Открыть главное меню

Антисемитизм

в общем смысле - ненависть к евреям
Москва, Терлецкий парк, 2010

Антисемити́зм — одна из форм национальной нетерпимости, которая выражается во враждебном отношении к евреям как к этнической или религиозной группе, причём, этот термин обозначает враждебность по отношению именно к евреям и/или иудеям, а не ко всем народам семитской языковой группы.

В прозеПравить

  •  

Антисемит не становится приличнее оттого, что лжёт согласно принципу.[1]

  Фридрих Ницше, 1880-е
  •  

Антисемитизм всегда был отличительным признаком просвещённых умов.

  Эрнест Ренан, 1880-е
  •  

Кастрационный комплекс — это самый глубокий бессознательный корень антисемитизма, потому что еще в детстве мальчик часто слышит, что у евреев отрезают что-то, — он думает, кусочек пениса, и это дает ему право относиться с презрением к евреям.

  Зигмунд Фрейд, «Три очерка по теории сексуальности», 1905
  •  

Я несомненно была права. В выборе псевдонимов евреи редко бывают нейтральны; неприличие в том, что они почти всегда plus Russe que la Russie même. Между тем нельзя шутить культурой и нехорошо брать на себя обязательства чужой крови. Как ни странно, но есть на свете нечто еще худшее, чем еврейские националисты, ― это еврейские антисемиты.[2]

  Лидия Гинзбург, «Записные книжки. Воспоминания. Эссе», 1920-1943
  •  

Национальный и расовый шовинизм есть пережиток человеконенавистнических нравов, свойственных периоду каннибализма. Антисемитизм, как крайняя форма расового шовинизма, является наиболее опасным пережитком каннибализма.
Антисемитизм выгоден эксплуататорам, как громоотвод, выводящий капитализм из-под удара трудящихся. Антисемитизм опасен для трудящихся, как ложная тропинка, сбивающая их с правильного пути и приводящая их в джунгли. Поэтому коммунисты, как последовательные интернационалисты, не могут не быть непримиримыми и заклятыми врагами антисемитизма.[3]

  Иосиф Сталин, Ответ на запрос Еврейского телеграфного агентства из Америки, 12 января 1931 г.
  •  

Христиане бывали антисемитами главным образом по мотивам религиозным. Евреи признавались расой отверженной и проклятой не потому, что это низшая раса по крови, враждебная всему остальному человечеству, а потому, что они отвергли Христа. Религиозный антисемитизм есть в сущности, антиюдаизм и антиталмудизм. Христианская религия действительно враждебна еврейской религии, как она кристаллизовалась после того, как Христос не был признан ожидаемым евреями Мессией.[4]

  Николай Бердяев, «Христианство и антисемитизм», 1938
  •  

Он антисемитского происхождения.[1]

  Станислав Ежи Лец, 1950-е
  •  

Пора расшифровать псевдоним первого человека![1]

  Станислав Ежи Лец, 1950-е
  •  

Не будь антисемитизма, я бы не думал о себе как о еврее.[1]

  Артур Миллер, 1960-е
  •  

Почему по тревоге бьют одних и тех же?[1]

  Яцек Вейрох, 1960-е
  •  

Раньше было не принято публично демонстрировать антисемитизм. Раньше эту нужду справляли в одиночестве.[1]

  Борис Парамонов, 1970-е
  •  

Что за мерзость антисемитизм, это для негодяев ― вкусная конфета; я не понимаю, что это, бейте меня, как собаку, все равно не пойму.[5]

  Фаина Раневская, «Вся жизнь», 1970-е
  •  

Чем отличаются сионисты от антисемитов? Сионисты говорят, что среди евреев много знаменитостей, а антисемиты говорят, что среди знаменитостей много евреев.[1]

  Константин Мелихан, 1980-е
  •  

Гитлер вырос сиротой в доме тетки, приютившей его. Может быть, его озлобил черствый хлеб сиротства? Правда, никаких сведений о том, что тетка била его или держала в чёрном теле, нет… По некоторым версиям, бабушка Гитлера по материнской линии была еврейкой, и в школе его дразнили «жидом». Не отсюда ли его патологический антисемитизм? Но нет ли в этой версии антисемитского привкуса?

