица из семейства тетеревиных, отряда курообразных. Широко распространена в лесах умеренной и северной климатической зоны. Предмет постоянного вожделения охотников, тетеревиная охота — отдельный класс этого древнего занятия.

Птицы отряда куриных вообще не отличаются высоким интеллектом. Видимо, потому в народном и бытовом языке «тетеревом» часто называют человека заторможенного, флегматичного или туповатого.

Тетерев в мемуарах, научно-популярной литературе и публицистикеПравить

  •  

В великоденской мясоед в стол еству подают: окорок ветчинной с студенью, тетерев с студенью под шафраном, тетерев горячей, верчёной; <...> шти богатые, уха куречья голая; калья куречья с лимоны; калья утечья с сливы, калья тетеревина с огурцы, заец чёрной горячей; заец в лапше с пирожки, заец росольной; губа лосина в ухе, уши лосины в ухе, куры молодые в росоле, баранина росолная с горчицею...

  — «Домострой», XVI век
  •  

Оттого вы будете смеяться, но я вас уверяю, что когда я прочёл, например, статью о тетереве, мне, право, показалось, что лучше тетерева жить невозможно…
Автор перенёс в изображение этой птицы ту самую законченность, ту округленность каждой отдельной жизни, о которой мы говорили выше, и т. д. и т. д. Если б тетерев мог рассказать о себе, он бы, я в том уверен, ни слова не прибавил к тому, что о нем поведал нам г. А-в. То же самое должно сказать о гусе, утке, вальдшнепе, — словом, обо всех птичьих породах, с которыми он нас знакомит.[1]

  Иван Тургенев, «Записки ружейного охотника Оренбургской губернии. С. А.-ва», 1852
  •  

Кто не знает тетерева, простого, обыкновенного, полевого тетерева берёзовика, которого народ называет тетеря, а чаще тетерька? Глухарь, или глухой тетерев, ― это дело другое. Он не пользуется такою известностью, такою народностью. Вероятно, многим и видеть его не случалось, разве за обедом, но я уже говорил о глухаре особо. Итак, я не считаю нужным описывать в подробности величину, фигуру и цвет перьев полевого тетерева, тем более что, говоря о его жизни, я буду говорить об изменениях его наружного вида. Нужно только заметить, что тетерев из всех птиц, равных ему величиною, самая сильная и крепкая птица. Летает он очень проворно и неутомимо; машет крыльями с такою быстротою, что производит резкий и сильный шум своим полётом, особенно поднимаясь с земли. Тетерева водятся везде: и в большом и малом, и в красном и чёрном лесу, в перелесках, в редколесье и даже в местах безлесных, если только не распахана вся степь, ибо тетеревиная самка никогда не совьёт гнезда на земле, тронутой сохою. В губерниях, не тесно населённых, в местах, привольных хлебом и особенно лесом, тетерева живут в великом множестве.[2]

  Сергей Аксаков, «Записки ружейного охотника Оренбургской губернии», 1852
  •  

Старые «управцы» ― те усекновляют спокойно, без разговоров, точно пирог с капустой едят; новые ― доказывают, полемизируют и предварительно кусают. Иной новобранец до того осмелился, что так-таки прямо в глаза начальству отчеканивает: распни! И не боится. И гребень у него покраснеет, и хвост веером распустится ― тетерев на току, да и полно! Но я-то ведь, тётенька, не забыл. Таким же точно страстным тетеревом он был и тогда, когда ― помните? ― он же захлёбывался в восторге от «бредней»! [3]

