Открыть главное меню

Кино (группа)

одна из самых популярных советских рок-групп 1980-х годов
Логотип Википедии

«Кино» — одна из самых популярных советских рок-групп 1980-х годов. Лидером, автором практически всех текстов и музыки неизменно оставался Виктор Цой, после смерти которого коллектив прекратил существование. Группа была основана в 1981 году вместе с Алексеем Рыбиным как «Гарин и гиперболоиды». В 1983-85 сложился постоянный состав-квартет с Юрием Каспаряном, Георгием («Густавом») Гурьяновым и Игорем Тихомировым.

Здесь приводятся цитаты о группе.

УчастникиПравить

  •  

… слава в этой стране приобретает уродливые формы. Когда мальчишки стёкла бьют в машине, как у меня во дворе. Все борются за славу, программа известная. И мы отработали её до упора. А удовлетворение кончилось не помню уже когда. Сначала было интересно, потом ещё интереснее, а потом всё меньше и меньше. Меньше было интереса к живому творчеству. Я говорю только о себе.[1]

  — Юрий Каспарян, «Боролись за одно — напоролись на другое…»
  •  

Эта группа была отчасти моим детищем. До меня электрического «Кино» не было, оно появилось вместе со мной.[1]

  Александр Титов, «Он искал современный язык…»

Виктор ЦойПравить

  •  

С Алексеем Рыбиным в последний период нашего сотрудничества отношения всё более и более осложнялись, и это мешало работе. Возможно, сыграло роль то, что на «45» все песни были моими, альбом сразу же стал популярным, а Алексей — человек, я бы сказал, с обострённым чувством лидерства. Я не стал бы ему препятствовать, если бы он захотел исполнять свои вещи на концертах. Но вся беда в том, что за всё время нашей совместной деятельности он не написал ни одной вещи <…>. Он тоже постоянно говорил, что лучше меня поёт, аранжирует, играет на гитаре. С последним я, правда, вполне согласен. <…> По поводу пения — в рок-музыке давно сложилась традиция, что автор сам исполняет свои произведения. С этой точки зрения мне не очень нравилось, что Лёша на концертах, которые он для себя организовывал, исполнял мои вещи, не ставя меня об этом в известность.. Кроме того, возможно, его представления о темах, звуке несколько отличались оттого, что делало «Кино», и он говорил, что организует собственную группу, которая будет, по его мнению, круче. Ну, насколько мне известно, он говорит то же самое и сейчас…[2][1]

  интервью
  •  

У нас очень ленивая группа, и если бы больше репетировали, я думаю, что музыка, которую мы играем вместе, была бы несколько интересней. <…> Я иду несколько на поводу у всеобщей лени, ну и плюс к тому отсутствие какой-либо базы профессиональной, отсутствие элементарного места для репетиций… — воспроизведено Р. Нугмановым в 2012[3]

  — интервью, конец 1987
  •  

корр.: Расскажи о своей группе.
— <…> все сумасшедшие. Густав — это самый главный сумасшедший, но является законодателем мод и авангардистским идеологом. Мы находимся с ним всё время в некотором конфликте, потому что он считает, что всё это уже немножко не модно.

  — ответ на записку во время выступления, 1988
  •  

Я могу, конечно, сказать, что «Кино» — это образ жизни и так далее…
<…> в последнее время появилась такая тенденция в прессе — «Виктор Цой и группа „Кино“». Почему Цой и группа «Кино»? Непонятно. Мне эта тенденция очень не нравится и я бы хотел, чтобы этого не было. Мы делаем всё вместе, и проводить разделение не надо…[4]

  — интервью, вероятно, 1990
  •  

Молодая группа, которая только что собралась и ещё не очень представляет, чем она будет заниматься, придумывает, скажем, название «Хулиганы», а потом выясняется, что музыка получается вполне благопристойная и название не совпадает. Соответственно название надо брать максимально размытое, абстрактное, ну и какое-то запоминающееся. И когда мы брали это название, я исходил из того, что слово «кино» очень часто употребляется в языке, висит на кинотеатрах и его можно толковать… его даже нельзя толковать никак.[5]

