Петров крест

род растений
(перенаправлено с «Потаённица»)

Петро́в крест, а также чешу́йник, потаённица или царь-трава́ (лат. Lathraéa) — род паразитических травянистых многолетних растений, относящиеся к малочисленному роду петров крест семейства зарази́ховых (лат. Orobanchaceae).[комм. 1] Рода Петров крест включает в себя следующие виды: Петров крест скрытый, японский, пурпурный, балканский и самый известный вид, петров крест обыкновенный, который чаще всего и разумеется в виду в русской литературе под именем «петров крест».[комм. 2]

Петров крест
Статья в Википедии
Медиафайлы на Викискладе

Встречая в литературных текстах упоминание об этом растении, можно быть уверенным, что скорее всего имеется в виду петро́в крест чешу́йчатый, обыкнове́нный или земляно́й виногра́д (лат. Lathraéa squamária) — самый известный и распространённый вид паразитических растений из рода петров крест. Растение ядовито.

Петров крест в определениях и коротких цитатах

править
  •  

...о траве Петров крест говорится, что от неё «никакая скорбь не ввяжется, помилует Бог от всякие пакости...»[1]

  Николай Костомаров, «Очерк домашней жизни и нравов великорусского народа в XVI и XVII столетиях», 1860
  •  

― Вот сильная трава… <...> цветок у ней, вишь, какой багровый, а корень-от, гляди, крест-накрест… Железом этот корень копать не годится, руками надо брать… Это Петров крест...[2]

  Павел Мельников-Печерский, «В лесах» (книга вторая), 1874
  •  

Идёт Пётр-Павел, в одной руке ключи золотые, в другой трава Петров крест, что гонит нечистую силу в тартарары.[2]

  Павел Мельников-Печерский, «В лесах» (книга вторая), 1874
  •  

— Почему эта травка Петровым-Крестом называется? — спросил я, продолжая рассматривать отдельные стебельки. Старушка выбрала один стебель, повернула его вверх корешком и подала мне: корешок имел неправильную форму креста. Дальнейших объяснений не требовалось.[3]

  Дмитрий Мамин-Сибиряк, «В болоте», 1890-е
  •  

...вот тебе травка хорошая... пей её с молитвой, может, господь и поможет, а рук на себя не накладывай. Это травка особенная, крестом в землю растёт, божья травка; от наших грехов крест господень в землю ушёл...[3]

  Дмитрий Мамин-Сибиряк, «В болоте», 1890-е
  •  

Отчитав заговор, он с лампешкой отыскал в кладовке припасённый с лета бледный, мясистый, выросший в земле стебель с редкой чешуйкой недоразвитых листочков ― петров крест. Завязав его в тряпицу, повесил над наружной входной дверью: на счастье всего дома.[4]

  Михаил Бубеннов, «Белая берёза», 1952
  •  

Поднимаясь на крыльцо, Ерофей Кузьмич увидел над дверью узелок, в котором был завязан стебель петрова креста. Он вздохнул, торопливо прочитал про себя случайный отрывок какой-то молитвы и переступил порог в сенцы.[4]

  Михаил Бубеннов, «Белая берёза», 1952
  •  

Как известно, заколдованные места на Енге опознаются по бледным росткам чешуйчатого петрова креста, а так как для отвода глаз уйма его растёт в енежских борах ― и нужно выбирать лишь тот, что голубовато светится в темноте...[5]

  Леонид Леонов, «Русский лес», 1953
  •  

...а ещё есть трава петров крест, цветом багряна, растёт кусточками, все коренья сплелись крестом. Малым детям давать ту траву в молоке, никакая хворь не привяжется, а если женщина мается месячными, ту траву отварить и давать хлебать.[6]

  — Дина Орлова, «В гостях 400 лет назад», 1991
  •  

думай, как лист на дереве думает, <...>
как петров крест думает...[7]

  Ингер Кристенсен, «Думай», 1990-е
  •  

Крестьянин ищет цветущий петров крест, дёргает, достаёт непонятный корень. Корень помогает при напастях, а также при поиске клада.[8]

