Пустельга́ — название нескольких видов птиц рода Соколы (лат. Falco), значительная часть оперения которых имеет бурый цвет. Пустельги отличаются своим поведением во время охоты, они парят на высоте около 20 м над землёй, высматривая жертву, мелких грызунов, ящериц или крупных насекомых. Другие соколы чаще охотятся в полёте.

Пустельга обыкновенная (самец)

«Пустельга» происходит от слова «пустой», в связи с чем распространено ошибочное мнение о том, что птица непригодна для соколиной охоты. По другой, более правдоподобной версии, своё название птица получила от способа охоты на открытых пространствах (пастбищах), первоначально звучало примерно как «пастельга» и имело значение «высматривающая».

В переносном значении это слово в XIX-XX веках означало человека или вещь нестоящую, пустую, безделушку или ерунду, не заслуживающую отдельного обсуждения. В современном языке переносное значение почти вышло из употребления, превратившись в знак устаревшего стиля или язык эпохи.

Пустельга в кратких цитатахПравить

  •  

...не вы ли сами всегда обзываете Герцена и дураком-то, и отсталым-то, и лишним человеком, и краснобаем. Вспомните-ка, ведь это все ваши эпитеты! То вдруг еще вчера он у вас выдохшийся болтун, пустельга-колотовка, а сегодня уж вы гордитесь им!..[1]

  Всеволод Крестовский, «Панургово стадо», 1869
  •  

Будет день, я своею улыбкой сожгу
Всех систем пузыри, всех миров пустельгу...[2]

  Константин Случевский, «Мефистофель в пространствах», 1881
  •  

Софья Петровна Кувшинникова пережила и мужа, и Левитана, и Чехова, и своею красивою смертью доказала, что она ― не пустельга.[3]

  Александр Лазарев-Грузинский, «А. П. Чехов», 1925
  •  

Громче всех звенит и жалуется в лесу пустельга, или, как мы называли ее, «пистольга».[4]

  Валериан Правдухин, «Годы, тропы, ружьё», 1930
  •  

Провода высоковольтных линий
С дремлющей угрюмой пустельгой.[5]

  Аркадий Штейнберг, «Автобус местного значенья», 1954
  •  

...когда я слышу, как человек в полном расцвете сил отказывается от всех предлагаемых ему в библиотеке хороших книг и упрямо требует «что-нибудь про шпионов, да позакрученней», я с сожалением думаю, глядя на него: пустельга![6]

  Лев Кассиль, «Дело вкуса», 1964
  •  

Высоко над речкой, как подвешенная, бьётся на одном месте пустельга.[7]

  Алексей Ливеровский, «Журавлиная родина», 1966
  •  

Буковский мог оказаться пустельгой, а он сверкает умом, находчивостью, правдой.[8]

  Лидия Чуковская, из дневника, 5 марта 1977

Пустельга в научно-популярной литературе и публицистикеПравить

  •  

Горбатые ястреба, пустельги, копчики, как разбойники в засаде, торчат на телеграфных столбах, на верстовых камнях, насторожив жадные глаза...[9]

  Евгений Марков, «Очерки Крыма (Картины крымской жизни, природы и истории)», 1872
  •  

Там и сям в воздухе виднелись канюки и пустельга. Эти представители соколов описывали красивые круги, подолгу останавливались на одном месте и, трепеща крыльями, зорко высматривали на земле добычу. Порой они отлетали в сторону, опять описывали круги и вдруг, сложив крылья, стремглав бросались книзу, но, едва коснувшись травы, снова быстро взмывали вверх.[10]

  Владимир Арсеньев, «По Уссурийскому краю», 1917
  •  

В числе ее «ухажёров» был Стёпка Махалкин, родной брат известного гуслицкого разбойника Васьки Чуркина, прославленного даже в романе его имени. Но Степка Махалкин был почище своего брата и презрительно называл его: ― Васька-то? Пустельга! Портяночник![11]

