Жиды города Питера, или Невесёлые беседы при свечах

«Жиды города Питера, или Невесёлые беседы при свечах» — пьеса братьев Стругацких, законченная 7 апреля 1990 года, последнее совместное произведение. Процитирована в «канонической» редакции[1].

ЦитатыПравить

Действие первоеПравить

  •  

Зоя Сергеевна. «Богачи города Питера! Все богачи города Питера и окрестностей должны явиться сегодня, двенадцатого января, к восьми часам утра на площадь перед СКК имени Ленина. Иметь с собой документы, сберегательные книжки и одну смену белья. Наличные деньги, драгоценности и валюту оставить дома в отдельном пакете с надлежащей описью. Богачи, не подчинившиеся данному распоряжению, будут репрессированы. Лица, самовольно проникшие в оставленные богачами квартиры, будут репрессированы на месте. Председатель-комендант спецкомендатуры Эс А»… Подписи нет, какая-то печать. <…>
Кирсанов (нервно). Не понимаю, что это может означать — Эс А? Советская Армия?
Базарин[2]. Социалистическая Антарктида… Судорожная Аккредитация… <…>
Кирсанов. Штурмовые отряды! <…> Знаете, что у них здесь на печати написано? «Социальная ассенизация»!

  •  

Пинский. У нас же юдофобия спокон веков — бытовая болезнь вроде парши, её в любой коммунальной кухне подхватить можно! У нас же этой пакостью каждый второй заражён, а теперь, когда гласность разразилась, вот они и заорали на весь мир о своей парше…

  •  

Кирсанов. Ну какая же всё-таки подлая страна! Ведь силища же огромная, ни с чем не сравнимая, из любого человека может сделать мокрое пятно, из целого народа может сделать мокрое пятно!..[3] Но почему же обязательно не просто, не прямо, а с каким-нибудь подлым вывертом?..

  •  

Кирсанов. Ну какая же всё-таки подлая страна! Ведь силища же огромная, ни с чем не сравнимая, из любого человека может сделать мокрое пятно, из целого народа может сделать мокрое пятно!.. Но почему же обязательно не просто, не прямо, а с каким-нибудь подлым вывертом?..

Действие второеПравить

  •  

Кирсанов. «Дармоеды города Питера! Все дармоеды города Питера и окрестностей должны явиться сегодня, двенадцатого января, к восьми часам утра на площадь перед городским крематорием…» Ого! Ничего себе, выбрали местечко! <…> «…иметь при себе документы, в том числе: аттестат, диплом и удостоверения об окончании специализированных курсов, а также необходимые письменные принадлежности…» Заметьте, ни о деньгах, ни о драгоценностях — ни слова. «Дармоеды, не подчинившиеся данному распоряжению, будут мобилизованы приводом». <…>
Пинский (глубокомысленно). Это они, видимо, придурков набирают. <…> Придурок в лагере[4] — фигура почётная…

  •  

Базарин. Сантехник — это ещё не народ.
Кирсанов. <…> Не надо никаких высокопарностей. Народ, не народ… Одна половина народа погонит другую половину народа рыть канал. Так у нас всегда было, так у нас и будет. Вот и всё твоё политпросвещение.

  •  

Кирсанов. И перестань ныть! Дай твою повестку… (Берёт у сына повестку и рвёт её на клочки.)
Александр (ужасным голосом). Что ты наделал?!
Кирсанов. Всё! Ты свою повестку потерял! И не ныть! Взрослый мужик, стыдись! <…>
Александр (ноет). Ну а если спросят? Что я им скажу тогда? Что?
Пинский. Скажешь, что подтерся по ошибке… (Взрывается.) Да кто там тебя спросит, обалдуй с Покровки? Кому ты там нужен? Паспорт отберут, и весь разговор… Слушайте, панове, а может, паспорт не брать с собой? Ну потерял я паспорт, начальник! Ещё в прошлом годе потерял! По пьяному делу! А?..
Базарин (неприязненно). По-моему, это противозаконно. Обман властей.
Пинский. Ах-ах-ах! Власти обманул, гадкий мальчик! Власть к нему со всей душой, а он, пакостник, взял её — и обманул! Дед плачет, бабка плачет
Кирсанов. Да нет, не в этом же дело, Шура. Противно же это, мелко… Лганье какое-то семикопеечное… У тебя получается, что если власть у нас подоночная, так и мы все должны стать подонками…
Пинский. Ну нет так нет, я же не настаиваю. Я только хотел бы подчеркнуть, что чистенький, подлинненький паспортишко где-нибудь в хорошеньком загашнике — это вещь архиполезная, государи мои!..

