Открыть главное меню

На плечах гигантов

(перенаправлено с «Карлики на плечах гигантов»)
Седалион (слуга) на плечах слепого великана Ориона показывает путь своему хозяину

«На плеча́х гига́нтов», «сто́я на плеча́х гига́нтов», «ка́рлики на плеча́х гига́нтов» (лат. nanos gigantum humeris insidentes, англ. standing on the shoulders of giants) — крылатая фраза и развёрнутая метафора преемственности в познании или искусстве, фразеологизм, употребляемый в значении: «новые достижения с опорой на предыдущие открытия». Это выражение имеет длинную историю, прослеживающуюся до XII века, авторство чаще всего приписывается Бернару Шартрскому. Весьма известным стал парафраз Исаака Ньютона[1][2] из письма Р. Гуку 5 февраля (15 н. ст.) 1676 года: «Если я видел дальше других, то потому, что стоял на плечах гигантов» (If I have seen further it is by standing on ye sholders of Giants.).

Общепризнанная атрибуция выражения известна не напрямую, а со слов Иоанна Солсберийского. В 1159 году он писал в своем «Металогике»: «Бернар Шартрский сравнивал нас с гномами, сидевшими на плечах великанов. Он указал, что мы видим больше и дальше, чем наши предшественники не потому, что у нас более острое зрение или большая высота, но потому что нас подняли и подняли вверх по их гигантскому росту».[3] Однако согласно сведениям, приводимым Умберто Эко, более древнее подтверждение этой фразы восходит к Присциану, позднее процитированному средневековым богословом Гильомом Конхезием.[4]

Прямой иллюстрацией к высказыванию Бернара Шартрского стали витражи Шартрского собора. В высоких арочных проёмах южного портала изображены рослые фигуры четырёх главных пророков Ветхого Завета (Исайи, Иеремии, Иезекииля и Даниила), а четыре евангелиста Нового Завета (Матфей, Марк, Лука и Иоанн) — сидят у них плечах, словно малые дети. По замыслу художника читается христианская метафора: евангелисты хотя и меньше по размеру, но зато «видят и знают больше», чем иудейские пророки (поскольку они уже видели воочию того Мессию, которого предугадали и ожидали четверо ветхозаветных «гигантов»).

ПервоисточникПравить

...Мы подобны карликам, усевшимся на плечах великанов; мы видим больше и дальше, чем они, не потому, что обладаем лучшим зрением, и не потому, что выше их, но потому, что они нас подняли и увеличили наш рост собственным величием...

Бернар Шартрский (в изложении Иоанна Солсберийского), XII век


...Мы — карлики, взобравшиеся на плечи гигантов. Мы видим больше и дальше, чем они, не потому, что взгляд у нас острее и сами мы выше, но потому, что они подняли нас вверх и воздвигли на свою гигантскую высоту[5].

Бернар Шартрский, вариант перевода

В научной, научно-популярной литературе и публицистикеПравить

 
Матфей на плечах пророка Исайи (Шартрский собор
  •  

Кто видит дальше — карлик или великан? Конечно, великан, ведь его глаза расположены выше, чем у карлика. Но если карлик находится на плечах великана, кто видит дальше? <...> Так что мы – такие же карлики, усевшиеся на плечи великанов. Мы постигаем их мудрость и идем дальше. Мы становимся мудрыми благодаря их мудрости и можем сказать все то, что мы говорим, но не потому, что мы более велики, чем они.

  Исайя бен Мали ди Трани, из трактата «Ответы», ответ 62, 1240-е годы
  •  

Неверно и глупо кем то придуманное сравнение, которому многие приписывают великую тонкость и глубину: «По отношению к древним мы — карлики, взобравшиеся на плечи великанов». Это не так. И мы не карлики, и они не великаны, а все мы люди одного роста, и благодаря их наследству мы можем подняться даже чуточку выше, лишь бы сохранить их деятельную страсть, горение духа, доблесть и любовь к истине.[6]

  Хуан Луис Вивес, «Об учениях», 1531
  •  

Мнения наши перерастают одно в другое: первое служит стеблем для второго, второе для третьего. Так мы и поднимаемся со ступеньки на ступеньку. И получается, что тому, кто залез выше всех, часто выпадает больше чести, чем он заслужил, ибо, взобравшись на плечи предыдущего, он лишь чуточку возвышается над ним.[7]

  Мишель де Монтень, «Опыты» (Книга III), 1588
  •  

То, что сделал Декарт, было хорошим шагом. Вы добавили много <новых> решений, особенно там, где речь идет о философском рассмотрении цветов тонких пленок <интерференции света>. Если я видел дальше других, то потому, что стоял на плечах гигантов.

