Открыть главное меню

Лебедь

род птиц из отряда гусеобразных семейства утиных
Семья лебедей с птенцами

Ле́бедь (лат. Cygnus) — крупная перелётная водоплавающая птица из отряда гусеобразных семейства утиных. Белый и чёрный лебедь издавна считается символом красоты, чистоты и верности.

Лебедь в прозеПравить

  •  

— Тише ты! Она ещё проснётся, пожалуй, да убежит от нас, — сказала старуха жаба. — Она ведь легче лебединого пуха! Высадим-ка её посередине реки на широкий лист кувшинки — это ведь целый остров для такой крошки, оттуда она не сбежит, а мы пока приберём там, внизу, наше гнёздышко. Вам ведь в нём жить да поживать.

  Ганс Христиан Андерсен, «Дюймовочка», 1835
  •  

— Летите-ка подобру-поздорову на все четыре стороны! — сказала злая королева. — Летите большими птицами без голоса и промышляйте о себе сами!
Но она не могла сделать им такого зла, как бы ей хотелось, — они превратились в одиннадцать прекрасных диких лебедей, с криком вылетели из дворцовых окон и понеслись над парками и лесами.

  Ганс Христиан Андерсен, «Дикие лебеди», 1838
  •  

Когда солнце было близко к закату, Элиза увидала вереницу летевших к берегу диких лебедей в золотых коронах; всех лебедей было одиннадцать, и летели они один за другим, вытянувшись длинною белою лентой, Элиза взобралась наверх и спряталась за куст. Лебеди спустились недалеко от неё и захлопали своими большими белыми крыльями.
В ту же самую минуту, как солнце скрылось под водой, оперение с лебедей вдруг спало, и на земле очутились одиннадцать красавцев принцев, Элизиных братьев!

  Ганс Христиан Андерсен, «Дикие лебеди», 1838
  •  

С появлением гуся началась такая суматоха, что можно было подумать, что гусь самая редкая птица из всех пернатых — чудо, в сравнении с которым чёрный лебедь самая заурядная вещь. И действительно, гусь был большой редкостью в этом доме.

  Чарльз Диккенс, «Рождественская песнь в прозе»
  •  

Старшие ушли, а дочка забыла, что ей приказывали; посадила братца на травке под окошком, а сама побежала на улицу, заигралась, загулялась. Налетели гуси-лебеди, подхватили мальчика, унесли на крылышках. Пришла девочка, глядь — братца нету! Ахнула, кинулась туда-сюда — нету. Кликала, заливалась слезами, причитывала, что худо будет от отца и матери, — братец не откликнулся! Выбежала в чистое поле; метнулись вдалеке гуси-лебеди и пропали за тёмным лесом. Гуси-лебеди давно себе дурную славу нажили, много шкодили и маленьких детей крадывали; девочка угадала, что они унесли её братца, бросилась их догонять.

  Афанасьев, Народные русские сказки, «Гуси-Лебеди»
  •  

Мила и Нолли сели, обнявшись, на камень, а Лебедь начал свой рассказ под тихий, мирный плеск морской волны. «Моя родина здесь, на Голубых островах. Говорят, что я вышел из белой водяной лилии, другие рассказывают, что в меня превратился белый цветок махровой азалии, но это всё равно»...[1]

  Николай Вагнер, «Сказки Кота-Мурлыки», 1872
  •  

У разбойников опустились руки. Они навьючили снова верблюдов, развязали слуг и, не воспользовавшись ничем, отпустили знаменитого певца.
— Мы грабим только купцов и богатых людей, — объяснили они в смущении. — Будет проклят тот человек, который вырвет хоть одно перо из белого крыла лебедя Хантыгая… Твои песни открывают тебе счастливый путь.

  Дмитрий Мамин-Сибиряк, «Лебедь Хантыгая», 1898
  •  

— Он очень симпатичный, — сказала девушка. — Его белизна — живая белизна, трепетная, красивая. Я хотела бы быть принцессой и жить в замке, где плавают лебеди — и чтобы их было много… как парусов в гавани. Лебедь, — ведь это живой символ… а чего? <...>
Пруд был так спокоен и чист, что казалось, будто плывут два лебедя; один под водой, а другой сверху, крепко прильнув белой грудью к нижнему своему двойнику. Но двойник был бледнее и призрачнее, а верхний отчётливо белел плавной округлостью снежных контуров на фоне бархатной зелени. Всё его обточенное тело плавно скользило вперёд, едва колыхая жидкое стекло засыпающего пруда.
Шея его лежала на спине, а голова протянулась параллельно воде, маленькая, гордая голова птицы. Он был спокоен.
— Никак лебедь прилетел! — подумал лавочник. — Вот мельник дурак, ещё ружьём балуется: шкура — пять рублей!
— Я слышала, — сказала девушка, — что лебеди умирают очень поэтически. Летят кверху насколько хватает сил, поют свою последнюю песню, потом складывают крылья, падают и разбиваются.