  Владимир Гиляровский, «Москва и москвичи», 1926
  •  

Чутья на людей, как, например, у Брежнева и Ельцина, Горбачёву явно недоставало. Да и вообще в его кадровой политике ― бесконечная череда ошибок. Поговорит с кем-то, тот поклянется в верности Перестройке, глядишь ― новый начальник. А в жизни ― пустельга и неумеха, а то и вертихвостка. На мой взгляд, он не смог понять, что кардинальный демократический поворот требовал людей с действительно новым мышлением...[12]

  Александр Яковлев, «Омут памяти», 2001

Пустельга в мемуарах и дневниковой прозеПравить

  •  

Театральная пиеска имела двойное название; первого не помню, а второе было: «Драматическая пустельга». И точно, это была пустельга… Но как она мне понравилась! Начиналась она так: пастушка или крестьянская девушка гнала домой стадо гусей и пела куплет, который начинался и оканчивался припевом: Тига, тига, домой, Тига, тига, за мной.[13]

  Сергей Аксаков, «Детские годы Багрова-внука, служащие продолжением семейной хроники», 1858
  •  

Человек без убеждений ― пустельга, без принципов ― он ничтожная никчемность. Даже и при большем таланте беспринципность понижает личность художника: в нем чувствуется раб или потерянный человек.[14]

  Илья Репин, «Далёкое близкое», 1917
  •  

Да, Чехов ошибся. Без этой ошибки история с «Попрыгуньей» была бы решительным вздором, потому что серьезный и вдумчивый Левитан совершенно не походил на ничтожного Рябовского, а пустельга-«попрыгунья» ― на Кувшинникову, во всяком случае не бывшую пустельгой. Чехов любил Левитана и карикатурить его не стал бы. <...> Рассердилась на Чехова и Кувшинникова, вероятно под влиянием тех же Тартюфов, так как сорокалетней женщине ― и притом не пустельге ― узнавать себя в двадцатилетней пустельге не было особых резонов. <...> Софья Петровна Кувшинникова пережила и мужа, и Левитана, и Чехова, и своею красивою смертью доказала, что она ― не пустельга.[3]

  Александр Лазарев-Грузинский, «А. П. Чехов», 1925
  •  

Как сейчас, слышу несмолкаемый гомон птиц. Стонут чайки, посвистывают кроншнепы, крякают утки, тонко и жалобно ноют авдотки и пигалицы. Громче всех звенит и жалуется в лесу пустельга, или, как мы называли ее, «пистольга». Ее серые с коричневыми крапинками яйца ворует нахальная ворона.[4]

  Валериан Правдухин, «Годы, тропы, ружьё», 1930
  •  

У воды зной томит еще больше. Хочется купаться. На палке от старого закола спят темно-синие стрекозы. Высоко над речкой, как подвешенная, бьётся на одном месте пустельга. Под самыми облаками парит орлан-белохвост.[7]

  Алексей Ливеровский, «Журавлиная родина», 1966
  •  

Во мне ведь коварства нет, так, легкая подколодность. Я ― орёл, я ― соловей, я ― сокол, а она ― сорока, она ― трясогузка, она ― пустельга.[15]

  Венедикт Ерофеев, «Из записных книжек», 1960-е
  •  

В эфире много радостей: Буковский! Буковский мог оказаться пустельгой, а он сверкает умом, находчивостью, правдой.[8]

  Лидия Чуковская, из дневника, 5 марта 1977
  •  

Ближе к заимке, когда Петенька начал садиться в пыль и хныкать, отказываясь следовать дальше, мальчишки увлекали его разными штуковинами, виднеющимися впереди: то суслика показывали, попиком стоявшего у норы, то пустельгу, парящую над сухо шелестящим лугом...[16]