  Андрей Балдин, «Московские праздные дни», 1997
  •  

В лесу под орешником пробиваются из земли толстые, бледные, чуть розоватые чешуйчатые стебли с кистью розоватых цветков на верхушке. Это цветёт петров крест. Растение лишено хлорофилла, подземные части его представляют собой бледные чешуйчатые побеги, чешуйчатое корневище с округлым утолщением на конце и множеством присосок.[9]

  — Екатерина Лапина, «И начало всё расти и распускаться», 2007
  •  

В средней полосе России аналогом заразихи можно считать растение петров крест. Все заразиховые ― корневые паразиты, причём паразитируют они на самых разных растениях...[10]

  — Екатерина Лапина, «Пустыня в цвету», 2007
  •  

Густой завесой суеверий окутан петров крест. <...> Его использовали при поиске заговорённого клада, зашивали в ладанки вместе с чабрецом, чтобы уберечься от злых духов.[11]

  — Наталья Василенко, «Нахлебники, приспособленцы и просто красавцы», 2009
  •  

...считалось, что петров крест приносит удачу. А какими яркими эпитетами наградил его народ! Скрытый чешуйчатник, потаённица, царь-трава.[11]

  — Наталья Василенко, «Нахлебники, приспособленцы и просто красавцы», 2009

Петров крест в научной и научно-популярной литературе

править
  •  

В лесу под орешником пробиваются из земли толстые, бледные, чуть розоватые чешуйчатые стебли с кистью розоватых цветков на верхушке. Это цветёт петров крест. Растение лишено хлорофилла, подземные части его представляют собой бледные чешуйчатые побеги, чешуйчатое корневище с округлым утолщением на конце и множеством присосок. Петров крест ― растение-паразит, оно паразитирует на многих деревьях, но чаще ― на корнях орешника. После смыкания крон деревьев под пологом леса появляются белые или бледно окрашенные цветы...[9]

  — Екатерина Лапина, «И начало всё расти и распускаться», 2007
  •  

В средней полосе России аналогом заразихи можно считать растение петров крест. Все заразиховые ― корневые паразиты, причём паразитируют они на самых разных растениях: на полынях, ферулах, различных губоцветных, саксауле, тамариксе, кандыме. Надземные побеги этих растений серовато-бурые, желтоватые, розоватые или сиреневатые с чешуевидными листочками.[10]

  — Екатерина Лапина, «Пустыня в цвету», 2007
  •  

Не менее коварен петров крест (Lathraea) ― род многолетних длиннокорневищных растений семейства норичниковых.[комм. 3] В мире известно 5-7 видов этого растения, распространённых преимущественно в умеренном поясе Евразии. В нашей стране встречается лишь один вид ― петров крест чешуйчатый, или обыкновенный (Lathraea squamaria). Подобно заразихе, петров крест не содержит в тканях хлорофилла, поэтому получает питательные вещества от растения-хозяина. В роли хозяина чаще всего выступает орешник, но петров крест может паразитировать и на корнях других широколиственных деревьев ― липы, ясеня, ольхи, тополя. Поэтому и встретить его легче всего в тенистых широколиственных и елово-широколиственных лесах и кустарниках в европейской части и на Кавказе. Но даже зная места обитания, найти петров крест нелегко. Большую часть года растение ведёт скрытый образ жизни, и обнаружить его можно лишь при перекапывании почвы.[11]

  — Наталья Василенко, «Нахлебники, приспособленцы и просто красавцы», 2009
  •  

Но даже зная места обитания, найти петров крест нелегко. Большую часть года растение ведёт скрытый образ жизни, и обнаружить его можно лишь при перекапывании почвы. Растение в это время имеет вид длинного разветвлённого корневища, может уходить глубоко под землю и занимать внушительные пространства. Вес взрослого экземпляра достигает порой нескольких десятков килограммов. На конце корневища — округлое расширение, охватывающее корень орешника. От корневища отходит множество корней, заканчивающихся присосками. Толстые белые корневища петрова креста примечательны тем, что вся их поверхность густо покрыта видоизменёнными листьями, напоминающими маленькие мясистые ковшики. Они плотно прилегают друг к другу и придают растению своеобразный вид. Отсюда его видовое название — чешуйчатый. Настоящих листьев у этого растения нет. А название рода — петров крест — становится понятно, если взглянуть на крестообразное ветвление корневищ.[11]