  Михаил Салтыков-Щедрин, «Письма к тётеньке», 1881-1882
  •  

Два больших хищника-тетеревятника взвились, играя друг с другом, над Чистиком, один из них, который вел игру и, видимо, самец, был серого цвета, а другой светлого; оба они, поиграв в воздухе, опустились и пропали в мелком осиннике. С треском вылетела очень близко, видно, с гнезда тетёрка и немного подальше от нее черныш. Потом еще один вылетел черныш и еще ближе, видно, токованье оканчивалось и, теряя первые перья от линьки, тетерева начинают подпускать ближе. Мы выбрались из кочковатого мелкого леса на клюквенное открытое раздолье Чистика. Каждая кочка была покрыта розовыми цветочками подбела и тут же краснелась перезимовавшая мочёная клюква.[4]

  Михаил Пришвин, «Дневники», 1921
  •  

Но вдруг мы обратили внимание, что вокруг одного куста можжевельника правильным кольцом трава была притоптана, так же было у следующего куста, ещё и ещё. И на одном кусту ягоды были так высоки, что простому тетереву их бы никогда не достать. И ещё мелькнула догадка: зачем же тетереву крутиться у можжевельника, если он не боится, прикрываясь лиловым вереском, пробраться за брусникой на открытую <паль> к журавлям. Нет, это не тетерева танцевали по траве вокруг можжевельников, это глухари выбрались из болотного леса и остались тут, не смея дальше подняться на открытую паль, где вереск никак их не может укрыть.[5]

  Михаил Пришвин, «Дневники», 1929
  •  

Конечно, такое заряжение шло медленнее, и когда Тургеневу приходилось поджидать меня, он всегда обзывал мои снаряды «сатанинскими». Помню однажды, как собака его подняла выводок тетеревей, по которому он дал два промаха и который затем налетел на меня. Два моих выстрела были также неудачны навстречу летящему выводку, который расселся по низкому можжевельнику, между Тургеневым и мною. Что могло быть удачнее такой неудачи? Можно ли было выдумать что-либо великолепнее предстоящего поля? Стоило только поодиночке выбирать рассеявшихся тетеревей. Тургенев поспешно зарядил своё ружьё, подозвав к ногам Бубульку, и кричал издали мне, торопливо заряжавшему ружьё: «Опять эти сатанинские снаряды! Да не отпускайте свою собаку! Не давайте ей слоняться! Ведь она может наткнуться на тетеревей, и тогда придётся себе опять кишки рвать».

  Афанасий Фет, «Мои воспоминания», 1890
  •  

Из ягодника вылетит нарядная тетёра и сядет поблизости. Зайцев ― тех летом не трогал никто. Уже и ягод брать некуда: корзина полна морошки, туес полон малины, а всё идёшь: места открываются одно другого таинственнее по красоте. Круглая сухая поляна белого мха, по белому моху синие круглые цветыколокольчики, незабудки и великолепный папоротник в пояс человеку. Поляну окружает стена розовой ольхи и рябины...[6]

  Борис Шергин, «Из дневников», 1930-1960

Тетерев в беллетристике и художественной прозеПравить

  •  

Бежала лисица по лесу, увидала на дереве тетерева и говорит ему:
— Терентий, Терентий! Я в городе была.
— Бу-бу-бу, бу-бу-бу! Была, так была.
— Терентий, Терентий! Я указ добыла.

  Афанасьев, Народные русские сказки; «Лиса и тетерев»
  •  

Два дня ходил охотник по лесу — ничего не убил; на третий день дал обещание: что ни убью, то проебу! Пошёл в лес, напал на тетерева и убил его. Ворочается домой. Вот увидела из окна барыня, что идёт охотник, несёт тетерева, и позвала его к себе в горницу.
— Что сто́ит тетерев? — спрашивает барыня.
— Этот тетерев у меня не продажный, — говорит охотник, а заветный.
— Какой же завет?
— Да как шёл я на охоту, дал обещание: что ни убью, то и проебу.
— Не знаю, как быть,— молвила барыня. — Хочется мне тетерявятинки, дюже хочется! Видно, надо делу сбыться. Да мне совестно под тобою лежать...

