Константин Михайлович Симонов

советский писатель, драматург, поэт, общественный деятель
(перенаправлено с «Константин Симонов»)
Константин Симонов

Константи́н (Кири́лл) Миха́йлович Си́монов (1915—1979) — русский советский писатель, поэт, драматург, общественный деятель.

ЦитатыПравить

  • Образованный человек тем и отличается от необразованного, что продолжает считать свое образование незаконченным. (1966; из предисловия Константина Симонова к Собранию его сочинений в шести томах)
  • Нет ничего трудней, чем гибнуть, не платя смертью за смерть.(1966; из предисловия Константина Симонова к Собранию его сочинений в шести томах)
  • Я любил и люблю работу журналиста, но она имеет одну неотъемлемую особенность - чем дальше идет время, тем все меньше и меньше из написанного тобою в прошлом ты вправе заново предлагать вниманию читателя. Особенность в какой-то мере горькая, но тому, кто заранее не готов с ней примириться, нет смысла становиться журналистом.(1966; из предисловия Константина Симонова к Собранию его сочинений в шести томах)
  • Когда пробуешь собрать, если так можно выразиться, под одну крышу написанное тобою в разные годы, то возникает два соблазна: во-первых, хочется исправить в старых сочинениях хотя бы то, что, на твой нынешний взгляд, явно плохо с художественной точки зрения. Во-вторых, возникает соблазн привести задним числом некоторые страницы старых книг в соответствие с твоими нынешними взглядами на жизнь людей и историю общества.(1966; из предисловия Константина Симонова к Собранию его сочинений в шести томах)
  • Несколько слов об упоминаниях имени Сталина. Как ни тягостно вспоминать многое из того, что на протяжении тридцати лет было связано в нашей истории с его именем, в то же время попытки выбросить это имя из истории - бессмысленны. Я не включил в Собрание сочинений несколько стихотворений, через которые этот человек проходил в том качестве, в котором он существовал для меня тогда и в каком не существует для меня теперь,- в качестве примера настоящего коммуниста и интернационалиста. Но я не испытывал душевной потребности вычеркнуть из шеститомника такое, написанное вскоре после войны стихотворение, как "Митинг в Канаде", в котором для меня слово "Сталин", рядом со словами "Сталинград" и "Россия", существовало как один из символов нашей победы над фашизмом. То же самое относится и к некоторым страницам моих пьес и прозы военных лет. Одна из самых трагических черт минувшей эпохи, связанных с понятием "культа личности", заключается в противоречии между тем, каким Сталин был на самом деле, и каким он казался людям. И едва ли стоит смягчать это, уже теперь прочно закрепленное в нашем сознании, трагическое противоречие. Я глубоко убежден, что в книгах, изображающих историю нашего общества, будет рассказана вся правда о всех сторонах нашей жизни в разные эпохи, в том числе и вся правда о Сталине. Это необходимо для нормального развития нашего общества, и это, безусловно, будет сделано. Но не думаю, что мы, писатели, должны при этом делать вид, что уже тогда, в те годы знали все наперед. Во всяком случае, я к числу таких провидцев не принадлежал. Могу добавить - к сожалению. Но это не меняет сути дела. (1966; из предисловия Константина Симонова к Собранию его сочинений в шести томах)

Цитаты о СимоновеПравить

  •  

На площади встретила Заболоцкого и вернулась с ним в редакцию опять. Он решил исполнить оба требования Борщаговского и Кривицкого, хотя от одного я отбилась. Как он боится, бедняга; и ― прав. «Исправил» он хорошо; и виолы хорошо; но с лилеями беда: заменил хвощей ― ночей, а хвощ по звуку ― это борщ и никак не верится, что он издаёт какое-нибудь пение… Я собственноручно восстановила лилеи и буду снова объясняться с Симоновым ― если Заболоцкий до его приезда не найдёт чего-нибудь хорошего для замены. <...>
― Там есть недопустимая строка, ― сказал Кривицкий.
― Какая? ― прислушался Симонов.
Вождь и господин. (Это о природе, о власти человека над природой.) Симонов согласился. Я не возразила.
― И виола, ― сказал с дивана мерзавец, и я узнала по голосу К.
― Да, да, ― сказал Симонов.
― Какая виола? ― спросила я, озадаченная.
― Да, это не надо, ― сразу согласился Симонов. Я не стала спорить, хотя замечание крайне глупо. Присутствие К. душило меня. Я оставалась в редакции, пока поэму перепечатывали и пока при мне ее не отправили в набор. То-то будет рад Н. А. <Заболоцкий>. Он сегодня утром мне звонил и говорил, что поэма для него главное. А о виоле я еще подумаю. Уговорю Константина Михайловича или позвоню ему.[1]

  Лидия Чуковская, «Полгода в «Новом мире». О Константине Симонове», 1947

ИсточникиПравить

  1. Лидия Чуковская. Из дневника. Воспоминания. — М.: «Время», 2010 г.