  — Наталья Василенко, «Нахлебники, приспособленцы и просто красавцы», 2009
  •  

...размножается петров крест не только семенами, но и вегетативным путём, разрастаясь в почве корневищами. Прорастание семян происходит так же, как у заразихи, — под воздействием ферментативных веществ, выделяемых растением-хозяином.[11]

  — Наталья Василенко, «Нахлебники, приспособленцы и просто красавцы», 2009

Петров крест в публицистике и документальной литературе

править
 
Отцветший Петров крест
  •  

Другим травам приписывали предохранительную силу; о траве Петров крест говорится, что от нее «никакая скорбь не ввяжется, помилует Бог от всякие пакости; а в пир поедешь, возьми ее с собою от еретика и напрасные смерти».[1]

  Николай Костомаров, «Очерк домашней жизни и нравов великорусского народа в XVI и XVII столетиях», 1860
  •  

Когда одевают невесту ей подвязывают во многих местах и до сих пор мешочек, в который кладут и четверговую соль, кусочек хлеба, иголку, булавку, маковую головку, ладанку, уголек, плакун-траву, корень — петров крест. Что за суеверие, что за рецепт![12]

  Николай Скавронский, «Очерки Москвы», до 1865
  •  

Удачи рыболовов также находятся во власти водяных. Старики до сих пор держатся двух главных правил: навязывают себе на шейный крест траву Петров крест,[комм. 4] чтобы не «изурочилось», т. е. не появился бы злой дух и не испортил всего дела, и из первого улова часть его, или первую рыбу кидают обратно в воду, как дань и жертву.[13]

  Сергей Максимов, «Нечистая, неведомая и крестная сила» (предисловие от издателя), 1903
  •  

...знающие и опытные люди, а особенно деревенские лекари и знахари, ни под каким видом не пропускают Ивановой ночи и собирают целебные коренья и травы на весь год. Наибольшим вниманием их пользуется:
1) «Петров-Крест» — трава, похожая на простой горох без стручков. (Крест находится в корне, на глубине двух аршин, и вполне предохраняет и от колдунов, и от нечистой силы).[13]

  Сергей Максимов, «Нечистая, неведомая и крестная сила» (предисловие от издателя), 1903
  •  

Листаешь такой травник, и кажется, будто низкий, шелестящий голос шепчет: … «А ещё есть трава петров крест, цветом багряна, растёт кусточками, все коренья сплелись крестом. Малым детям давать ту траву в молоке, никакая хворь не привяжется, а если женщина мается месячными, ту траву отварить и давать хлебать. Поедешь на праздник, с собой бери её, убережет от врагов и случайной смерти… А траву каждую рви с приговором: небо ― отец, земля ― мать, а ты, трава, позволь себя рвать!..»[6]

  — Дина Орлова, «В гостях 400 лет назад», 1991
  •  

Петров день ― наш праздник жары и не убывающего солнца. Праздник, несмотря на страду. До Петрова вспахать, до Ильина заборонить, до Спаса посеять. Крестьянин ищет цветущий петров крест, дёргает, достаёт непонятный корень. Корень помогает при напастях, а также при поиске клада. Петров день, разговины, конец поста. Принято ходить в гости и принимать оных.[8]

  Андрей Балдин, «Московские праздные дни», 1997
  •  

Петров крест загадал биологам не одну загадку. Больше всего споров было вокруг строения его листьев-чешуй. Растение обвиняли даже в хищничестве и причисляли к насекомоядным, поскольку внутри его листьев есть полости, образованные завёрнутыми вниз краями и покрытые изнутри желёзками, чем-то напоминающими желёзки насекомоядных растений-хищников. Нередко в этих полостях находят остатки погибших насекомых. Однако, как выяснили, эти желёзки необходимы растению для выделения большого количества воды, которая нужна для поддержания высокой концентрации сока в клетках. Именно благодаря этому питательные вещества из клеток хозяина перекачиваются в корневища паразита.[11]