  Евгений Евтушенко, «В каждом пограничном столбе есть нечто...», 1985
  •  

Антисемит без евреев нуждается в самом необходимом.[1]

  Геннадий Малкин, 1990-е
  •  

Стыдно за свою страну, в которой десятки организаций, десятки печатных изданий проповедуют антисемитизм и в которой власти закрывают на это глаза. Когда-то Соловьёв говорил, что антисемитизм ― это «вопрос личной гигиены». Несколько по-иному выразила эту же мысль Галина Васильевна Старовойтова: «Нормальный человек должен стыдиться антисемитизма, как, скажем, наличия хвоста. Такой же атавизм…»[6]

  Александр Бовин, «Пять лет среди евреев и мидовцев», 1999
  •  

Как-то Андрей спросил известного детского онколога из Франции, профессора Жана Лемерля, есть ли во Франции антисемитизм. Он долго думал, а потом ответил ― наверное, есть, но как узнать, кто еврей? А от другого француза Андрей услышал выражение: «Антисемитизм ― это зависть к детям Адама и Евы тех, кто произошел от обезьяны».[7]

  — Лев Дурнов, «Жизнь врача». Записки обыкновенного человека, 2001
  •  

Забыть ли школу № 72, где я был в классе один еврей, где были ученики на три-пять лет старше меня, где завуч был антисемит, и братья Морозовы (один из них полуидиот), тоже не любившие евреев, делали мне темную, и я не знал, кто из братьев меня бил. Наконец мне это надоело, и я вылил бутылёк с чернилами одному на голову, а другому этим пузырьком дал по башке! И когда они пытались отомстить, Славка Орлов, культурист, переросток, здоровяк, сказал: «Если кто обидит Ромку, будет иметь дело со мной!» Потом его посадили за убийство, и он пропал. Но вообще-то это были случаи единичные. В Одессе был легкий антисемитизм, даже с юмором, хотя время от времени кто-нибудь обязательно вскакивал на стол на перемене и кричал: «Бей жидов ― спасай Россию!»[8]

  Роман Карцев, «Малой, Сухой и Писатель», 2001
  •  

В одном из интервью Сталин называет антисемитизм «каннибализмом», однако, как свидетельствует его дочь Аллилуева, ему везде мерещился враждебный сионизм, он упрямо повторял, что вся история партии большевиков ― это история борьбы с евреями. При Сталине накладываются прямые ограничения на развитие еврейской национальной культуры, языка, религии. Евреи вытесняются из партийного аппарата, государственных и хозяйственных органов управления. Производятся аресты еврейских писателей, закрываются еврейские учебные и культурные заведения, запрещается издание книг на иврите. Накануне войны Сталин в беседе с Риббентропом откровенно высказался о своих действительных взглядах на еврейский вопрос. Он обещал Гитлеру покончить с «еврейским засильем», особенно среди людей интеллектуального труда. Две родственные души и родственные системы начали работать в одном ключе. Даже во время войны, например в августе 1942 года, Управление агитации и пропаганды ЦК докладывает о том, что в искусстве преобладают «нерусские люди (преимущественно евреи)», а также о том, что управление сомневается в возможности работы в Большом театре таких мастеров искусства, как Самосуд, Файер, Штейнберг, Габович, Мессерер и других. В октябре 1943 года Раневская не была утверждена на одну из ролей в фильме «Иван Грозный», поскольку «семитские черты у Раневской очень ярко выступают, особенно на крупных планах».[9]

  Александр Яковлев, «Омут памяти», 2001
  •  

Однако врач был идеологически выдержан и рассказывал, как плохо жилось полякам при буржуазном правлении. Оказывается, в университете для студентов-евреев в аудиториях были отведены специальные места, но те принципиально их не занимали, а весь учебный срок от первого до последнего курса прослушали все лекции стоя. Доктор, чистый русак, рассказывал об этом с большим уважением к этим студентам ― тогда еще наши коммунисты решительно отвергали антисемитизм. А я рада, что услышала от соседа о выдержке и чувстве национального достоинства у моих соплеменников.[10]