  Афанасьев, Заветные русские сказки; «Тетерев»
  •  

Не перевелась ещё благородная птица тетерев, водится добродушный дупель, и хлопотунья куропатка своим порывистым взлётом веселит и пугает стрелка и собаку.

  Иван Тургенев, «Хорь и Калиныч», 1847
  •  

Кроме этих двух стариков да трёх пузатых ребятишек в длинных рубашонках, Антоновых правнуков, жил ещё на барском дворе однорукий бестягольный мужичонка; он бормотал, как тетерев, и не был способен ни на что; не многим полезнее его была дряхлая собака, приветствовавшая лаем возвращение Лаврецкого: она уже лет десять сидела на тяжёлой цепи, купленной по распоряжению Глафиры Петровны, и едва-едва была в состоянии двигаться и влачить свою ношу.

  Иван Тургенев, «Дворянское гнездо», 1858
  •  

Немец Осип Францыч кончил курс в уездном училище и глуп, как тетерев, но сытость, жир и собственные дома придают ему массу самоуверенности. Говорить авторитетно, философствовать и читать сентенции он считает своим неотъемлемым правом.

  Антон Чехов, «Общее образование»
  •  

И зверь и птица за две и более версты слышат приближение столичного лакомки, и всегда имеют время ― Михайло Иванович уйти в свою любезную гарь, а заяц, тетерев, рябчик тут же, поблизости господ охотников, забраться в прутняк и спокойно слушать разговоры о том, что хорошо бы попробовать новое ружьё на какой-нибудь толстомясой тетерьке.[7]

  Глеб Успенский, «Непорванные связи», 1880
  •  

Наевшись, закурили папиросы, спросили пива и стали уже настоящим образом разговаривать. ― Однажды я в Тверской губернии летом гостил, так дупелей ел ― вот это так птица! ― сообщил один. ― А по-моему, тетерев, ежели он еще цыплёнок, даже лучше дупеля будет! ― отозвался другой. ― Тетерев-то и не цыплёнок, а просто «нонешний»... ежели, например, в сентябре... ― возразил третий, ― приготовить его в кастрюльке да дать легонько вздохнуть ― высокая это еда, господа![8]

  Михаил Салтыков-Щедрин, «Пошехонские рассказы», 1883-1884
  •  

Каких-каких звуков только не было! Кроме журавлиного и лебединого крика и кряхтенья вальдшнепов, слышалось неумолкаемое пение со всех сторон. Какие птицы пели ― не умею сказать, за исключением иволги, которая резко выделялась среди других певцов. Где-то точно разговаривают и кричат две голосистые бабы, потом глухо забормотал на листвени тетерев, потом, точно из-под земли, донеслось неистовое фырканье и кудахтанье игравших на току косачей. Ночь была тихая, и можно было расслышать игру на нескольких токах. Но всего удивительнее был какой-то страшный крик, точно во всю глотку ревел пьяный мужик; я даже вздрогнул в первую минуту. ― Что, испугались?[9]

  Дмитрий Мамин-Сибиряк, «Золотая ночь», 1884
  •  

Вот ещё тоже тип! Этот старый барсук хочет жениться! Глуп, как тетерев! А ваша генеральша charmante! Совсем недурна!..[10]

  Антон Чехов, «Безотцовщина»
  •  

...Касьян: пускай-де пока с нашими лешими сговаривается, а мы наконец своё сладим. Подымает Альфию на руки, а над срубом птицы на все голоса. До чего громко! И словно стадо тетеревов крыльями захлопало, помёт птичий так в отдушину и посеялся.[11]

  Игорь Гергенредер. «Буколические сказы».
  •  

Было совсем тихо в природе, и дети, озябшие, до того были тихи, что тетерев Косач не обратил на них никакого внимания. Он сел на самом верху, где сук сосны и сук ели сложились, как мостик между двумя деревьями. Устроившись на этом мостике, для него довольно широком, ближе к ели, Косач как будто стал расцветать в лучах восходящего солнца. На голове его гребешок загорелся огненным цветком.[12]