  — Наталья Василенко, «Нахлебники, приспособленцы и просто красавцы», 2009
  •  

Подземное существование петрова креста продолжается в течение десяти месяцев. И только весной побеги этого растения на несколько недель показываются на поверхности земли, да и то лишь с одной целью — отцвести и дать семена. Насекомых-опылителей, в особенности шмелей, цветки привлекают тонким ароматом. Опыляются они пыльцой, принесённой с других цветков, успевших распуститься раньше. Если шмелей мало и часть цветков осталась неопылённой, к моменту их отцветания тычинки вырастают настолько, что пыльники заметно выступают за край венчика. Теперь уже ветер переносит созревшую пыльцу на молодые цветки с пестиками, готовыми её принять. В нижней же части побега цветки могут так никогда и не выйти из почвы и остаться нераскрывшимися, в них происходит самоопыление. Цветение этого растения продолжается недолго. На месте цветков вскоре образуются небольшие плоды-коробочки, вскрывающиеся двумя створками. Один плодоносящий побег может приносить в год до 50 тысяч мелких чёрных семян, напоминающих семена мака. Созревают и осыпаются они очень быстро. Сразу после этого надземные побеги отмирают. А семена рассеивает ветер, может разносить их и вода. Те же, что образовались в подземных коробочках, останутся рядом с материнским растением. Но из всех семян лишь немногие дают жизнь новым растениям, основная же их масса погибает.[11]

  — Наталья Василенко, «Нахлебники, приспособленцы и просто красавцы», 2009
  •  

Густой завесой суеверия окутан петров крест. По древним поверьям, это растение обладает магическими свойствами для защиты от тёмных сил. Его использовали при поиске заговорённого клада, зашивали в ладанки вместе с чабрецом, чтобы уберечься от злых духов. На Руси считалось, что петров крест приносит удачу. А какими яркими эпитетами наградил его народ! Скрытый чешуйчатник, потаённица, царь-трава.[11]

  — Наталья Василенко, «Нахлебники, приспособленцы и просто красавцы», 2009

Петров крест в беллетристике и художественной прозе

править
 
Петров крест среди травы
  •  

― Вот сильная трава… Ростом она с локоть, растёт кусточком, цветок у ней, вишь, какой багровый, а корень-от, гляди, крест-накрест… Железом этот корень копать не годится, руками надо брать… Это Петров крест,[комм. 5] охраняет он от нечистой силы… Возьми. Таня взяла корешок. Знахарка продолжала сбор трав и рытьё кореньев… Тихо и плавно нагибала она стройный стан свой, наклоняясь к земле…[2]

  Павел Мельников-Печерский, «В лесах» (книга вторая), 1874
  •  

А вот и седьмая трава нам надобная ― это царь-трава.[комм. 6] Как громовые стрелы небесные гонят тёмных бесов в преисподнюю, так и царь-трава могучей своей силою далеко прогоняет силу нечистую… Вот и все семь трав, что пригодны к утолению скорби Марьи Гавриловны… Отломи от каждой по кусочку ― да не забудь ― с молитвой и, перекрестясь, зашей, как я сказывала… [2]

  Павел Мельников-Печерский, «В лесах» (книга вторая), 1874
  •  

А с восточной стороны, с моря-океана, с острова Буяна, со того ли со камня со Алатыря, тихими стопами, земли не касаясь, идёт-выступает Пётр-Золотые-Ключи… Теми ключами небесные двери он отмыкает, теми дверями угодных людей в небо пущает… Идет Пётр-Павел, в одной руке ключи золотые, в другой трава Петров крест, что гонит нечистую силу в тартарары.[2]

  Павел Мельников-Печерский, «В лесах» (книга вторая), 1874
  •  

Обыкновенные деревенские старухи как-то дичатся незнакомого барина и постоянно охают и стонут или ворчат.
— Какую это ты, бабушка, травку собирала в болоте? — спросил я, когда кулики были уже готовы.
— Травку-то?.. А хорошая, божья травка... Петров-Крест прозывается.
Старушка принесла несколько стебельков и подала мне; Петров-Крест походил на ландыш, только был длиннее и имел мясистый белый корень в форме раздвинутых пальцев.
— Почему эта травка Петровым-Крестом называется? — спросил я, продолжая рассматривать отдельные стебельки. Старушка выбрала один стебель, повернула его вверх корешком и подала мне: корешок имел неправильную форму креста. Дальнейших объяснений не требовалось.
— Для чего же тебе эта травка?
— А хорошая травка, барин, пользительная... помогает во многих болестях: когда к сердцу подкатит, поясницу ломит, от головы... От всего пользует...
— Одну эту травку собираешь или еще и другие?
— И другие травы собираю, которые на пользу...[3]

