Открыть главное меню

Белокрыльник

цветковое растение семейства Ароидные
(перенаправлено с «Калла»)

Белокры́льник или ка́лла (лат. Cálla)[комм. 1] — многолетние травянистые декоративные растения из семейства ароидных (лат. Araceae).[комм. 2] Белокрыльник распространён необычайно широко — от умеренных до тропических областей практически всего Северного полушария, его можно встретить буквально всюду, где есть места с избытком стоячей воды. Встречается он в большинстве регионов России (от Европы до Сибири и Дальнего Востока), местами доходя до субарктических поясов. Калла — типичное болотное растение, белокрыльник в изобилии встречается по затопленным берегам водоёмов и рек, и вообще — в любых болотистых и влажных местах, иногда растёт — наполовину погружённый в воду.

Часто белокрыльник выращивают как декоративное растение, применяется он и в ландшафтном дизайне, однако более всего известен селекционированный (высокий) «цветок» калла, который идёт на срезку для создания букетов и композиций.[комм. 3]

Аналогично аруму, все части болотного белокрыльника ядовиты (в свежем виде), в тканях содержатся алкалоиды и жгучее вещество, похожее на сапонин, хотя корневище также содержит и — крахмал. Особенно же ядовиты плоды каллы: спелые красные (или оранжевые) початки. Впрочем, при высушивании или термической обработке большинство ядов белокрыльника разлагается. В народной медицине известны рецепты настойки корневища, которые применяются при укусах ядовитых змей.

Белокрыльник в прозеПравить

  •  

Среди этой группы возвышался можжевельник, питомец ютландских степей, напоминающий итальянский кипарис, и блестящий колючий, вечно-зелёный и летом и зимою, красивый Христов тёрн, а пониже росли папоротники всех сортов и видов; одни были похожи на миниатюрные пальмы, другие на тонкое прелестное растение «Венерины волосы». Рос здесь также и скромный репейник, свежие цветы которого так красивы, что их не грех поместить в любой букет. Репейник был посажен на сухом месте, а пониже, в более сыром грунте, рос лопух, также самое простое, но, благодаря своей вышине и размеру листьев, такое красивое декоративное растение. Кроме того росли здесь и осыпанные цветами, похожие на огромные канделябры, царские кудри,[комм. 4] взятые с поля, и дикий ясминник, и первоцвет, и лесные ландыши, и дикая калла, и трёхлистная нежная заячья травка, — ну, просто загляденье!

  Ганс Христиан Андерсен, «Садовник и господа», 1872
  •  

Пистия — принадлежит к семейству аронниковых, тому самому, к которому принадлежит наш белокрыльник, и происходит из тропических стран Африки.

  Николай Золотницкий, «Аквариум любителя», 1885
  •  

Калля. Растение из семейства Aroideae. Отечество Южная Африка — мыс Доброй Надежды. Одно из самых известных растений, растущее прекрасно как в воде, так и в горшках на окне, но требующее в последнем случае чрезвычайно обильной поливки.
Корневище клубневое, с волокнистыми корнями. Листья корневые, на длинных, достигающих иногда полутора аршина длины черешках, большие, стреловидные, тёмно-зелёные с белыми нервами, лоснящиеся.
Цветок похож на цветок нашего белокрыльника, в виде свернутого трубкообразного серебристо-белого покрывала, среди которого поднимается ярко-оранжевый початок.

  Николай Золотницкий, «Аквариум любителя», 1885
  •  

Как заставить расти и цвести наши водяные растения зимой. Способ этот весьма оригинален и в то же время необычайно прост. Он состоит лишь в том, что водяные растения, взятые летом или осенью из прудов или болот, кладут в сосуд с водой и замораживают. Лёд может быть как угодно толст, и надо только наблюдать, чтобы всё растение было погружено в воду, так как иначе вылезающие из воды части растения на самом деле замерзнут и погибнут. В такой обстановке растения можно держать несколько дней, но достаточно бывает даже одного-двух. Примороженные таким образом корневища кубышки дают в ноябре в обилии превосходную листву и задают бутоны, а корневища белокрыльника (Calla palustris) не только покрываются обильной летней листвой, но даже и обильно цветут. То же самое можно сказать и относительно остальных водяных растений.

