Открыть главное меню
Минералы

Минерало́гия (от лат. minera «руда» + др.-греч. λόγος «учение, наука») — наука о минералах, изучает их внешний вид, геометрические формы (кристаллография), физические свойства (кристаллофизика) и химические состав и свойства (кристаллохимия). Современная минералогия изучает осо­бен­но­сти струк­ту­ры минералов, про­цес­сы их об­ра­зо­ва­ния и из­ме­не­ния, за­ко­но­мер­но­сти их на­хо­ж­де­ния в при­ро­де, а так­же ме­то­ды их син­те­за и ис­поль­зо­ва­ния.

Минера́лог — учёный, специалист по минералогии (в научной среде принято ударение на букву «а»; произношение минеро́лог считается устаревшим).

Содержание

В научной и популярной литературеПравить

  •  

Таковы нынешней медицины плоды! не упоминая других ее полезных действий, чрез которые люди почти от мертвых восстают. При сем коликую пользу государствам приносят химия и минералогия, от которых ныне крепость, защищение и спасение государств зависит и которые своим заступлением оное полезное равновесие в свете произвели, что ныне и пигмей уже огромному гиганту в сражении неуступчивый отпор дать в состоянии находится. От сих наук зависят все ружейные заводы, морская и сухопутная артиллерия, мануфактуры и медицина, и потому сии науки у нынешних по достоинству требуют большего пред всеми прочими государственного иждивения, ободрения и награждения.[1]

  Иван Третьяков, «Слово о происшествии и учреждении университетов в Европе на государственных иждивениях...», 1768
  •  

Минералогия есть собственно учение о морфологических явлениях неорганического царства; своей физиологии она не имеет, ибо она совпадает с химией и отчасти с физикой. Первый опыт классификации минеральных форм, который можно признать системою, принадлежал великому немецкому ученому Вернеру, и его система опять-таки была искусственная и оказала то же влияние на эту отрасль знания, как ботаническая и зоологическая классификация Линнея, привлекши к ней значительное количество ученых сил. Французскому аббату Гаюи принадлежит честь установления естественной морфологии минералов. За ним некоторые немецкие ученые ― Моос, Розе, особенно же Митшерлих ― открыли частные эмпирические законы, обусловливающие формы кристаллов, и именно Митшерлих открытием изоморфизма указал на связь между формами кристаллов и химическим составом тел.

  Николай Данилевский, «Россия и Европа», 1869
  •  

Надо иметь в виду, что сейчас минералогия переживает новое и резкое изменение и методики изучения научных проблем, и своего значения в области прикладных заданий. Благодаря росту геохимии и кристаллографии, все проблемы минералогии получают новое освещение, десять лет тому назад негаданное. Вместе с тем, учение о полезных ископаемых все теснее и теснее связывается с минералогией и геохимией и не может быть построено, как это у нас до сих пор в значительной мере делается, на чисто геологической почве. В системе наук, строящих наше миропонимание, и в подготовке горных деятелей значение минералогии все увеличивается.[2]

  Владимир Вернадский, Письма, 1931
  •  

Многими сотнями писем молодежь отвечает на книгу «Занимательная минералогия», сотни молодых энтузиастов камня рождаются в нашей стране, и как бесхитростно, просто, как увлекательно, правдиво, с какой глубокой верой в себя, природу, родину написаны эти письма! Вот отрывки из них: Двенадцатилетний мальчик выводит крупными буквами: «Я стал заниматься минералогией недавно, хотя любил камни и мальчиком, всегда таскал их домой, за что иногда и попадало». <...> «Я совершенно потрясен минералогией и зажегся ей. Казалось, что я и рожден теперь только для минералогии, и если только была бы школа, изучающая минералогию, я кинулся бы в нее, подобно расплавленной магме, и сжигал бы все то, что мне на пути преграждает».[3]

  Александр Ферсман, «Воспоминания о камне», 1940
  •  

Минералогия принадлежит к числу геологических наук, изучающих земную кору. Название этой науки в буквальном смысле означает учение о минералах, которое обнимает все вопросы о минералах, включая и происхождение их. Термин минерал происходит от старинного слова «минера», т. е. рудный штуф, кусок руды. Это указывает, что его появление связано с развитием горного промысла. «Минералогия есть часть естественной истории, которая научает нас познавать ископаемые тела, т. е. отличать оные от всех других тел по существенным их признакам, знать их свойства, пользу и отношения их как между собою, так и к другим телам». Эту замечательную формулировку содержания минералогии, сохранившую значение до наших дней, дал наш выдающийся ученый акад. В. М. Севергин еще в 1798 г. Другой крупнейший ученый нашей страны ― акад. В. И. Вернадский ― в конце прошлого столетия создал новое, весьма важное течение в минералогии, положив в основу «изучение минералогических процессов земной коры». Минералогию он рассматривал как «химию земной коры», а минералы ― как продукты природных химических реакций. С этой точки зрения под понятием генезис (т. е. происхождение) минералов он подразумевал «тот химический процесс, в результате которого они получаются». При этом мы никогда не должны забывать об органической связи науки с практикой.[4]