О пьесе и постановкахПравить

  •  

Нам остаётся только гадать, что это за сила, что за организация, которая берётся вершить судьбы людей якобы во благо родному городу Питеру. Власть? Слишком уж таинственно и экстравагантно. «Память»? Что-то похожее… Но суть, видимо, не в этом, а в том, что ситуация, кажущаяся фантастической, спрогнозирована из событий текущего дня. ситуация, кажущаяся фантастической, спрогнозирована из событий текущего дня. Ведь напряжение это буквально висит в воздухе. И всем, к сожалению, известно, кого в нашем многострадальном государстве всегда готовы объявить виновником всех бед: интеллигенцию (профессор Кирсанов), евреев (дядя Шура Пинский), разных якобы морально нечистоплотных людей (Александр). Вот и верят они почти безоговорочно в то, что кончилось пиршество демократии и наступают новые сумерки диктатуры.
<…> Базарин изначально готов оправдать все действия, направленные против любого из своих знакомых: <…> зря не возьмут, значит, <…> народ что-то имеет против вас.
<…> эпиграфом к пьесе поставлены слова великого японского писателя Акутагавы[5]. <…> Мы, пожалуй, излишне гордимся своей смелостью, своим инакомыслием, когда на кухне или в очереди берёмся критиковать власть предержащих. Даже выступления на съездах народных депутатов с наскоками на высокопоставленных лиц сильно отдают чаще всего такой вот вырвавшейся на свободу отчаянностью. Но стоит получить приказ собираться… И никто не знает, как поведут себя те же люди. Все мы взращены «тем» временем.[6][7]

  — Анатолий Корелин, «Комедия в мрачных тонах»
  •  

Образ тёти Мани — чего-то среднеарифметического, безликого, но и реального — витает над сценой, <…> ей присущи некоторые качества — зависть, тупость, бездарность, но конкретного носителя этих черт и комплексов нет. Тётя Маня — это мировоззрение. <…>
А вот финал <…> воистину фантастичен. Уже собраны закутанные в ватники герои, уже намечены маршруты… И тут трубят отбой. Правда, останутся на сцене приветом от тети Мани белеющие в темноте сцены повестки. Предупреждением на Память. Или от «Памяти»…[8][7]

  — А. Баканурский, «Вам привет от тети Мани»
  •  

Читатель Стругацких обязан сам размышлять и делать выводы, писателям-фантастам изначально чужда позиция гуру.
Даже в самой «политизированной» своей вещи, <…> где многое из подтекста перешло в открытый текст, писатели избежали соблазна расставить все точки над «i».
<…> ныне, после известных августовских событий, можно услышать суждение, будто на сей раз прогноз Стругацких не оправдался, к счастью. <…> Действительно, в реальности в дни августовского путча нашлось немало людей, отказавшихся выполнять любые распоряжения самозваных «председателей-комендантов» из ГКЧП (благодаря таким людям переворот и потерпел в конечном итоге своё поражение), в то время как персонажи пьесы покорно укладывали вещички <…>. Но разве всех нас хоть на минуту, пока дикторы ТВ жевали вязкую резину первых фраз указов, не посетил ватный ужас («ну, всё…»)?[7]

  Роман Арбитман, «Участь Кассандры», ноябрь 1991
  •  

Успели братья Стругацкие написать — и опубликовать — и откровенно «перестроечный» роман — «Отягощённые злом». Это, пожалуй, самое слабое их произведение. <…> Стало ясно, что советская фантастика — в лице своих единственно достойных представителей — исчерпала возможности жанра. Это впечатление подтвердила антиутопическая пьеса «Жиды города Питера», схематичная и художественно беспомощная.[9]

  Виктор Топоров, «Братья по разуму»
  •  

Знаете, очень странно: Стругацкие даже не видели спектакля — принципиально не ходили в театр! Я звонил, приглашал на премьеру, но они говорили: «Мы знаем, что спектакль хороший, но в театр мы не ходим…»[10]о самой известной постановке — под его режиссурой в Театре на Малой Бронной (с 1991)