Алексей РыбинПравить

  •  

Я, кстати, сказал Вите: «А вот „Кино“ как тебе?» — «Полное говно, — сказал Витя. — Не пойдёт, это не название, безликое абсолютно, ничего за ним нет, ничего не понятно, какое кино, что за кино…» Прошёл день в перебирании слов, и потом измождённый Витя сказал: «Хрен с ним, пусть будет „Кино“…»[6][7]см. гл. 8 в «„Кино“ с самого начала»

  •  

— Несколько лет мы с Витей дружили запоем. Нам было очень сложно поодиночке. Может, мы и разошлись-то в своё время потому, что слишком много общались, получилось такое перенасыщение друг другом.
корр.: Почему всё-таки вы ушли из «Кино»?
— Потому что игра в группе — это профессия. Одно дело — весело проводить время с друзьями, и совсем другое — выбрать музыку на всю жизнь. Те же «Rolling Stones» не то что не разговаривают месяцами, они живут на разных континентах и собираются вместе лишь для работы. <…>
Группа «Кино» всегда играла абсолютно западную музыку <…>. Поэтому «Кино» — мейнстрим мирового уровня.[8][7]

  •  

Нам ужасно нравилось то, что мы делали. Когда мы начинали играть втроём, то нам действительно казалось, что мы — лучшая группа Ленинграда. Говорят, что артист всегда должен быть недоволен своей работой, если это, конечно, настоящий артист. Видимо, мы были ненастоящими, потому что нам как раз очень нравилась наша музыка, и чем больше мы торчали от собственной игры, тем лучше всё получалось.[9]2012

Георгий ГурьяновПравить

  •  

Мы чурались социального жлобства. Но были и привязки к простым повседневным формам. Мы так жили и пробили каменную стену. Мне всегда казалось, что это мы всё придумали, сделали.[10][11]

  — интервью, ~2006
  •  

Безусловно, Виктор не мог же разговаривать о деньгах, сколько вы заплатите, давайте деньги и т. д. Это недостойно артиста или художника торговаться и говорить о бизнесе. Поэтому Айзеншпис говорил. Говорил очень талантливо и жёстко, и за это его Виктор очень любил.[12][13]

  — интервью А. Дамеру, 2007
  •  

Я помню, как мы в Севастополе от моряков убегали… Это была какая-то прямо всепоглощающая страсть. Аудитория как во сне. Как на моих картинах. Одни моряки. Широкоплечие. Стадион Краснознаменного Черноморского флота. Огромное футбольное поле, сцена, а вокруг моряки. В общем, мы играем. Где-то середина концерта, какой-то горячий трек, и кольцо моряков вокруг сцены просто начинает сжиматься. Постепенно так… Наступает критический момент. И вот в середине песни, я не помню какой, Витя бросает гитару, за ним, как по команде, Игорь, Юрик, и, не говоря ни слова, мы бежим. Из охранников сделали живой коридор, узкий такой… Это как в какой-то компьютерной игре… Мы бежим, выбегаем, а круг, это кольцо, замыкается. Я всегда думал потом — каково это, умереть в объятиях матросов? На стадионе Черноморского флота… У меня дух захватывает. Героическая смерть. Это круто. Жаль, не было камер никаких, со стороны это очень круто было смотреть, наверняка. Кинематографично.[9]2012

  •  

Играть в группе, «играть вместе» — это счастье, это ощущение гораздо ярче, больше самого сладкого удовольствия, поэтому меня просто бесят слухи о том, что группа была на волосок от распада; кому могло такое прийти в голову. Пока я с ребятами, я летал на небесах. Всё остальное неважно. <…> Любая котлета по-киевски, самые омерзительные рестораны, отели и всё что угодно…[3]2012

ОстальныеПравить

  •  

Вот та молодая шпана, что сотрёт вас с лица земли.[11]