  Анатолий Бетехтин, «Курс минералогии», 1951
  •  

Примерно в середине XIX в. минералогия окончательно начала оформляться как наука о минералах. Ряд названий горных пород, считавшихся до тех пор минералами, после микроскопических исследований был изъят из минералогической номенклатуры. Минералы все больше и больше стали привлекать внимание исследователей как кристаллические индивиды, обладающие определенными свойствами. Вместо прежних многословных рассуждений о минералах последователей школы Вернера стали появляться точные описания кристаллографических форм, физических и химических особенностей с полными химическими анализами минералов. В России этот период совпал с периодом разложения крепостнического строя, оказавшегося тормозом для развития капитализма на основе внедрявшейся машинной техники и крупного производства. Сильно возросшие в связи с этим требования промышленности создали благоприятную почву для развития наук, в том числе и минералогии. Ярким представителем русских минералогов этого времени был акад. Н. И. Кокшаров (1818-1892). С его именем связан расцвет русской минералогии, широко признанный и за границей. Им проделана огромная работа по точному изучению и систематизации минералов наших месторождений.[4]

  Анатолий Бетехтин, «Курс минералогии», 1951
  •  

Точные исследования химических и минералогических свойств метеоритов относятся скорее к области минералогии; но их результаты имеют большое значение для физики вселенной. Куски метеоритов рассыпаются на железные и каменные метеориты, а в последнее время к ним присоединились еще замечательные стеклянные или плавленые метеориты (тектиты, от греческого слова, означающего ― плавиться). Первая группа состоит из чистого никкелевого железа, вторая из силикатов, третья ― из зеленоватой или коричневатой обсидиановой массы, напоминающей бутылочное стекло. Переходные формы встречаются лишь в двух первых группах (причем процентное содержание тех или иных элементов более или менее тесно ограничено) и называются, соответственно большему или меньшему количеству железа, палласитами или мезосидеритами.[5]

  — Константин Графф, «Небесные камни», 1928

В художественной литературеПравить

  •  

Логика научила его рассуждать; математика верные делать заключения и убеждаться единою очевидностию; метафизика преподала ему гадательные истины, ведущие часто к заблуждению; физика и химия, к коим, может быть, ради изящности силы воображения прилежал отлично, ввели его в жертвенник природы и открыли ему ее таинства; металлургия и минералогия, яко последственницы предыдущих, привлекли на себя его внимание; и деятельно хотел Ломоносов познать правила, в оных науках руководствующие.[6]

  Александр Радищев, «Путешествие из Петербурга в Москву», 1790
  •  

Я уже сказал, что очень редко был в обществе, и совершенно не знаю генерала Половицына; даже не слыхивал, ― отвечал я с нетерпением, внезапно сменив мою любезность на чрезвычайно досадливое и раздраженное состояние духа.
― Занимался минералогией! ― с гордостью подхватил неисправимый дядя. ― Это, брат, что камушки там разные рассматривает, минералогия-то?
― Да, дядюшка, камни…
― Гм… Много есть наук, и все полезных! А я ведь, брат, по правде, и не знал, что такое минералогия! Слышу только, что звонят где-то на чужой колокольне. В чем другом ― еще так и сяк, а в науках глуп ― откровенно каюсь! [7]

  Фёдор Достоевский, «Село Степанчиково и его обитатели», 1859
  •  

Граф предложил управляющему сигару и объявил:
— Моя специальность минералогия. Вы знакомы с минералогией?
— Нет-с. Уж этого бог миловал.
— Например, вы находите где бы то ни было известный кристалл и не знаете, как он называется. Вам надо прежде всего определить, к какой системе он принадлежит? к тетартоэдрической, сфенотриклиноэдрической или к другой какой-нибудь?..[8]

  Николай Успенский, «Издалека и вблизи», 1870
  •  

Собирание камней, однако же, нам не удалось: в Таганроге и его окрестностях нельзя было достать ничего, кроме угля, кирпичей, кусков известняка и кварцевых голышей на берегу моря. Так мы это дело и бросили. Впрочем, и сам учитель наш был не особенно тверд в минералогии. Мы приносили ему собранные нами образцы, и он один и тот же камень в разные дни называл то кварцем, то полевым пшатом, то мрамором.[9]