  Николай Золотницкий, «Аквариум любителя», 1885
  •  

Среди водных и прибрежных растений, подземные органы которых богаты крахмалом, имеются два, содержащие ядовитые вещества, ― это частуха и белокрыльник.[комм. 5] Из обоих можно получить вполне безвредную и съедобную муку. Для этого корневища надо предварительно нарезать на куски, высушить, смоло́ть к прокипятить в воде и после этого воду слить с муки. Однако, эти растения нет смысла заготовлять, так как при неправильном приготовлении ими можно отравиться. Помимо этого частуха и белокрыльник встречаются не в таком уже большом количестве, чтобы их стоило собирать.[1]

  Георгий Боссэ, «Готовьте из диких весенних растений», 1942
  •  

Подруга твоя Рада? Но она молчит, всё время молчит ― не может простить себе, что дала ключ. Что это в её квартире случилось... Будто имеет значение ― где и как! У неё двое детей и скоро будет третий... Неужели это та самая девочка, которая когда-то принесла тебе в день шестнадцатилетия каллу! Ни слова не проронила, но лицо затуманилось в улыбке, и ты мигом заподозрила сюрприз. Осторожно понюхав цветок, ойкнула: на толстом жёлтом пестике с распушённой головкой притаилось, подобно крохотной бабочке, тонкое кольцо. Как глаз, сверкал камушек.[2]

  Руслан Киреев, «Четвёртая осень», 1989
  •  

Я выстирала мужа. Мы купили бутылку коньяка и букет цветов. На бутылке был белый аист, на аистов вниз головой были похожи белые каллы. Дверь открыла Мая, и я поняла тщету всех своих ухищрений. Конечно, она была лучше меня! Ей всё шло.[3]

  Галина Щербакова, «Loveстория», 1996
  •  

Была однажды такая история: на премьере «Спящей красавицы» во время поклонов артисту ― принцу Дезире ― вынесли огромный букет белых калл. Майя ― принцесса Аврора ― стояла рядом, усыпанная цветами. Принц Дезире преклонил перед ней колено и положил к её ногам этот самый белый букет. Зал наградил щедрого кавалера новым взрывом аплодисментов.[4]

  Василий Катанян, «Прикосновение к идолам», 1998
  •  

Вот передо мной фотография той поры: четверг, 28 февраля 1985 года, газета «Известия». Седой, с косыми скулами Черненко держится рукою слабой за спинку кресла, ноги сами уже не держат его, а перед ним густоволосый партийный чиновник не говорит, прямо-таки поёт поздравление. И Прокофьев, этот ещё взберётся по лестнице на самый верх московской партийной иерархии, а тут ― относительно молод, востроносенький, губы поджал, в руках с подобострастием держит букет цветов, и почему-то в том букете каллы белые, какими обычно невесту сопровождают. А из глубины снимка, как бы оставаясь в тени, Гришин наблюдает с благостной улыбкой: его постановка, его дрессура. Надо полагать, был во всём этом сокрыт высший государственный смысл: народу предъявили генсека, жив, прочна наша держава. И я слышал на следующий день в очереди, как люди впервые с сочувствием говорили о Черненко: «Надо же так над больным человеком надсмеяться!..»[5]

  Григорий Бакланов, «Жизнь, подаренная дважды», 1999
  •  

Водитель проворно выскочил, обежал лимузин и угодливо открыл дверь. Мюйр прошествовал в банк, а я остался сидеть в «линкольне», разглядывая ценники на цветах и пытаясь перевести кроны в доллары, а доллары в рубли. В своих расчётах я исходил из того, что сорок тысяч крон ― это три с половиной тысячи долларов. И когда перевёл, понял, почему за этими изысканными каллами, пышными хризантемами и королевскими розами не выстраивается очередь. У людей, которые проходили по тротуару, денег хватало только на то, чтобы посмотреть на эти цветы.[6]

  Виктор Левашов, «Заговор патриота», 2000
  •  

Достоверных случаев отравления людей белокрыльником болотным в отечественной медицинской литературе не описано. Вместе с тем возможность возникновения таких отравлений не исключена, так как это растение иногда применяется в народной медицине при укусах змей и в качестве средства местного раздражающего действия.
О ядовитости белокрыльника свидетельствуют случаи массовых отравлений этим растением крупного рогатого скота.
У животных при отравлении белокрыльником наблюдают вздутие живота, слюнотечение, беспокойство, дрожь, испуганный взгляд, частое напряжённое дыхание, слабый частый пульс, расширение и переполнение кровью кровеносных сосудов слизистых оболочек. Очень быстро может наступить смерть. При несмертельных отравлениях первоначальные признаки постепенно ослабевают, и преобладающей становится картина поражения желудочно-кишечного тракта. Обычно это расстройства, связанные с резким угнетением сократительной активности кишечника.[7]

  — Пётр Зориков, «Ядовитые растения леса», 2005
  •  

Разумеется, наш рассказ о лесных ягодах на этом не закончен. Есть в лесах ядовитые ягоды, такие, как занесённые в Красную книгу волчье лыко и вороний глаз. Встречается жимолость татарская ― её сдвоенные ягоды нарядны, но крайне невкусны и вызывают понос. На болотах растут морковного цвета шишки белокрыльника, самый вид которых указывает, что в рот это брать нельзя (всё растение белокрыльника в свежем виде ядовито). На сухих боровых горушках встречается родная сестра брусникитолокнянка. С виду её не вдруг от брусники отличишь, а попробуй на зуб ― и окажется, что сухая ягода полна твёрдых как камень семечек. Толокнянку, впрочем, собирают, чтобы потом, заварив наподобие чая, пить в качестве мочегонного средства.[8]