  Дмитрий Мамин-Сибиряк, «В болоте», 1890-е
  •  

Ну, раз я вечерком и отправилась в лес, думаю, брошусь куда-нибудь в шахту, потому тошнехонько; иду это я болотом, а дедушка мне навстречу, так же вот разную травку собирал. Пользовал он народ травкой... Увидал меня и говорит: «Нехорошее у тебя на уме, внученька. Я ему опять всё и рассказала: реву и рассказываю, а он слушает и тоже плачет. Вот он тогда и добыл из-за пазухи эту самую травку, Петров-Крест, и говорит: «Внученька, вот тебе травка хорошая... пей ее с молитвой, может, господь и поможет, а рук на себя не накладывай. Это травка особенная, крестом в землю растет, божья травка; от наших грехов крест господень в землю ушёл». Стала я эту травку пить — и точно, облегчало...[3]

  Дмитрий Мамин-Сибиряк, «В болоте», 1890-е
  •  

Тоже, нарочно для Зиночки, принёс я разных чудесных трав по листику, по корешку, по цветочку кукушкины слёзки, валерьянка, петров крест, заячья капуста. И как раз под заячьей капустой лежал у меня кусок чёрного хлеба: со мной это постоянно бывает, что, когда не возьму хлеба в лес — голодно, а возьму — забуду съесть и назад принесу. А Зиночка, когда увидала у меня под заячьей капустой чёрный хлеб, так и обомлела:
— Откуда же это в лесу взялся хлеб?[14]

  Михаил Пришвин, «Лисичкин хлеб», 1939
  •  

Когда спустилась ночь, Ерофей Кузьмич три раза, не отдыхая, обошёл вокруг своего двора. Придерживаясь за изгородь, оступаясь в темноте в ямки, пробираясь сквозь повядшие, но ещё крепкие лопухи, он то про себя, то вслух шептал, горячо дыша:
― …От ворога, конного и пешего… а також от мора и глада… от огня и порухи… и чёрного глаза… Отчитав заговор, он с лампешкой отыскал в кладовке припасённый с лета бледный, мясистый, выросший в земле стебель с редкой чешуйкой недоразвитых листочков ― петров крест. Завязав его в тряпицу, повесил над наружной входной дверью: на счастье всего дома.[4]

  Михаил Бубеннов, «Белая берёза», 1952
  •  

― О, шнапс! ― сказал Квейс и шагнул в калитку.
Поднимаясь на крыльцо, Ерофей Кузьмич увидел над дверью узелок, в котором был завязан стебель петрова креста. Он вздохнул, торопливо прочитал про себя случайный отрывок какой-то молитвы и переступил порог в сенцы. <...>
На лбу Ерофея Кузьмича выступила испарина. Случайно заметив над дверью мешочек с петровым крестом, Ерофей Кузьмич яростно сорвал его с гвоздя и забросил в дальний угол двора. С этого дня Ерофей Кузьмич неожиданно стал ласков с женой и Васяткой. Он не шумел на них, как прежде, но придирался к ним по пустякам, не вмешивался в их дела. Он чаще всего сидел у стола, дымил цигаркой, мирно следил за всем, что происходило в доме, и о чём-то всё думал и думал, ― и жалко было видеть его стареющим на глазах от своих дум…[4]

  Михаил Бубеннов, «Белая берёза», 1952
  •  

Двигались молча, но на привале возник жаркий спор о самой технике розысков. Как известно, заколдованные места на Енге опознаются по бледным росткам чешуйчатого петрова креста, а так как для отвода глаз уйма его растёт в енежских борах ― и нужно выбирать лишь тот, что голубовато светится в темноте, и сразу заломить ему верхушку, а то провалится на полверсты! ― возникала естественная тревога насчет обороны от нечистой силы, приставленной на охрану древних кладов; на всякий случай дали взаимную клятву не бежать, не реветь при виде самой рогатой опасности.[5]

  Леонид Леонов, «Русский лес», 1953

Петров крест в стихах

править
 
Петров крест балканский
  •  

Бог сказал ему: ползи!
Под землёй, в тиши, в грязи,
Потаённо и коварно,
В одиночку и попарно, <...>
Там, среди корней убогих,
Глупых, сирых, одноногих,
Не зевай, у темноты ―
Ты выращивай кресты.[15]