  Лев Дуров

Борис СтругацкийПравить

  •  

Увы, театралами ни я, ни АНС не были никогда. Мы — с младых ногтей истовые поклонники максимальной достоверности в искусстве, и та мера условности, которую приемлет и допускает для себя театр, нас не устраивала никогда. <…> Но мы, оба, с огромным пиететом всегда относились к драматургии <…> и много-много лет подряд мы вынашивали затаенный замысел — написать пьесу. Несколько раз начинали. Пытались делать инсценировки собственных романов, — но всё это было «не то». И только в самом, можно сказать, конце, уже на излёте, написали мы наших «Жидов», не имея, впрочем, ни малейших намерений увидеть это на сцене. Мы писали нашу единственную пьесу не для того, чтобы её играли, а лишь для того, чтобы её читали. К нашему изумлению, у пьесы этой возникла определённая сценическая история, её и сейчас, кажется, регулярно ставят в Москве в театре на Бронной, а было время, когда она шла в добром десятке театров, по всему Союзу. К сожалению (или к счастью?), мне так и не довелось увидеть её на сцене. Может быть, это к лучшему: я видел видеозапись, и она произвела на меня обычное тягостное впечатление, — все много и бессмысленно двигаются по сцене, с авторским текстом отнюдь не церемонятся, и — главное! — кричат. Все кричат. Ни одного человеческого слова, ни одной естественной интонации. Кричат!

  Off-line интервью, 15 апреля 2011

ПримечанияПравить

  1. Аркадий и Борис Стругацкие. Собрание сочинений в 11 томах. Т. 9. 1985-1990 / под ред. С. Бондаренко. — Изд. 2-е, исправленное. — Донецк: Сталкер, 2004. — С. 195-242.
  2. От фамилии Евгения Базарова и, очевидно, «базара» («разговора» на воровском жаргоне), т.к. демагог.
  3. Слова про народ — вставка после 1991 г. (Неизвестные Стругацкие. От «Града обреченного» до «Бессильных мира сего»: черновики, рукописи, варианты // Редактор-составитель С. Бондаренко. — Донецк: Сталкер, 2008. — С. 232.)
  4. Заключённый, работающий на лёгкой или привилегированной работе.
  5. «В наши дни опасно назвать раба рабом».
  6. Артемовский рабочий (Свердловская обл.). — 1990. — 22 декабря.
  7. 1 2 3 Из критики тех лет // Аркадий и Борис Стругацкие. Собрание сочинений в 11 томах. Т. 9. 1985-1990 / под ред. С. Бондаренко. — Донецк: Сталкер, СПб.: Terra Fantastica, 2001. — С. 630-2. — 10000 + 5000 экз.
  8. Вечерняя Одесса. — 1991. — 24 июня.
  9. Смена (СПб.). — 1993. — 8 апреля (№ 85). — С. 6.
  10. П. Гремлёв. Гадкие лебеди на обочине // Мир фантастики. — 2013. — №2 (114). — С. 70.
Цитаты из книг и экранизаций братьев Стругацких
Мир Полудня: «Полдень, XXII век» (1961)  · «Попытка к бегству» (1963)  · «Далёкая Радуга» (1963)  · «Трудно быть богом» (1964)  · «Беспокойство» (1965/1990)  · «Обитаемый остров» (1968)  · «Малыш» (1970)  · «Парень из преисподней» (1974)  · «Жук в муравейнике» (1979)  · «Волны гасят ветер» (1984)
Другие повести и романы: «Забытый эксперимент» (1959)  · «Страна багровых туч» (1959)  · «Извне» (1960)  · «Путь на Амальтею» (1960)  · «Стажёры» (1962)  · «Понедельник начинается в субботу» (1964)  · «Хищные вещи века» (1965)  · «Улитка на склоне» (1966/1968)  · «Гадкие лебеди» (1967/1987)  · «Второе нашествие марсиан» (1967)  · «Сказка о Тройке» (1967)  · «Отель «У Погибшего Альпиниста»» (1969)  · «Пикник на обочине» (1971)  · «Град обреченный» (1972/1987)  · «За миллиард лет до конца света» (1976)  · «Повесть о дружбе и недружбе» (1980)  · «Хромая судьба» (1982/1986)  · «Отягощённые злом, или Сорок лет спустя» (1988)
Драматургия: «Туча» (1986)  · «Пять ложек эликсира» (1987)  · «Жиды города Питера, или Невесёлые беседы при свечах» (1990)
С. Ярославцев: «Четвёртое царство»  · «Дни Кракена»  · «Экспедиция в преисподнюю»  · «Дьявол среди людей»
С. Витицкий: «Поиск предназначения, или Двадцать седьмая теорема этики»  · «Бессильные мира сего»
Экранизации: «Отель «У погибшего альпиниста» (1979)  · «Сталкер» (1979)  · «Чародеи» (1982)  · «Дни затмения» (1988)  · «Трудно быть богом» (1989)  · «Искушение Б.» (1990)  · «Гадкие лебеди» (2006)  · «Обитаемый остров» (2008–9)  · «Трудно быть богом» (2013)