  Виктор Астафьев, «Последний поклон», до 1991
  •  

Да и проснулась дома не от дождя. Пустельга разбудила, их там, на хубсугульских берегах, видимо-невидимо. Степи, выбритые яками до щетины, отпускают к небу нагретые воздушные потоки, ― а солнце здесь злое, горное, высота над уровнем моря 1645 м, от перепадов уши закладывает, и дышать в разреженном воздухе сопок тяжело с непривычки. В тёплых потоках плывут, распластав крылья, хищные пустельги, высматривают сусликов, роняют пёстрые перья и хохочут, хохочут. Да и как надо мной не хохотать, если я, зарёванная, прощаюсь с далай-озером, окунаю руки в воду, дождь за шиворот льёт, а я всё никак не уйду?[17]

  Валерия Иванова, «Комендантский час для ласточек», 2012

Пустельга в художественной прозе и беллетристикеПравить

  •  

Вы говорите про Лидиньку Затц. Мы с вами знавали ее в Славнобубенске пустою и несколько эксцентричною болтуньей; но тем-то мне и горше, что даже эта пустельга делает дело насколько может и умеет делать, что даже и она нашла себе его, а я, грешная, остаюсь только при одних исканиях да добрых порываньях, от которых в результате все-таки нуль оказывается.[1]

  Всеволод Крестовский, «Панургово стадо», 1869
  •  

И здесь более всех отличался Карявый. Он стоял впереди и, хладнокровно поигрывая прутиком, расточал эпитеты. Предводителя он назвал «глистой», Цуцких ― «борзыми», офицеров ― «коняшками», сановника ― «коренником», автора брошюры ― «пустельгою».[18]

  Александр Эртель, «Волхонская барышня», 1883
  •  

Вдруг в степной темноте вскрикнула одна птичка, ее что-то напугало. Чагатаев вспомнил этот голос через многие годы, как будто его детство жалобно прокричало из безмолвной тьмы. Он прислушался; еще какая-то птица что-то быстро проговорила и умолкла, он тоже помнил ее голос, но сейчас забыл ее имя: может быть, пустынная славка, может быть, пустельга.[19]

  Андрей Платонов, «Джан», 1933-1935
  •  

За рекой поднималась высокая-высокая гора из красной глины и песка. Под самой вершиной обрыва виднелось множество дырок и норок. У больших дырок сидели парочками галки и рыжие соколки-пустельги... <...>
― Зачем нам драться? ― отвечали береговушки. ― У нас над рекой мошек на всех хватает, у нас на Красной горке пустых норок много, ― выбирай любую.
― А пустельги? А галки? ― не унимался Чик. ― Пустельги ловят себе в полях кузнечиков и мышей.[20]

  Виталий Бианки, «Лесные были и небылицы», 1958
  •  

Чик вылетел из норки и стал как сумасшедший кидаться на Кота. А Кот лез и лез по обрыву. Тучей вились над ним ласточки, с криком летели на выручку к ним галки и пустельги. Кот быстро вскарабкался наверх и уцепился лапой за край норки. Теперь ему оставалось только просунуть другую лапу за гнездом и вытащить его вместе с Чирикой, птенцами и яйцами. Но в эту минуту одна пустельга клюнула его в хвост, другая ― в голову, и две галки ударили в спину.[20]

  Виталий Бианки, «Лесные были и небылицы», 1958
  •  

...на беду себе, он так громко жужжал крыльями в полете… Сидевший спиной к нему на телеграфном столбе небольшой длиннохвостый сокол услышал приближающийся звук ― и обернулся. Это был сокол ― специалист по ловле мышей и насекомых: рыжая, в черных и светлых полосах-крапинах пустельга. Она отлично умела хватать на лету кузнечиков, стрекоз, жуков. Она увидела водолюба, легко снялась и стрелой понеслась в погоню за ним. Пустельга настигла водолюба, когда он был уже над берегом пруда и стал снижаться. Он почувствовал только, что кто-то схватил его сзади в пасть, и крылья его перестали работать: моторы выключились, несущие плоскости сами собой сложились. А пустельга почувствовала невыносимую боль во рту: острые шипы задних ног жука пронзили ей насквозь язык. Вскрикнув от боли, пустельга выпустила жука из клюва. Водолюб не успел расправить крылья и камешком полетел вниз. [20]

