Василий Дмитриевич Поленов

Васи́лий Дми́триевич Поле́нов (1844 — 1927) — русский художник-передвижник, педагог, профессор живописи. Мастер исторической, пейзажной и жанровой живописи, оставивший значительный след в развитии отечественной пейзажной школы. Народный художник РСФСР (1926). Один из реформаторов, принесший понимание пленэрного этюда как самостоятельного произведения и оказавший, таким образом, большое влияние на последующие поколения художников.

Василий Дмитриевич Поленов
Polenov by Repin.jpg
Поленов, портрет работы Репина (1877)
Wikipedia-logo-v2.svg Статья в Википедии
Wikisource-logo.svg Произведения в Викитеке
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе
Wikinews-logo.svg Новости в Викиновостях

ЦитатыПравить

  •  

Я – плохой художник и непризнанный композитор.

  — Василий Поленов о себе
  •  

Живопись я называю моей духовной жизнью, а музыку моей высшей любовью. Живопись давала мне величайшие радости, но и огромные страдания, музыка только первое; оно и понятно — в живописи я работник и специалист, в музыке дилетант и почти профан, живопись часто доводила меня до полного изнеможения, а музыка давала мне силы переносить тяжесть жизни.

  — Василий Поленов о себе
  •  

То, что я, живя за границей в Париже, увлекался произведениями французских художников и волей-неволей им подражал, еще не значит, что я для России никуда не годен. Положим, что моя натура не типично русская, но из этого не следует, чтобы я был французом или немцем.

  — Василий Поленов о себе
  •  

Я никогда не был ни нигилистом, ни анархистом, я всегда был противником всякого разрушения и цинизма, напротив того, я всегда стоял за созидание и устройство. Ненавидел, да и теперь ненавижу, динамит, смертную казнь, произвол, а это главная сила современной России.

  — Василий Поленов о себе
  •  

В искусстве я совсем равнодушен к направлениям, хорошее оно или плохое, либеральное или консервативное — мне все равно, ибо я делю искусство и художников на два сорта — на талантливый и бездарный. Поэтому во всяком направлении талантливый художник интересен, а бездарный плох.
Я искренно желал сделать искусство доступным и интересным народу. Это было всегда одной из главных задач моей работы.

  — Василий Поленов о себе
  •  

В память моих друзей, товарищей-художников М. М. Антакольского и И. И. Левитана, прошу передать от меня 100 руб. в комитет Общества охранения здоровья еврейского населения, для учреждений в местностях, пострадавших от войны. Художник Василий Дмитриевич Поленов.[1]

  — Василий Поленов, Пожертвование, 1915 г.
  •  

Мы, т. е. Наталья Васильевна, Митя и я, живем в нашей усадьбе близ Бёхова. Дочери наезжают из Москвы. Они работают, кто рисует, кто вышивает, кто слушает лекции и переводит. Я пишу этюды и иногда продаю. Вообще трудно теперь зарабатывать… <…> Вот третий год, что Россию постигает неурожай, а в результате голод.[2]

  — Василий Поленов, из частного письма, 1920-е

Цитаты о ПоленовеПравить

  •  

Поленов взял всю сцену, как она, по его представлению, должна была быть. Это не группа с театральных подмосток, где есть главные персонажи, тщательно одетые и загримированные, с художественно выраженными чувствами на лицах, и есть толпа статистов, одетых с чужого плеча, нелепо расставивших руки и ноги и еще более нелепо и нецелесообразно корчащих шаблонно-актерскую гримасу. Скажу еще два слова о всей картине. Она ласкает глаз зрителя прелестью освещения, живым расположением сцены и интересными подробностями. Она красива и интересна даже для того, кто не захочет найти в ней внутреннего содержания или не сможет найти его. Взгляните на фигуры заднего плана, на нищего калеку, усевшегося на лестнице, на важного священника, которому какой-то левит менее важного ранга докладывает о случившемся, на выступившего впереди всей картины терпеливо-добродушного ослика, прищурившего глаза и развесившего мохнатые уши. Одна его морда, вырезанная из полотна, могла бы, под названием «Портрет осла», служить украшением иной выставки. Необыкновенно приятное впечатление производит также отсутствие сухой академической условности в одежде действующих лиц.