  Артемий Троицкий (слова Б. Гребенщикову), после апреля 1981
  •  

Присутствие Тита придало команде оттенок звёздно-профессиональной крутизны. Его мощный бас роскошно вписывается в очаровательный примитивизм «Кино». Если раньше стиль Цоя мог казаться пробой сил, то теперь ясна сознательная ориентация на это направление. «Кино» несколько напоминает зрелый Т. Рекс — и ритмическим однообразием, и лаконизмом инструментальных партий, и запоминающейся, навязчивой мелодикой. Музыка Цоя обладает завораживающим магнетизмом, она втягивает в себя, забирает. В каком-то смысле, по эмоциональному воздействию, что ли, её можно назвать роком старого типа. <…>
Причёски коллег Цоя, песня «Прогулка романтика» и многое другое позволяют уловить несомненную близость «Кино» к новейшим школам; весь же фокус заключается в том, что старые и новые школы гармонично сливаются. Выступление «Кино» приятно шокировало настоящей рок-заводкой, свежестью и непосредственностью. Те, кто упрекает «Кино» в примитивности глубоко неправы, потому что находятся или в плену возрастного снобизма, или лжепредставлений о неоднозначном ныне понятии «профессионализм», и не могут отличить примитивизм как стиль от примитива.[14][1]

  Анатолий Гуницкий
  •  

У «Кино» за год — минимум эксцессов и ЧП за кулисами. Конечно, любители автографов «достают», но в массе своей публика отдаётся эмоциям и истерии именно в момент концерта. <…> Но потом в гостинице — тишина и покой (на фоне того, что творится в стане эстрадных звёзд). «Кинофаны» спешат по домам — умиротворённые, расслабленные. Браво, Цой! Вот кто истинный воспитатель подрастающего поколения![15][1]

  — Михаил Садчиков, «Звезда по имени „Кино“»
  •  

Что теперь будет с группой «Кино»? Увы, такой группы уже нет. Оставшиеся музыканты сейчас работают над последним альбомом «Кино» <…>. Будут также реставрированы старые песни «Кино», после чего пути музыкантов, вероятно, разойдутся.[16][1]

  Юрий Айзеншпис, интервью
  •  

Все разговоры о том, что я оказывал давление на творчество группы «Кино» и чуть ли не заставил их играть более коммерческую музыку, совершенно беспочвенны. В творчество я вообще не влезал. Здесь, скорее, влияние барабанщика Гурьянова, который очень увлекался танцевальной музыкой и активно приобщал к этому Витю, у которого дух ленинградского рок-клуба перебивал всё модное и прогрессивное в новой культуре. <…> А вообще на гастролях ребята часто хохмили — собирались после концерта у Цоя в номере и под гитару хором пели песни «Ласкового мая», чтобы подразнить лидера.[17][7]вошло в его книгу «Зажигающий звёзды. Записки и советы пионера шоу-бизнеса», 2005[11]

  — Юрий Айзеншпис, интервью
  •  

Вообще, как мне кажется, «Кино» у нас в России, пожалуй, единственная группа из тех, что я видел, которая была действительно группой в настоящем понимании этого слова. То есть люди, вместе делающие одно и то же дело и держащиеся эстетики того, что они делают, и на сцене, и в жизни. <…> Другое дело, что эта эстетика в России очень густо существовала, была необходима как раз в то время, когда её воплощало «Кино» — года с восемьдесят пятого до девяностого. В теперешних условиях в России не то чтобы этой эстетике нет места, сейчас вообще с эстетикой очень туго. Поэтому всё произошедшее с Витькой мне кажется вполне исторически объяснимым и логичным. Его путь мне представляется как абсолютно ясная законченная вещь.[1]

  Борис Гребенщиков, «Мы были, как пилоты в соседних истребителях…»
  •  

Витька к Густаву прислушивался, потому что считал его очень образованным, интеллигентным, умным и чувствующим моду. Цою это очень важно было — знать, что модно в данный момент. Он ещё в восемьдесят пятом году мне с гордостью заявлял, что они, мол, самая модная группа.[1]