  Александр Чехов, «Таганрогская гимназия», 1913
  •  

― В каком же месте? Откуда ты знаешь, что их много? ― забросал ее вопросами Ельников, рассматривая в лупу большой зеленый камень и пару темно-фиолетовых.
― Они сидят в камне под кремневым натеком в стенках той трещины, которая чуть не погубила шахту. Смотри, сколько их тут, ― прибавила Анна Ивановна, показывая несколько кусков породы.
― Странно, очень странно! ― пробормотал Ельников и вдруг бросился в соседнюю комнату, принес руководство по минералогии и начал лихорадочно перелистывать его. Найдя изображения кристаллов той же формы, какую имели фиолетовые, а в другом месте той, какую имел зеленый камень, он воскликнул:
― Знаешь ли, что ты открыла? Это, по-видимому, настоящие драгоценные камни, вот эти два ― аметисты, а вот этот ― изумруд![10]

  Владимир Обручев, «Тепловая шахта», 1920
  •  

― Как же так получилось?
― Запись сделана мельком. Ни отец и никто другой не описали нового минерала. ― Вероятно, он не успел до революции, а потом события отвлекли, да и научные труды одно время плохо печатались.
― Все же печатались. И отец мог бы сделать это потом.
― Следовательно, после революции у него уже не было камней. Очевидно, они были как-то утрачены. Минералогия ведь не была специальностью вашего отца?
― О нет. Он обыкновенный геолог, общего направления, с интересом к рудным месторождениям, как у всех поисковиков и съемщиков. ― Возможно, он сомневался в том, что минерал, им найденный, действительно интересен. И, заваленный работой, не проконсультировался у минералогов, ― согласился Гирин.[11]

  Иван Ефремов, «Лезвие бритвы», 1963
  •  

Я обычный инженер, только учился в таком институте, где для горного инженера считается необходимым превосходное знание трех основ практической работы геолога ― минералогии, горного искусства и химии.
― Это Горный институт в Ленинграде?
― Совершенно верно. У нас считается, что знание минералогии, умение точно и быстро определять минералы ― то же, что знать симптомы болезней для практикующего врача. В том и другом случае верная диагностика достигается простыми средствами, что вдали от лабораторий абсолютно необходимо.[11]

  Иван Ефремов, «Лезвие бритвы», 1963
  •  

Видимо, сказывалось напряжение адовых дней. Свою лепту вносили и не остывшие еще воспоминания о сессиях, будь они неладны, на вечернем факультете, и малопонятные руководства по минералогии, которые он читал до глубокой ночи. «Черт с ними, с этими сингониями, ― бросал он, отчаявшись, книгу. ― Нормальному человеку в этом не разобраться. Но откуда вдруг, когда все уже стало ясно, взялась эта восточная шайка ― «восточные топазы», «восточные аметисты», «восточные изумруды»? [12]

  Еремей Парнов, «Третий глаз Шивы», 1990

В поэзииПравить

  •  

«Пятёрки» идеолог.
Названьем «друзы»
Он ― страстный минеролог ―
Скрепляет узы
Друзей. И, фигураст
Игрой ума,
На выдумки горазд
Весьма.[13]

  Георгий Оболдуев, «Привычным нам стихом...», 1952

ИсточникиПравить

  1. Избранные произведения русских мыслителей второй половины XVIII века. Том I. — М.: Госполитиздат, 1952 г.
  2. Вернадский В.И. Дневники: 1926-1934 гг. ― М.: Наука, 2001 г.
  3. А.Е.Ферсман. «Воспоминания о камне». — М.: Издательство Академии Наук СССР, 1958 г.
  4. 4,0 4,1 А.Г.Бетехтин, «Курс минералогии». — М.: Государственное издательство геологической литературы, 1951 год
  5. Константин Графф, «Небесные камни». — М.: журнал «В мастерской природы», № 1 за 1928 г.
  6. А.Н.Радищев. «Путешествие из Петербурга в Москву». — М.: «Детская литература», 1975 г.
  7. Достоевский Ф.М. Полное собрание сочинений в 30 томах. — Ленинград, «Наука», 1972 г.
  8. Н. В. Успенский Издалека и вблизи: Избранные повести и рассказы. — М.: «Советская Россия», 1986 г.
  9. «Александр и Антон Чеховы». Воспоминания. Переписка. — М.: Захаров, 2012 г.
  10. Обручев В.А. «Путешествие в прошлое и будущее»: повести и рассказы. ― М.: Наука, 1965 г.
  11. 11,0 11,1 Иван Ефремов, «Лезвие бритвы». — М.: Молодая гвардия, 1964 г.
  12. Е.И. Парнов, «Третий глаз Шивы». — М.: Детская литература, 1985 г.
  13. Г.Н.Оболдуев. Стихотворения. Поэмы. М.: Виртуальная галерея, 2005 г.

См. такжеПравить