  Михаил Савояров, «Петров крестик» (из сборника «Вариации Диабелли»), 1913
  •  

думай, как лист на дереве думает,
как тень и свет, как светящаяся кора думает,
как думают личинки под кожей коры,
как лишайники на камне,
как нарост на дереве думает,
как петров крест думает,
как туманная лесная поляна думает...[7]

  Ингер Кристенсен, «Думай», 1990-е

Комментарии

править
  1. Вплоть до недавнего времени род петров крест (в первую очередь, из-за строения цветка) относили к семейству нори́чниковых, тому же семейству, что и известное садовое растение — львиный зев. К этому семейству также причисляли и большинство других растений из семейства зарази́ховых: мытник, погремок, марьянник и даже саму заразиху.
  2. Род петров крест олиготипный, он включает в себя от пяти до семи видов, распространённых в умеренном климатическом поясе Европы и Азии. Все виды петрова креста — ортодоксальные растения-паразиты, живущие на корнях деревьев и кустарников. В них полностью отсутствует хлорофилл и, как следствие, зелёный цвет.
  3. Наталья Василенко в своей статье (посвящённой многим зарази́ховым) по-прежнему относит петров крест к нори́чниковым, хотя к 2009 году нововведение было уже хорошо известно.
  4. Петров крест — он же заячий горошек. (комментарий от издателя)
  5. «Петров крест ― Lathraea Squammaria» (примечание от автора: Павла Мельникова-Печерского).
  6. В данном случае не вполне ясно, о какой царь-траве идёт речь. Таким эпитетом пользуется не только петров крест, но и другие растения, к примеру аконит, очень ядовитое растение, резко выделяющееся своим внешним видом.

Источники

править
  1. 1 2 Собрание сочинений Н. И. Костомарова в 8 книгах, 21 т. Исторические монографии и исследования. СПб., Типография М.М.Стасюлевича, 1904. Кн. 8, Том 19.
  2. 1 2 3 4 5 П. И. Мельников-Печерский. Собрание сочинений. — Москва: «Правда», 1976 г.
  3. 1 2 3 4 Д. Н. Мамин-Сибиряк. «Золото». Роман, рассказы, повесть. — Минск: «Беларусь», 1983 г.
  4. 1 2 3 4 Бубеннов М.С. Собрание сочинений в четырёх томах. — Том 2. — М.: Современник, 1981 г.
  5. 1 2 Леонов Л. М. «Русский лес». — М.: Советский писатель, 1970 г.
  6. 1 2 Д. Орлова. «В гостях 400 лет назад». — М.: журнал «Здоровье», №8 за 1991 г.
  7. 1 2 Ингер Кристенсен. Стихи и эссе. Перевод с датского Алёши Прокопьева и Михаила Горбунова. — Санкт-Петербург: Изд-во Ивана Лимбаха; Кноппарп: Изд-во Ариэль, 2018 г. — 707 с.
  8. 1 2 А. Н. Балдин. «Московские праздные дни». — М.: «Астрель», 2010 г.
  9. 1 2 Е. Лапина, «И начало всё расти и распускаться», — Москва: «Наука и жизнь», № 4, 2007 г.
  10. 1 2 Е. Лапина, «Пустыня в цвету», — Москва: «Наука и жизнь», № 5, 2007 г.
  11. 1 2 3 4 5 6 7 8 Наталья Василенко, «Нахлебники, приспособленцы и просто красавцы». — Москва: «Наука и жизнь». № 8, 2009 г.
  12. Ушаков А. С. Очерки Москвы. Сочинение Н. Скавронского <псевдоним>. Выпуск 2. — Москва: А. Черенин и К°, 1865 г.
  13. 1 2 С. В. Максимов. Избранное. Подготовка текста, сост., примеч. С. И. Плеханова. — Москва: Сов. Россия, 1981 г.
  14. М. Пришвин. «Зелёный шум». Сборник. — М., «Правда», 1983 г.
  15. Михаил Савояров. «Слова», стихи из сборника «Вариации Диабелли»: «Петров крестик»

См. также

править