 

If I have seen further it is by standing on the shoulders of Giants.

  Исаак Ньютон, из письма Роберту Гуку, 5 февраля (15 н. ст.) 1676
  •  

Положение России представляет пока действительно громадные выгоды: но, между прочим, потому, что мы позже других вышли на работу цивилизации и, как карлик на плечах великана, можем следить за причинами и результатами настоящего положения старой, многострадальной Европы, черпая из нее для себя уроки.[8]

  Николай Михайловский, Литературные и журнальные заметки. Май 1872
  •  

...австрийский психиатр Вильгельм Штекель считал, что превзошел своего учителя Фрейда в толковании символов; дескать, «карлик на плечах великана видит дальше, чем сам гигант». Услышав об этом, Фрейд мрачно заметил:
– Может, оно и так, но этого не скажешь о вши на голове астронома.[9]

  Эрнест Джонс, «Жизнь и труды Зигмунда Фрейда», том 2, 1955
  •  

Ну а об Исааке Ньютоне (1643-1727), великом английском физике, математике и астрономе, труды которого ощутимо ускорили развитие человеческих знаний о мире, ― о нем и о его жизни написаны книги, созданы легенды. Сам же о себе этот человек с большой буквы, ставший мерой с буквы маленькой, сказал так: «Если мне дано было видеть далее других, то это только потому, что я стоял на плечах гигантов…» ... Ему еще не исполнилось и 12 лет, когда он, сын бедного брауншвейгского водопроводчика, углубился в серьезное и критическое рассмотрение Евклидовой геометрии. Это было в 1789 году.[10]

  Борис Силкин, «Человек — мера вещей», 1968
  •  

История науки показывает, что наибольшая слава достается обычно не тем, кто закладывает основы и, конечно, не тем, кто занимается мелкими заключительными доделками, а тем, кто в новом направлении мысли первым получает крупные результаты, поражающие воображение современников или ближайших потомков. Такую роль в европейской физико-математической науке сыграл Ньютон. Между тем известно высказывание Ньютона: Если я видел дальше, чем Декарт, то потому, что я стоял на плечах Гигантов. Это, конечно, свидетельствует о скромности гениального ученого, но является также признанием долга перед первопроходцами со стороны «первополучателей». Яблоко, прославившее Ньютона, выросло на дереве, которое посадил Декарт.[11]

  Валентин Турчин, «Феномен науки. Кибернетический подход к эволюции», 1970
  •  

Вещественность восприятия Времени проявляется и в приравнивании его к миру, роду человеческому (mundus ― saeculum). Время, как и мир, портится (Ордерик Виталий). Оно не несет с собой прогресса человека, а если люди позднейших времен знают новое и видят дальше, чем их предшественники, то это объясняется тем, что они подобны карликам, усевшимся на плечах гигантов, но не свидетельствует о большей остроте их зрения (Бернард Шартрский, Иоанн Сольсберийский, Петр Блуа).[12]

  Арон Гуревич, «Категории средневековой культуры», 1972
  •  

Во имя возможного примирения Ньютон покривил душой, признав большой вклад Гука в оптику. На самом деле он так отнюдь не считал, и в строках его знаменитого письма от 5 марта 1676 года можно увидеть скрытую издёвку.
Ньютон — Гуку
«То, что сделал Декарт, было хорошим шагом. Вы многое добавили к нему в некоторых отношениях, и особенно, сделав предметом естественнонаучного рассмотрения цвета тонких плёнок. Если я видел дальше, то лишь потому, что стоял на плечах гигантов».
Последняя фраза, часто цитирующаяся в ньютониане, обычно вырывается из контекста и тем приобретает несколько искажённый смысл.
…Когда-то средневековый учёный монах Бернард Шартрский сравнивал своих современников с карликами, вскарабкавшимися на плечи гигантов. Он говорил, что они видят дальше и больше, чем их предшественники, не потому, что сами имеют больший кругозор, но потому, что вознесены мудрецами древности на высоту их гигантского роста. Взятая в её первоначальном виде и смысле, эта фраза, как видно, имеет апологетический характер, призывает к догматизму. Приглаживая образ Ньютона, многие позднейшие исследователи считали, что фраза о карликах, стоящих на плечах гигантов, у Ньютона означает его уважение и благодарность по отношению к его предшественникам-гигантам. К сожалению, эта черта совершенно не свойственна Ньютону. В этом можно легко убедиться, открыв любую его работу. Если вникнуть в контекст переписки Ньютона и Гука тех времён, фраза никак не может означать того, что за ней обычно видят. В лучшем случае это — двусмысленность. В худшем случае, который многим исследователям представляется наиболее вероятным, эта фраза — издевательская, учитывая малый рост горбуна Гука.[13]