  Эмма Герштейн, «Лишняя любовь», 2002
  •  

― А когда он, этот народ, вконец звереет, он начинает «бить жидов».
― Ой, Лёв, ну давай не будем об этом… Русские вообще не знают, кто такие евреи и что они существуют в природе. Еще десять лет назад один из тысячи знал, что Марк Бернес это, оказывается, еврей. И уж тем более Утёсов. Антисемиты в России во все времена были либо хохлы… с фамилией, скажем, Гоголь, или, например, Чехов, или Булгаков… либо поляки, с фамилией Достоевский… На худой конец, какой-нибудь ЛавлинскийБлок еще, голландец, как о нем говорили, тоже… А теперь еще Куняев, который, скорей, в татарву пошел родом… Остальные антисемиты в России ― сами евреи… И вообще мне это неинтересно.
― Так-таки евреи? ― все-таки спросил Лева.
― В крайнем случае, сумасшедшие или неудачники, ― миролюбиво согласился Саша.
― А если вся страна состоит из сумасшедших и неудачников? ― не без ехидства поинтересовался Лева.
― Я не знаю, что это за страна… Среди евреев, к слову, неудачников меньше, чем среди русских, а сумасшедших больше.[11]

  Захар Прилепин, «Санькя», 2006

В поэзииПравить

  •  

Ножками мотает,
Рожками бодает,
Крылышком жужжит:
― Жѝ- жи-жѝ- жи-жид! ―
Жук-антисемит.[12]

  Николай Олейников, «Жук», 1935
  •  

«Интернационал»
пусть прогремит,
когда навеки похоронен будет
последний на земле антисемит.
Еврейской крови нет в моей крови.
Но ненавистен злобой заскорузлой
я всем антисемитам,
как еврей,
и потому ―
я настоящий русский!

  Евгений Евтушенко, «Бабий Яр», 1961
  •  

Люблю антисемитов, задарма
дающих мне бесплатные уроки,
указывающих мне мои пороки
и назначающих охотно сроки,
в которые сведут меня с ума.[13]

  Борис Слуцкий, «Люблю антисемитов, задарма...», 1973
  •  

Неожиданным открытием убитый,
Развожу я в удивлении руками,
Ибо думал, как и все антисемиты,
Что евреи не бывают дураками.

  Игорь Губерман, 1980-е

ПримечанияПравить

  1. 1,0 1,1 1,2 1,3 1,4 1,5 1,6 1,7 Большая книга афоризмов (изд. 9-е, исправленное) / составитель К. В. Душенко — М.: изд-во «Эксмо», 2008.
  2. Лидия Гинзбург. Записные книжки. Воспоминания. Эссе. Санкт-Петербург, Искусство-СПБ, 2002 г.
  3. И. В. Сталин. Ответ на запрос Еврейского телеграфного агентства из Америки, 12 января 1931 г. — М.: газета “Правда” № 329, 30 ноября 1936 г.
  4. Н. А. Бердяев, «Христианство и антисемитизм». Париж, Путь, 1938 г.
  5. Алексей Щеглов. «Фаина Раневская. Вся жизнь». — М.: Захаров, 2003 г.
  6. Александр Бовин, «Пять лет среди евреев и мидовцев, или Израиль из окна российского посольства» (из дневника). — М., Захаров, 2000 г.
  7. Л. Дурнов, «Жизнь врача». Записки обыкновенного человека. — М.: Вагриус, 2001 г.
  8. Роман Карцев, «Малой, Сухой и Писатель». — М.: Вагриус, 2001 г.
  9. Александр Яковлев. «Омут памяти». В 2-х томах. Том 1. — М.: Вагриус, 2001 г.
  10. Эмма Герштейн. Мемуары. — М.: Захаров, 2002 г.
  11. Захар Прилепин. «Санькя». — М.: «Ad Marginem», 2006 год
  12. Н. М. Олейников, Стихотворения и поэмы. Новая библиотека поэта. — СПб.: Академический проект, 2000 г.
  13. Б.А.Слуцкий. Собрание сочинений: В трёх томах. — М.: Художественная литература, 1991 г.

См. такжеПравить