  Константин Кинчев, «Друзья оставляют после себя чёрные дыры…»
  •  

Его музыка — это не только Виктор Цой, это ещё и группа «Кино». Виктор сам всегда это подчёркивал. Я глубоко убеждён, что «Кино» не имело бы такого своего лица, если бы не было Юры Каспаряна. Звучание его гитары для меня одно из самых любимых в советском роке. Мне кажется, что это был пример счастливейшего сотворчества. Когда я с ними познакомился, они вообще были как братишки — старший и младший. Виктор мне рассказывал, что когда он взял Каспаряна в группу, многие ему говорили: зачем ты его берёшь, он ни во что не врубается! Юрик до этого тяжёлый рок играл, по-моему. И все Цою говорили: у тебя же совсем другой стиль, ничего у тебя с ним не получится. А Виктор сразу в нём увидел своего человека. <…>
Я думаю, есть такие музыканты, для которых самое важное — он сам, а остальная группа может быть в любом составе. Для Виктора же группа была очень важным элементом творчества. Не мне судить, что происходило внутри, об этом вправе судить только они сами, но я считаю, что у «Кино» был идеальный состав.[1]

  Рашид Нугманов, «Подлинное чувство магнетизирует…»
  •  

Период Цой+Рыба у меня всегда невольно ассоциировался с «Tyrannosaurus Rex» периода Болан+Тук. Не музыкально, но концептуально:
1. В обоих случаях акустика
2. Ограниченная «подпольная» аудитория (постхиппи — у Болана, пост-панк — у Цоя)
3. В обоих случаях один поэт-композитор (неравноправный дуэт)
4. В обоих случаях разрыв и уход лидера в электричество, с созданием классической рок-группы
5. В обоих случаях лидер достигает сверхзвездного статуса
6. В обоих случаях лидер погибает в автокатастрофе (Цой в двадцать восемь лет, Болан в двадцать девять).
Можно ещё для курьёза добавить, что названия групп упростились, в обоих случаях до четырёх букв. Да и песни у обоих редко выходили за трёх-четырёхминутный формат.
Конечно, существенная разница в том, что Виктор ушёл в зените славы, став национальным героем, а Болан — на излёте.[18][12]

  — Рашид Нугманов
  •  

Продюсером <…> «Кино» был всегда сам Цой, и никто другой.[7]

  — Рашид Нугманов, 2012
  •  

Цой дрочил команду классно. Одну вещь не знаю сколько раз: «Стоп, сначала. Стоп, сначала». Он не очень здорово мог управлять голосом, а в отношении слуха там идеально.[1]

  Андрей Панов, «Когда сочиняешь музыку, в голове должен стучать барабан…»
  •  

Многие, например, что «Кино» играет примитивно. Но суть же не в этом, а в том, что ребята нашли свою эстетику, совершенно определённую, характерную. И потом, их музыка просто приятна для уха. <…> Их стиль, скорее, можно назвать аскетичным. И этот принцип аскетизма они поставили в фундамент. Говорили ещё, что все песни «Кино» на один мотив. Это тоже не так. У каждого композитора есть свой гармонический мир, в котором он существует, отображая его с разных сторон.[1]

  Максим Пашков, «Если не он, то кто?..»
  •  

Вообще, старое «Кино», которое было вначале, <…> мне более симпатично, чем то, что стало потом. Это просто разные группы. Потому что, когда пришёл Густав, появилась некая искусственность. Поначалу Густав вообще никакой был ударник. <…>
Введение постоянного состава <…> и определило развитие «Кино». Это привело, на мой взгляд, к тому, что постепенно состав стал довольно добротным, но музыкально замкнутым.[1]

  Андрей Тропилло, «Трагедия не может быть попсовой…»
  •  

«Кино» оказалось первой советской инди-командой, реально поднятой на щит Большого шоу-бизнеса[19]. <…> Тинейджерам был нужен новый идол и новый герой.