  — Владимир Карцев, «Ньютон», 1987
  •  

Автор новой книги о Ньютоне показал, что нуждается в разъяснении и уточнении буквально каждое, ставшее привычным мнение об этом глубоком и сложном человеке. Особенно ярко иллюстрирует это утверждение пример с приписываемой ему фразой о том, что он стоял на плечах гигантов. «Приглаживая образ Ньютона, ― пишет Карцев, ― многие позднейшие исследователи считали, что фраза о карликах, стоящих на плечах гигантов, у Ньютона означает его уважение и благодарность по отношению к его предшественникам». Но, оказывается, это не так. По мнению многих современных исследователей, Ньютон воспользовался фразой о гигантах и карликах, сказанной еще в XIII веке средневековым монахом Бернардом Шартрским, для того, чтобы побольней уязвить своего постоянного соперника и всегдашнего оппонента Гука ― горбуна, остро переживавшего свой малый рост![14]

  Герман Смирнов. «Ньютон, которого мы не знали», 1989
  •  

Любой философ знаком с предшественниками, черпает у них что может, переосмысляет и идет дальше. Не путать с компиляцией или тем более с плагиатом. Все мы стоим на плечах гигантов, но не все при этом карлики. Никто до меня не сводил воедино все, о чем я скажу. Никто не рассматривал все в мире и человеке воедино с такой точки зрения. Никто не приходил к таким выводам ― как частным, так и результирующему.[15]

  Михаил Веллер, «Белый ослик», 2001
  •  

Первый учёный? Архимед настолько умный, что иногда я думаю, что если вы хотите пример кого-то, кого принесло из внешнего космоса, то это должен был бы быть Архимед. Потому что он, на мой взгляд, настолько своеобразный и настолько творческий, что я думаю — он даже круче Ньютона. Несмотря на то, что Ньютон говорил «Если я и видел так далеко, то только благодаря тому, что я стоял на плечах гигантов», но не было никого для Архимеда, ни на чьих плечах Архимед не стоял. Он первый физик и он первый математик-практик. И он делал все это на своих собственных плечах, и я думаю, что это здорово. Что до меня, то это — захватывающе.[16]

  Льюис Волперт, интервью из книги «На плечах гигантов», 2005
  •  

Если мы возвратимся в семнадцатый век, там было, конечно, гораздо меньше активных учёных и Ньютон там был выделяющейся личностью. Думаю, что большинство ученых могли бы, возможно, сказать, что Ньютон, наверное, был наиболее выдающейся личностью научного интеллекта всех времен. Они бы сказали, что он не просто величайшая личность своего времени, но думаю, они поставили его на первое место среди всех ученых умов.
Альберт Эйнштейн никогда не сомневался, что Ньютон был величайшим ученым гением всех времен. Он говорил «Природа для него была открытой книгой. Он стоит перед нами сильный, надежный и одинокий». Однако, общий консенсус состоял в том, что в начале двадцатого века Эйнштейн стоял на плечах Ньютона, и каким-то образом доказал, что тот был не прав...[16]

  Мартин Рис, интервью из книги «На плечах гигантов», 2005
  •  

Я спросил Джона Гриббина, как он считает: стоял ли Ньютон на плечах такого гиганта, как Галилео.
— Он был наследником идей Галилео, но я думаю, что Ньютон был настолько особенной личностью, что возможно, если бы Галилео вообще не было, Ньютон все-равно сделал бы то, что сделал. Но Галилео предстал перед нами со своими идеями. Он был близок к идее закона инерции. Он думал, что естественное движение — круговое, что не было всецело ошибочным, потому что он представлял себе, что вращающееся тело на поверхности Земли должно бы было вращаться до бесконечности, конечно, если бы не было никакого трения и Земля вращается, и Галилео думал, что это говорит о естественности вращательного движения. Некоторые из идей Галилео были истолкованы Декартом, и Декарт очень повлиял на те методы, которые использовал Ньютон. Его знаменитая цитата о плечах гигантов была связана с работами не по гравитации, а — по оптике. Он знал, что до него были великие идеи, но он был настолько самостоятелен, что я думаю, он смог бы проделать это всё сам.[16]