  Всеволод Гаршин, «Заметки о художественных выставках», 1887
  •  

Поленов прислал Л. Н. альбом снимков со своей выставки из жизни Христа. Л. Н. сказал по этому поводу:
― Поленов ― хороший, почтенный тип художника, каких теперь мало ― они переводятся.[3]

  Александр Гольденвейзер, «Вблизи Толстого», 1909
  •  

Говорили о том, что нужно иконы писать с молитвою. Подхватил: ― Да, да! Вот Поленов, когда писал Мадонну, так даже постился (я присутствовал), и вышла… такая дрянь! Эти слова очень возмущают Машу.[4]

  Корней Чуковский, Дневник, 1912
  •  

Три крупных имени вышли из состава академиков ― действительных членов Академии художеств. Первый ― В. Д. Поленов ― еще при самом начале действий графа И. И. Толстого по новому уставу. Впрочем, В. Д. Поленов формально не заявлял о своем выходе, но отказался поступить в профессора-руководители и никогда не посещал общих собраний Академии. Второй ― В. М. Васнецов ― решительно и бесповоротно заявил о своем выходе потому, что администрация Академии художеств не сумела предупредить митинга учеников, которые ворвались в академические залы, когда их разогнали и вытеснили отовсюду.[5]

  Илья Репин, «Далёкое близкое», 1917
  •  

Ехал в компании молодежи. В нашей компании, в третьем классе, пожелал ехать и Поленов, взявший билет первого класса. Ехали шумно, весело, было много споров, разговоров. Между прочим, Поленов передал мне свой разговор с Государем, которого он сопровождал на выставке и все время был рядом с ним. Когда Государь остановился перед моей картиной вторично, перед тем, как спуститься с лестницы и уехать, он сказал: «Это в известном архаическом духе, но это очень интересно». Говорил о Пювис де Шаванне, сравнивая мою картину с его вещами, расспрашивал о «Варфоломее», и Поленов уже думал, что Государь оставит картину за собой. Он прочел надпись, спросил, надежно ли картина укреплена и, милостиво простившись с передвижниками, уехал. Это было последнее посещение Государем Александром III Передвижной выставки.[6]

  Михаил Нестеров, «О пережитом», 1928
  •  

Вспоминается Поленов ― еще один замечательный поэт в живописи. Я бы сказал, дышишь и не надышишься на какую-нибудь его желтую лилию в озере. Этот незаурядный русский человек как-то сумел распределить себя между российским озером с лилией и суровыми холмами Иерусалима, горючими песками азиатской пустыни. Его библейские сцены, его первосвященники, его Христос ― как мог он совместить в своей душе это красочное и острое величие с тишиной простого русского озера с карасями? Не потому ли, впрочем, и над его тихими озерами веет дух божества?.. Ушли из жизни все эти люди. Из славной московской группы художников с нами здесь, в Париже, здравствует один только Константин Коровин, талантливейший художник и один из обновителей русской сценической живописи, впервые развернувший свои силы также в опере Мамонтова в конце прошлого века.[7]

  Фёдор Шаляпин, «Моим детям», 1932
  •  

Мазня, под которой подпись: «Поленов».
Грошовые эскизы цветущих магнолий,
Уже до бесплотия протлевшие гобелены,
Обнаглевшая сырость раздолие моли[8]

  Леонид Лавров, «К истории одного проекта», 1932
  •  

Но ты не грезишь ни славянофилами,
Ни западниками. Так пойдем же в лес.
Из древних зарослей ты посох выломи,
Чтоб Васнецов какой-нибудь воскрес
И проявились признаки нетленного
В зеленом тлене, привлекавшем здесь
Серова, Нестерова и Поленова!
Но ты не грезишь этим. И не грезь![9]

  Леонид Мартынов, «Абрамцево», 1963

ИсточникиПравить

  1. В. Д. Поленов. Пожертвование. — Москва: «Русские ведомости» от 13 апреля 1915 г.
  2. Е.А. Теркель. «Василий Поленов (Семейный альбом художника)». — Москва: Гос. Третьяковская галерея, 2019. — С. 18. — 24 с. с. — ISBN 978-5-89580-265-6.
  3. А. Б. Гольденвейзер. «Вблизи Толстого». — М.: Захаров, 2002 г.
  4. К.И. Чуковский. Собрание сочинений. Том 11: Дневник 1901-1921 гг. — М., «Терра»-Книжный клуб, 2004 г.
  5. Илья Репин. «Далёкое близкое». Воспоминания. М.: Захаров, 2002 г.
  6. М. В. Нестеров. «О пережитом. 1862–1917 гг. Воспоминания» (составитель А.А.Русакова). — М.: Советский художник, 1989 г.
  7. Ф.И. Шаляпин. «Маска и Душа». Москва, Вагриус, 1997 г.
  8. Л. Лавров. «Из трёх книг». М.: Советский писатель, 1966 г.
  9. Л. Мартынов. Стихотворения и поэмы. Библиотека поэта. — Л.: Советский писатель, 1986 г.

СсылкиПравить

См. такжеПравить