  Виталий Бианки, «Лесные были и небылицы», 1958
  •  

― Прости, прости, ― опомнился и повинился Бурнашов. ― Наваждение какое-то. Действительно, дрянь у тебя баба, пустельга. Удивляюсь, как столько лет ты с ней прожил. И не страдай из-за неё, наплюй…[21]

  Владимир Личутин, «Любостай», 1987
  •  

― Приезжаешь на Птичий рынок…
― На Птичке, ― перебил парень раздражённым тоном специалиста, вынужденного объяснять спесивым профанам очевидные истины, ― ничего дельного не бывает. Пустельга разве. Пустельга ничего не стоит.[22]

  Михаил Бутов, «Свобода», 1999
  •  

Чеглок, пустельга, дербник и кобчик ― небольшие соколы, но и с ними можно успешно охотиться. Созерцание сокола ― своего рода атрибут боевого искусства, наподобие созерцания катаны самураем. Я перенял этот обычай у Фаруха (сам он много чему поднабрался на соколиных базарах у арабов). Сокол сам по себе ― зрелище священно-таинственное. Эта птица поглощает взгляд и возвращает его в душу преломленным. Разящий полёт и величественно-кроткая неподвижность трогают в душе какую-то особенную струну гордости. Арабы ласкают взглядом сокола, и любованье это наполнено мистическим смыслом, повествующим о духах пустыни, о покоренных джиннах ― аскерах Аллаха.[23]

  Александр Иличевский, «Перс», 2009
  •  

Затем Тимофей достал из кармана два шприца и воткнул один из них Прохору выше колена. Опустошив его, выбросил и воткнул следующий в Вадима.
― Пустельга, ― сказал он. ― Знаете кто это? Из семейства соколиных. В честь них назвал. ― Он отбросил второй шприц. ― В этом году подрастили несколько птенцов, люди принесли, потом выпустили под Беляевкой. Нравятся мне эти птички ― маленькие, быстрые. Выходите, а то оглохнете. Подождем на воздухе пару минут.[24]

  Сергей Шикера, «Выбор натуры», 2014

Пустельга в стихахПравить

 
Пустельга с добычей
  •  

Точно в раме река тростником поросла,
Спит, дремотой полдня очарована;
Из травы пустельга лишь взмахнет, как стрела,
И повиснет вверху, как прикована.[25]

  Иван Суриков, «Полдень. Солнышко в небе высоко стоит...» (из цикла «Косари»), 1870
  •  

Будет день, я своею улыбкой сожгу
Всех систем пузыри, всех миров пустельгу,
Всё, чему так приятно живется…
Да скажите же: разве не видите вы,
Как у всех на глазах, из своей головы,
Мефистофелем мир создаётся?![2]

  Константин Случевский, «Мефистофель в пространствах», 1881
  •  

Скользя по мокрым доскам,
Раздражена и зла,
Мамаша «недоноском»
Папашу назвала.
Папаша, тоже хмурый,
Вскипел и ― сам не свой ―
Мамашу назвал «дурой»,
А Машу «пустельгой».[26]

  Пётр Потёмкин, «На вал», 1910
  •  

Роса затянула ознобом курганы,
За шторой внезапно замолкли шаги,
Когда в дремоносные сосны органа
Впился ― весь отчаянье ― вопль пустельги.[27]

  Борис Пастернак, Баллада, 1916
  •  

И на крыльях
Золотом отливает Сила:
Сбить добычу!
Прокусить ей тонкое горло! Ага!
Но, нырнувшая сбоку,
С размаху когти вцепила
Опередившая добытчика
Пустельга.[28]

  Павел Васильев, «Синицын и Ко», 1934
  •  

Другие этого ― что я никто
Там, на земле, конечно, не видали.
И разные мне имена давали.
Моя ж душа была к себе строга.
И вам, пожалуй, я открыть готов,
Как звал себя я, без высоких слов:
Мое простое имя ― пустельга.[29]