  Джон Гриббин, интервью из книги «На плечах гигантов», 2005
  •  

Я спросил Сьюзен Гринфилд по поводу ее взгляда на негативную реакцию, которая несомненно была против Фрейда во второй половине ХХ столетия.
— Думаю, что некоторая проблема в наше время в том, что ученые особенно склонны забывать, что они стоят на плечах гигантов. Они смеются над людьми прошлого с неправильными взглядами со славой, конечно, задним умом, с опорой на их превосходное оборудование с кнопочками и компьютерами. Легко высмеивать внешне наивные идеи прошлого. Думаю, что основной из причин, почему Фрейд сегодня непопулярен среди нейробиологов, это из-за этой проблемы объективности, которая является одной из главных, и то, что он делал с разумом.[16]

  Сьюзен Гринфилд, интервью из книги «На плечах гигантов», 2005
  •  

— Думаю, что людям было проще казаться гигантами в прошлом, потому что Вселенная была так слабо изучена и исследована. Сейчас каждый хочет быть таким гигантом и при этом я бы хотел видоизменить эту фразу, приписываемую Ньютону, сказав: «Я вижу дальше, потому что я стою на плечах гигантов и карликов». Я полагаю, что это решающе, что в современной науке вклады довольно-таки робких людей в общее понимание, каким есть мир, также важны, как и вклады великих парней. Я искренне верю, что много случаев за прошлые пятьдесят лет, когда можно было увидеть, как относительно малый вклад личности, которая не выиграла Нобелевскую премию, которая не прославлена на улицах Нью-Йорка, в действительности значима в развитии науки. Это сейчас важный вопрос движения научной инициативы, который сильно зависит от вклада карликов так же как и от гигантов.[16]

  Мелвин Брэгг, из книги «На плечах гигантов», 2005
  •  

Теист: Я готов согласиться, что «Человек сотворил Бога», как Ньютон сотворил закон всемирного тяготения, а Максвелл ― закон электромагнетизма. Никто ведь не знал об этих законах до Ньютона и Максвелла?
Атеист: Они свои законы не сотворили, а открыли. И не совсем единолично, а, как говорил Ньютон, стоя на плечах гигантов. И открыли не сразу полностью, а постепенно уточняя свое открытие.
Теист: И Бога не сразу полностью открыли. В Библии первооткрыватель назван «Авраамом», но конкретное имя не столь существенно, как то, что когда-то какой-то человек первым открыл для себя понятие Бога.[17]

  Геннадий Горелик. «Чудо-дерево Культуры — Древо познания», 2011
  •  

Представления о свободной воле, Боге, добре и зле, знании, языке и мысли не возникают в вакууме. Мы стоим на плечах гигантов. Я стремлюсь показать богатство и актуальность нашего интеллектуального наследия[18].

 

Notions about free will, God, good and evil, knowledge, language and thought do not arise in a vacuum. We are standing on the shoulders of giants. Showing both the wealth and relevance of our intellectual heritage is at the heart of my teaching.

  Лоди Наута, из речи на получении первой премии Спинозы, 2016

В беллетристикеПравить

  •  

Эстетическое воздействие некоторых произведений искусства древнекаменного века такое, что их сравнивают с произведениями великих художников нового времени. Оказалось, у неандертальца, древнего грека, средневекового алхимика и у нас с вами один предел оперативных возможностей психики, а произведения живописца-неандертальца и Пабло Пикассо не выше и не ниже друг друга по качеству, глубине жизнеощущения, силе воздействия. Таким образом, можно сказать, что искусство не имеет прогрессивной истории в том смысле, в каком ее имеет наука ― от каменного резца до синхрофазотрона, от дротика до водородной бомбы. Если Ньютон мог сказать, что достиг многого лишь потому, что стоял на плечах гигантов, то этого никак не мог бы сказать Пикассо, который тратил огромные деньги на аукционах живописи обезьян. Очевидно, Пикассо находил в живописи шимпанзе нечто такое же важное, что и в «Сикстинской мадонне». В какой-то степени Пикассо стоял на плечах шимпанзе. Не о технике рисунка, или знании анатомии, или законах перспективы здесь речь, ясное дело…[19]

  Виктор Конецкий, «На околонаучной параболе (Путешествие в Академгородок)», повесть, 1978