  Александр Кушнир, «100 магнитоальбомов советского рока» (гл. о «Группе крови»), 1999
  •  

От концертов Виктора мне больше всего запомнилось, как мы его увозили от поклонников. Помню, после первого концерта Виктор, спев последнюю песню, убежал в глубь сцены, где была дверь, ведущая на улицу. Всё было тщательно отработано и продумано. Мой зам хватал Виктора под руки, кто-то его гитару, и мы выбегали на улицу и садились в поджидавшую нас «Волгу». Дверь за нами закрывалась. Опомнившись, поклонники бежали к дверям и требовали их открыть, но им объясняли, что Виктор уже уехал, затем двери открывали, и разочарованные слушатели расходились, а мы, объехав «Север» с другой стороны, снова заходили вовнутрь, сидели в небольшой комнатке и пили чай с лимоном.[20][7]про гастроли в декабре 1988 года, когда новосибирская филармония пригласила выступить в спорткомплексе «Север»

  — Юрий Белишкин
  •  

Весной 1982 года, когда я пришёл в рок-клуб на концерт <…>. Зал Дома народного творчества предназначался для театральных постановок, и отличались клубные концерты отвратительным звуком. <…> услышал, как объявили дебютантов: «Группа „Кино“!» Несколько человек в зале вяло захлопали в ладоши. На сцене появился сухопарый монгол в рубахе с жабо, сделал сердитое лицо и заголосил. Монгол оказался Цоем. Рядом с ним на тонких ножках дёргался славянин, и оказался он Алексеем Рыбиным, Рыбой. Откуда-то из-под сцены периодически вылезал БГ с большим тактовым барабаном и исчезал обратно. „И что они этим хотели сказать?“ — несколько надменно подумал я, забыв, что и сам двенадцать лет назад выбегал на университетские подмостки босиком…[11]

  Владимир Рекшан
  •  

Выпущенный уже после смерти Виктора Цоя «Чёрный альбом» группы «Кино» развеял последние сомнения: под жёстким контролем господина Айзеншписа группа «Кино» двигалась к поп-звучанию, некоторые аранжировки явно отсылали к «Ласковому маю».
Фактически группа «Кино» стала тем полигоном, на котором Юрий Айзеншпис отработал свои продюсерские приёмы.[21][13]

  Борис Барабанов
  •  

1984 год можно назвать первым полноценным годом творчества группы «Кино», какой она и осталась в анналах отечественной музыки.
Во-первых место за пультом управления или, если угодно, за рулем группы уверенно заняла Марьяна. <…> Она стала продюсером, администратором, визажистом, костюмером, гримёром — она полностью и без остатка посвятила себя группе «Кино», и успех этой группы неотделим от деятельности Марьяны Цой. <…>
Во-вторых, именно в это время, как мне кажется, начался осмысленный, целенаправленный путь Цоя к совершенству и на вершину славы.

  Александр Житинский, «Цой forever», 2009
  •  

В распаде «Кино» виноваты амбиции Алексея, — он был постарше Виктора года на четыре, пообразованней, вестимо, тоже песни писал, ну и, конечно, имел лидерский потенциал. Тогда в группе «Кино» функционировали два персонажа («Рыба» и Цой), но ездили на гастроли они втроём. Марьяна была третьей. Гонорары делили соответственно: Цою 33 %, Марьяше 33 % и «Рыбе» 34 %. «Рыба» считал, что ему 34 % против цоевских 66 % западло. <…> В противном случае «Рыба» получал бы 50 %, а Цой 25 %, в связи с чем Алексей и был изгнан. Деление было законным, но несправедливым. Рыбин поднял об этом вопрос и был вышвырнут Цоем под действием Марьяны, поскольку «Рыба» к тому моменту познакомил его на свою голову с Каспаряном. <…>
Рыбин был прежде всего забит в своей амбиции получать с концерта столько же, сколько Цой, и никаких дополнительных (придуманных) причин в том не было. Каспарян был согласен получать вдвое меньше, а Рыбин — нет.[3]в интервью Калгину 2011 г. Рыбин подтвердил финансовые споры, но назвал их неосновной причиной разрыва[3]

  Алексей Вишня, 2011
  •  

А надо же время тянуть, у нас концертная программа всего на сорок-сорок пять минут, Цой больше не играл. Да и нельзя было петь больше — иначе разнесли бы к чёрту все их стадионы и залы. <…>
А на разогрев все отказывались перед Цоем работать. Их же попросту закидывали болтами, гайками,..[9]гастрольный директор группы с октября 1988