  Зинаида Гиппиус, «Вскипают волны тошноты нездешней...», 1945
  •  

И везде протянутые ныне,
Между ферм провисшие дугой,
Провода высоковольтных линий
С дремлющей угрюмой пустельгой.[5]

  Аркадий Штейнберг, «Автобус местного значенья», 1954

ИсточникиПравить

  1. 1 2 Крестовский В.В. Кровавый пуф. Панургово стадо. М.: Эксмо, 2007 г.
  2. 1 2 Случевский К.К.. Стихотворения и поэмы. Новая библиотека поэта. Большая серия. — Спб.: Академический проект, 2004 г.
  3. 1 2 А. С. Лазарев-Грузинский в книге: «А.П. Чехов в воспоминаниях современников». — М.: «Художественная литература», 1986 г.
  4. 1 2 В. Правдухин. Годы, тропы, ружье. — М.: изд-во Всекохотсоюза, 1929 г.
  5. 1 2 А. Штейнберг. «Вторая дорога». — М.: Русский импульс, 2008 г.
  6. Кассиль Л. А. «Дело вкуса». — М.: «Искусство», 1964 г.
  7. 1 2 А. А. Ливеровский. «Журавлиная родина». Рассказы охотника. — Л.: Лениздат, 1966 г.
  8. 1 2 Лидия Чуковская. Из дневника. Воспоминания. — М.: «Время», 2010 г.
  9. Евгений Марков. Очерки Крыма. Картины крымской жизни, истории и природы. Евгения Маркова. Изд. 3-е. Товарищество М. О. Вольф. С.-Петербург и Москва, 1902 г.
  10. В.К. Арсеньев. «По Уссурийскому краю». «Дерсу Узала». — М.: Правда, 1983 г.
  11. Гиляровский В. А. Москва и москвичи. — М.: Правда, 1979. — С. 127.
  12. Александр Яковлев. «Омут памяти». В 2-х томах. Том 2. — М.: Вагриус, 2001 г.
  13. Аксаков С.Т. «Семейная хроника. Детские годы Багрова-внука. Аленький цветочек». Москва, «Художественная литература», 1982 г.
  14. Илья Репин. «Далёкое близкое». Воспоминания. — М.: Захаров, 2002 г.
  15. Венедикт Ерофеев, Собрание сочинений в 2 томах. Том 1. — М.: Вагриус, 2001 г.
  16. Виктор Астафьев Собрание сочинений в пятнадцати томах. Том 5. — Красноярск, «Офсет», 1997 г.
  17. Валерия Иванова. Монголия. — «Сибирские огни» №7, 2012 г.
  18. Эртель А.И. «Волхонская барышня». Повести. — М.: Современник, 1984 г.
  19. Платонов А.П. «Потомки Солнца». Рассказы и повести. Москва, Правда, 1987 г.
  20. 1 2 3 Бианки В.В. Лесные были и небылицы (1923-1958). Ленинград, «Лениздат», 1969 г.
  21. В.В.Личутин. «Любостай». — М.: «Современник», 1990 г.
  22. М. В. Бутов. «Свобода». — М.: «Новый Мир», №1-2, 1999 г.
  23. Александр Иличевский, «Перс» (роман), Москва, изд. «АСТ», 2010 г.
  24. Сергей Шикера. Выбор натуры. — Саратов: «Волга», № 3-4, 2014 г.
  25. «И. З. Суриков и поэты-суриковцы». Библиотека поэта. Большая серия. 2-е изд. М.; Л.: Советский писатель, 1966 г.
  26. Пётр Потёмкин в книге: Поэты «Сатирикона». Библиотека поэта (большая серия). — Л.: Советский писатель, 1966 г.
  27. Б. Пастернак, Стихотворения и поэмы в двух томах. Библиотека поэта. Большая серия. — Ленинград: Советский писатель, 1990 г.
  28. П. Васильев. Стихотворения и поэмы. Новая библиотека поэта. Большая серия. ДНК: 2007 г.
  29. Гиппиус З.Н. Стихотворения. Новая библиотека поэта. — СПб.: Академический проект, 2006 г.

См. такжеПравить