В поэзииПравить

  •  

Судьбой предписано закончить «Розу мира»,
Скрывая рукопись от глаз чужих
В стенах подобия тюремного сортира,
И собирать по крохам каждый стих.
России будущее видел ты прекрасно
И гениев расставил по местам.
А лик твой пламенный и ясный
Запомнится весьма надолго нам...
Побольше бы иметь таких талантов
Стоять тогда России на плечах гигантов![20]

  — Вадим Пряхин, «Страдальцу народному» (посвящается Даниилу Леонидовичу Андрееву), 1974

ИсточникиПравить

  1. Knowles E. The Oxford Dictionary of Quotations. Oxford, 2001, pp. 68-69, 543.
  2. Бернард Шартрский // Цитаты из всемирной истории. От древности до наших дней. Справочник / составитель К. В. Душенко. — М.: Эксмо, 2006.
  3. MacGarry, Daniel Doyle, ed. (1955). The Metalogicon of John Salisbury: A Twelfth-century Defense of the Verbal and Logical Arts of the Trivium. Translated by MacGarry, Daniel Doyle. Berkeley: University of California Press. p. 167
  4. Merton, Robert K. (1993). On the Shoulders of Giants. A Shandean Postscript. The Post-Italianate Edition. With a Foreword by Umberto Eco. University of Chicago Press. p. XIV.
  5. Ле Гофф Ж. Интеллектуалы в средние века. — СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2003. — 160 с. — ISBN 5-288-03334-X.
  6. В. П. Шестаков. «Эстетика Ренессанса». — Москва, «Искусство» 1981 г., т. 1
  7. Мишель де Монтень, «Опыты» Полное издание в одном томе/Пер. с фр. Н. Рыковой. — Москва, «Издательство АЛЬФА КНИГА», 2017. — 1149 с.
  8. Н.К. Михайловский. Сочинения. 6 томов. Издание редакции журнала «Русское Богатство». Спб., типография Б.М.Вольфа, 1896-1897 г.
  9. Ernest Jones, «Life and Work of Sigmund Freud» (vol. 2) — New York: Basic Books, 1955.
  10. Борис Силкин. Человек — мера вещей. — М.: «Химия и жизнь», № 3, 1968 г.
  11. В.Ф.Турчин. Феномен науки. Кибернетический подход к эволюции. — М.: ЭТС, 2000 г.
  12. А. Я. Гуревич, «Категории средневековой культуры». — М.: «Питер», 1972 г.
  13. Карцев В. П. «Ньютон». — М.: Молодая гвардия, 1987 г. — Жизнь замечательных людей (ЖЗЛ). Вып. 684. — Часть V, гл. «Эфир». — 150 000 экз.
  14. Герман Смирнов. «Ньютон, которого мы не знали». — М.: «Техника — молодежи», № 1, 1989 г.
  15. Михаил Веллер. «Белый ослик» — М.: «Октябрь», №4, 2001 г.
  16. 16,0 16,1 16,2 16,3 16,4 Мелвин Брэгг. «На плечах гигантов». — London: BBC-book, 2005 г.
  17. Геннадий Горелик. «Чудо-дерево Культуры — Древо познания». — М.: «Знание — сила», № 2-4 за 2011 г.
  18. Lodi Nauta. Laureate NWO Spinoza Prize 2016. First philosopher to receive Spinoza Prize.
  19. Конецкий В. «Начало конца комедии». Повести и рассказы. — М.: «Современник», 1978 г.
  20. Вадим Пряхин. История в лицах: портреты в стихах. — Ridero, 2018 г.

ЛитератураПравить

  • Умберто Эко. «На плечах гигантов». Сборник лекций. — М.: Слово/Slovo, 2018. — 384 с.
  • Гелий Аронов «На плечах гигантов». — Киев : Наукова думка, 1996.
  • Эли М. Голдратт. «Стоя на плечах гигантов» (в сборнике Теория Ограничений). — Киев : Издательство Алексея Капусты, 2009.
  • Александр Шишков. «На плечах гигантов». Очерки интеллектуальной культуры западноевропейского Средневековья. V-XIV вв. — М.: Университетская книга Серия: Humanitas. 2016.
  • Мелвинг Брэгг. «На плечах гигантов». — London: BBC-book, 2005.
  • Эйнштейн А. Работы по теории относительности. — М.: Амфора, 2008. — (На плечах гигантов. Библиотека С. Хокинга).

См. такжеПравить