  — Олег Толмачёв, 2014
  •  

Цой долго искал себе компанию, которая бы его понимала. Группа, созданная им, была его миром, и он дорожил ею. Её члены создали особую атмосферу, которая помогла ему сформироваться и стать тем, кем он стал. Поэтому сегодня они имеют такое же право стоять рядом с Цоем, как и члены его семьи. Но это не значит, что группа никогда бы не распалась или что Цой не мог быть один. Просто вместе они оказались именно потому, что их объединяло общее отношение к жизни и профессиональное взаимопонимание.[7]

  — В. Н. Калгин

Об альбоме «Последний герой» (1989)Править

  •  

«Французский альбом» — тоже по сути пост-панк, но с ярко выраженными оттенками французского колд-вейва.[11]

  — Георгий Гурьянов
  •  

К СССР в тот период относились довольно неприязненно, многие эксперты полагали, что перестройка — чистый блеф, и что коммунизм вот-вот по новой закрутит гайки. Некоторые журналисты даже заподозрили меня в том, что я являюсь агентом влияния, а артисты — марионетками. Витю это очень напрягало.[9]культурный атташе Франции в Москве в 1980-х, продюсер альбома «Последний герой»

  — Жоэль Бастенер, 2014

ПримечанияПравить

  1. 1,00 1,01 1,02 1,03 1,04 1,05 1,06 1,07 1,08 1,09 1,10 1,11 А. Житинский, М. Цой. Виктор Цой. Стихи, воспоминания, документы. — СПб.: Новый Геликон, 1991.
  2. Рокси. — № 10 (декабрь 1985).
  3. 3,0 3,1 3,2 3,3 Интервью В. Н. Калгину, приведённые в «Цой. Последний герой современного мифа».
  4. Московский Комсомолец, 23 сентября 1990. — С.3.
  5. Интервью программе «До 16 и старше…» (осень 1988) // Гостелерадиофонд. — BSP б/№ (75-0250). — 2-я мин.
  6. Программа «Культурный слой. Цой жив. Рок, 80-е» // Пятый канал (СПб), 2005.
  7. 7,0 7,1 7,2 7,3 7,4 7,5 Калгин В. Н. Цой. Последний герой современного мифа. — М.: Рипол-классик, 2016. — 792 с.
  8. Недоснятое «Кино» Виктора Цоя // Московский комсомолец. — 2012. — 20 июня.
  9. 9,0 9,1 9,2 9,3 Интервью В. Н. Калгину, приведённые в «Виктор Цой и его „Кино“».
  10. Е. Андреева. «Тимур. «Врать только правду!». — ТИД «Амфора», 2007.
  11. 11,0 11,1 11,2 11,3 11,4 Калгин В. Н. Виктор Цой и его «Кино». — М.: АСТ, 2015. — 306 с.
  12. 12,0 12,1 Андрей Дамер. Виктор Цой: Дневник интервью. — ПКЦ Альтекс, 2007. — (сокр. в: Житинский А. Цой forever.)
  13. 13,0 13,1 Житинский А. Цой forever. — СПб.: Амфора, 2009. — 1990. Последний тур.
  14. Старый Рокер. Расклад-84 // Рокси. — № 8 (январь 1985).
  15. Антракт. — 1990. — №1.
  16. Н. Солдатенков. «Кино» без Цоя? // Аргументы и факты. — 1990. — № 40 (521), 6-12 октября.
  17. Отпуск навсегда // Московский комсомолец. — 2000. — 11 августа.
  18. Тема: Марк Болан и T.Rex // Йя-Хха, 21 марта 2006.
  19. После выхода «Группы крови».
  20. А. Иванов. Кино без «Кино» // Автолавка (Новосибирск). — 1999. — № 47 (28 декабря).
  21. Умер Юрий Айзеншпис // Коммерсантъ. — № 178 (3262) от 22.09.2005.