  Михаил Пришвин, «Кладовая солнца», 1945
  •  

Откуда-то близко, с берёзовой вырубки, потянулся в тишине таинственный шипящий звук, и резкий и плавный одновременно: «Чу-фффффф! Чу-фффффф-ышш…» Это заиграл первый тетерев. Даже не заиграл, а только попробовал, только показал: здесь, мол, я. Но уже отозвался ему другой ― понёсся с берёзовой вырубки весенний тетеревиный клич: «Чу-фффыышшш!..»[13]

  Юрий Коваль, «Лесник Булыга», 1985

Тетерев в стихахПравить

  •  

И вдруг сомкнулись все, во всех местах запели,
И все согласно захотели,
Чтоб Тетерев был царь.
Хоть он глухая тварь,
Хоть он разиня бестолковый,
Хоть всякому стрелку подарок он готовый, ―
Но все в надежде той,
Что Тетерев глухой
Пойдет стезей Орлицы…
Ошиблись бедны птицы![14]

  Денис Давыдов, «Орлица, турухтан и тетерев», 1804
  •  

Токует тетерев
На черном суку,
Японский ветер
Зовется тайфун.
Нет, это не птица
На синей сосне
Человечий мнится
Облик сквозь снег.
За сопками семьи
Приникли к окну
Выстрел не смеет
В темь полыхнуть. <...>
Токует тетерев
На сухом суку…
Знает ли на свете
Такую тоску?[15]

  Николай Асеев, «Огонь», 1922
  •  

Ещё не гукала сова
И тетерев по талой зорьке
Клевал пестрец и ягель горький...[16]

  Николай Клюев, «Увы, увы, раю прекрасный...», 1928
  •  

Мой тетерев сопляк
я ландыш, дереву земляк.

  Даниил Хармс, «От знаков миг», 1931

Пословицы и поговоркиПравить

  •  

Молодец, что орёл, а ума, что у тетерева.

  •  

Видом орёл, а умом тетерев.

ИсточникиПравить

  1. Тургенев И. С., Собрание сочинений. В 12-ти томах. — Москва, «Художественная литература», 1976—1979. том 12
  2. Аксаков С.Т. «Записки ружейного охотника Оренбургской губернии». Москва, «Правда», 1987 г.
  3. Салтыков-Щедрин М.Е. Собрание сочинений в 10 томах. Москва, «Правда», 1966 г., Том 7
  4. Пришвин М.М. «Дневники. 1920-1922». ― Москва: Московский рабочий, 1995 г.
  5. М.М.Пришвин. Дневники. 1928-1929. — М.: Русская книга, 2004 г.
  6. Борис Шергин. Повести и рассказы. — Л.: Лениздат, 1987 г.
  7. Успенский Г.И. Собрание сочинений в девяти томах. Том 1. Москва, ГИХЛ, 1995 г.
  8. Салтыков-Щедрин М.Е. Собрание сочинений в 20 томах. Москва, «Художественная литература», 1966 г., Том 15
  9. Мамин-Сибиряк Д.Н. Золото. Роман, рассказы, повесть. Минск, «Беларусь», 1983 г.
  10. Чехов А.П. Полное собрание сочинений и писем. Москва, «Наука», 1974 г.
  11. Игорь Гергенредер. Буколические сказы.
  12. Пришвин М.М. «Зелёный шум». Сборник. Москва, «Правда», 1983 г.
  13. Коваль Ю.И. Солнечное пятно. Москва, «Вагриус», 2002 г.
  14. Д. Давыдов. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. Издание второе. — Л.: Советский писатель, 1984 г.
  15. Н. Н. Асеев. Стихотворения и поэмы. Библиотека поэта. Большая серия. Второе издание. — Л.: Советский писатель, 1967 г.
  16. Н. Клюев. «Сердце единорога». СПб.: РХГИ, 1999 г.

См. такжеПравить