  Александр Грин, «Лебедь»
  •  

Ночью Сидору Ивановичу приснилось, что он убил лебедя и съел. Убил он его, будто бы, длинной и чёрной стрелой, точь-в-точь такой же, какие употребляются дикарями, описанными в журнале «Вокруг Света». Раненый лебедь смотрел на него большими, человеческими глазами и дёргал клювом, а он бил его по голове и приговаривал:
— Шваль! Шваль! Шваль!

  Александр Грин, «Лебедь»
  •  

…Солнце ещё не успело позолотить верхушек тамариндовых деревьев, ещё яркие тропические птицы дремали в своих гнёздах, ещё чёрные лебеди не выплывали из зарослей австралийской кувшинки и желтоцвета, — когда Вильям Блокер, головорез, наводивший панику на всё побережье Симпсон-Крика, крадучись шёл по еле заметной лесной тропинке…

  Аркадий Аверченко, «Экзаменационная задача», 1914
  •  

Мне рассказывал мой покойный дед: у них в лесу водилось оленей видимо-невидимо. Как их там? косулей ― невпроворот. И пруд был весь в лебедях белых, а на берегу пруда цвёл рододендрон. И вот в деревню эту приехал лекарь, по имени Густав… Ну уж не знаю, насколько он был Густав, но жид ― это точно. И что же из этого вышло? <...> Вот, вообрази себе, Вова: ты ― белая лебедь и сидишь на берегу пруда ― а напротив тебя сидит жид и очень внимательно на тебя <смотрит>… Вова. Нет, белой лебедью я тоже не могу, это мне трудно.[2]

  Венедикт Ерофеев, «Гиева ночь, или Шаги командора», 1985

Лебедь в стихахПравить

  •  

Бьётся лебедь средь зыбей,
Коршун носится над ней;
Та бедняжка так и плещет,
Воду вкруг мутит и хлещет…
Тот уж когти распустил,
Клёв кровавый навострил…

  Александр Пушкин, «Сказка о царе Салтане», 1831
  •  

В тёмном парке под ольхой
В час полуночи глухой
Белый лебедь от весла
Спрятал голову в крыла.

  Александр Блок, «Через двенадцать лет»
  •  

Белый лебедь, лебедь чистый,
Сны твои всегда безмолвны,
Безмятежно-серебристый,
Ты скользишь, рождая волны.

  Константин Бальмонт, «Белый лебедь»
  •  

В тихий час, когда лучи неярки
И душа устала от людей,
В золотом и величавом парке
Я кормлю спокойных лебедей.

  Марина Цветаева , «Принц и Лебеди»
  •  

— Где лебеди? — А лебеди ушли.
— А во́роны? — А во́роны — остались.
— Куда ушли? — Куда и журавли.
— Зачем ушли? — Чтоб крылья не достались.

  Марина Цветаева, «Где лебеди? — А лебеди ушли…»
  •  

Над кабаком, где грехи, гроши,
Кровь, вероломство, дыры —
Встань, Триединство моей души:
Лилия — Лебедь — Лира!

  Марина Цветаева, «Так, высоко́ запрокинув лоб…», 1918
  •  

Вот она, суровая жестокость,
Где весь смысл страдания людей!
Режет серп тяжёлые колосья,
Как под горло режут лебедей.

  Сергей Есенин, «Песнь о хлебе», 1921
  •  

Выгнув шею в большое французское S,
Чёрный лебедь торопит: «Дай булки!»
Я крошу ему булку. А с лона небес
Солнце брызжет во все закоулки.

  Саша Чёрный, «Как я живу и не работаю»
  •  

Там сегодня именины ―
Небывалые отжины,
Океан калёных щей
Ждет прилёта лебедей! [3]

  Николай Клюев, «В алых бусах из вишен...» (Стихи из колхоза), 1932

ИсточникиПравить

  1. Н.П.Вагнер, «Сказки Кота-Мурлыки». — М.: Правда, 1991 г.
  2. Венедикт Ерофеев, Собрание сочинений в 2 томах. Том 1. — М.: Вагриус, 2001 г.
  3. Н. Клюев. «Сердце единорога». СПб.: РХГИ, 1999 г.

См. такжеПравить