  — Святослав Логинов, «Марш-бросок по ягодным палестинам», 2007
  •  

Я сказал Тебе. Не будь я неслучайно встреченный Господь, Бог Твой! Будущий Автор не выдерживает и прыскает, и весь мир становится красивым молодым человеком без пиджака, целующим её в глаза. И мир начинает пахнуть морской солью, корицей, ванилью, влажной щенячьей шерстью, пасхальными куличами, сосновой и вишнёвой смолой, клубникой «виктория», лунной пылью, пшеничным самогоном, бочковыми солёными огурцами, «кладбищенскими» неправильными цветами каллами, русскими белыми грибами, и будущий Автор плачет, как маленькая.[9]

  Татьяна Соломатина, «Большая собака», 2009

Белокрыльник в стихахПравить

  •  

Над седой равниной мира — ветер дует выше неба,
Между небом и болотом гордо реет белокрыльник,
Словно ангел непреклонный, сизой молнии подобный...[10]

  Михаил Савояров, «Песнь о дуревестнике» (из сборника «Оды и паро́ды»), 1916
  •  

Вчера вечо́р, после концерта
Одна мне дама, сверх похвал
Преподнесла письмо в конверте
Но главное, вы мне поверьте,
Букет прекрасный белых калл...[11]

  Михаил Савояров, «Странный букет» (из сборника «Не в растения»), 1914
  •  

То-то белокрыльник вовсе изнемог!
Будет в серый пыльник кутаться восток.
Смерчик еле зримый, предрассветно мглист,
Пронесётся мимо, как мотоциклист.[12]

  Леонид Мартынов, «Дрёма луговая», 1956

КомментарииПравить

  1. У белокрыльника масса региональных народных названий, ниже приведена только малая часть из них: водяной корень, житница, лягушечник, хлебница... Последнее название калла получила за то, что корневище, высушенное и затем вымоченное в воде, в северных деревнях нередко примешивали к ржаной муке и выпекали смешанный хлеб. Кроме того, листья и корневища белокрыльника (но не плоды!) могут служить для откармливания свиней.
  2. Род белокрыльник или калла (лат. Cálla) — монотипный, в него включён всего один вид: Белокрыльник болотный, имеющий громадный ареал (самый крупный в семействе ароидных) и, как следствие, немало региональных форм, отличающихся размерами листьев и формой цветов. Кроме того, род белокрыльник (с единственным видом) — также единственный представитель монотипного подсемейства белокрыльниковых (лат. Calloideae).
  3. Белый «цветок» каллы, на самом деле это прицветник, лист-покрывало, внутри которого содержится скромное и плотное соцветие: початок. Такое строение цветка — общее для всех ароидных.
  4. «Царские кудри» — это народное название изящного полевого цветка, который носит ботаническое название: «Лилия кудреватая». Андерсен имеет в виду его садовый сорт с более крупными цветами.
  5. Под «частухой» Георгий Боссэ имеет в виду скорее всего частуху обыкновенную, скромное болотное растение из семейства частуховых.

ИсточникиПравить

  1. Боссэ Г.Г., «Готовьте из диких весенних растений мучные изделия, супы, салаты». — М., Госторгиздат, 1942 г.
  2. Руслан Киреев, «Четвёртая осень». — М.: «Современник», 1989 г.
  3. Галина Щербакова. «Год Алёны». — М.: Вагриус, 2002 г.
  4. В.В.Катанян, «Прикосновение к идолам». Воспоминания. — М.: Захаров, 2002 г.
  5. Г.Я.Бакланов, «Жизнь, подаренная дважды». — М.: Вагриус, 1999 г.
  6. В.В.Левашов, «Заговор патриота». — М.: Вагриус, 2000 г.
  7. П.С.Зориков, «Ядовитые растения леса», — Владивосток, Российская Академия Наук, Дальневосточное отделение; изд. «Дальнаука», 2005 г., ISBN 5-8044-0524-1. — стр.20
  8. Святослав Логинов, «Марш-бросок по ягодным палестинам». — М., журнал «Наука и жизнь». № 6-7, 2007 г.
  9. Татьяна Соломатина, Большая собака, или «Эклектичная живописная вавилонская повесть о зарытом», М.: Эксмо, 2009 г.
  10. М.Н.Савояров, Семнадцатый сборник сочинений: самые свежие тексты песен, куплетов и декламаций. — Петроград, 1918 г., Гороховая 12.
  11. Михаил Савояров. «Слова», стихи из сборника «Не в растения»: «Странный букет»
  12. Мартынов Л.Н., Стихотворения и поэмы. Библиотека поэта. — Ленинград, «Советский писатель», 1986 г.

См. такжеПравить