Уловка-22

роман Джозефа Хеллера

«Уловка-22» (англ. Catch-22) — антивоенный роман Джозефа Хеллера. Был экранизирован в 1970 году. В 2019 году по роману был снят одноимённый сериал.

Логотип Википедии
В Википедии есть статья

ЦитатыПравить

  •  

Данбэр, как всегда, лежал на спине, уставившись в потолок неподвижным взглядом куклы. Он изо всех сил старался продлить свою жизнь, считая, что скука — лучшее средство для достижения этой цели. — 1. Техасец

  •  

...если людям разрешить задавать любые вопросы, которые им взбредут на ум, трудно сказать, до чего они могут докопаться. Полковник Кэткарт поручил подполковнику Корну прекратить это безобразие. Подполковник Корн издал приказ, определяющий порядок задавания вопросов. <...> Согласно приказу подполковника Корна, задавать вопросы разрешалось только тем, кто их никогда не задает. Скоро на занятия стали ходить только те, кто никогда не задавал вопросов, и занятия прекратились... — 4. Доктор Дейнека

 

Group Headquarters was alarmed, for there was no telling what people might find out once they felt free to ask whatever questions they wanted to. Colonel Cathcart sent Colonel Korn to stop it, and Colonel Korn succeeded with a rule governing the asking of questions. <...> Under Colonel Korn’s rule, the only people permitted to ask questions were those who never did. Soon the only people attending were those who never asked questions, and the sessions were discontinued altogether...

  •  

Все это, разумеется, на добровольных началах. Я был бы последним полковником на земле, если бы велел вам в обязательном порядке отправиться на концерт ОСКОВ и развлекаться. Но я хочу, чтобы каждый из вас, кто не настолько болен, чтобы валяться в госпитале, отправился сейчас же на концерт ОСКОВ и веселился от души, и это уже приказ. — 3. Хэвермейер

  •  

— Ну неужели ты не можешь освободить от полетов летчика, который не в своем уме?
— Разумеется, могу. Даже обязан. Существует правило, согласно которому я обязан отстранять от полетов любого психически ненормального человека.
— Ну а тогда почему же ты меня не отстраняешь? <...> Можешь спросить любого. Все скажут, что я псих.
— Они сами сумасшедшие.
— А почему ты и их тогда не отстраняешь от полетов?
— А почему они не просят меня, чтобы я их отстранил?
— Потому что они сумасшедшие, вот почему.
— Конечно, они сумасшедшие, — ответил Дейника. — Разве я сам только что не сказал, что
они сумасшедшие? Но ведь сумасшедшие не могут решать, сумасшедший ты или нет.
Йоссариан грустно посмотрел на него и начал заход с другой стороны:
— Ну а Орр — псих?
— Этот уж наверняка.
— А его ты можешь отстранить от полетов?
— Могу, конечно. Но сначала он должен сам меня об этом попросить. Так гласит правило.
— Так почему же он не просит?
— Потому, что он сумасшедший, — ответил Дейника.
— Как же он может не быть сумасшедшим, если, столько раз побывав на волосок от смерти,
все равно продолжает летать на задания? Конечно, я могу отстранить его. Но сначала он сам должен попросить меня об этом.
— И это все, что ему надо сделать, чтобы освободиться от полетов? — спросил Йоссариан.
— Все. Пусть он меня попросит.
— И тогда ты отстранишь его от полетов? — спросил Йоссариан.
— Нет. Не отстраню.
— Но ведь тогда получается, что тут какая-то ловушка?
— Конечно, ловушка, — ответил Дейника. — И называется она «уловка двадцать два». «Уловка двадцать два» гласит: «Всякий, кто пытается уклониться от выполнения боевого долга, не является подлинно сумасшедшим». — 5. Вождь Белый Овес

  •  

— Истинная справедливость — это прежде всего несправедливость, — усмехнулся полковник и стукнул жирным кулаком по столу. — Я тебе сейчас растолкую, что такое справедливость. Справедливость — это удар коленом в живот. Это — когда пыряют снизу ножом в горло, под подбородок, исподтишка. Справедливость — это когда в темноте без предупреждения бьют по голове мешком с песком или прыгают на горло и душат. Вот что такое справедливость! Если мы хотим стать сильными и крепкими, чтобы победить макаронников! Стрелять с бедра! Понял? — 8. Лейтенант Шейскопф

  •  

Однажды, идя в класс, Клевинджер споткнулся, и на следующий день ему были официально предъявлены следующие обвинения: «Самовольный выход из строя, нападение с преступными целями, безобразное поведение, отсутствие бодрости и боевого духа, измена родине, провокация, жульничество, увлечение классической музыкой и т. д.» Короче говоря, они хотели применить к нему весь свод военных законов целиком и полностью. — 8. Лейтенант Шейскопф

  •  

Противник, — возразил Йоссариан, тщательно взвешивая каждое слово, – это всякий, кто желает тебе смерти, независимо от того, на чьей он стороне воюет. Стало быть, понятие «противник» включает в себя и полковника Кэткарта [командир авиаполка]. — 12. Болонья

  •  

Давай не будем навязывать друг другу своих религиозных взглядов, — любезно предложил он. — Ты не верь в своего бога, я не буду верить в своего. По рукам?.. — 18. Солдат, у которого двоилось в глазах

  •  

То есть, как это не умираешь? Мы все умираем. А куда же еще ты держишь путь с утра и до вечера, если не к могиле? — 18. Солдат, у которого двоилось в глазах

  •  

— ...Нет ли у вас чего-нибудь веселенького, не связанного ни с водами, ни с господом? Хотелось бы вообще обойтись без религиозной тематики.
— Весьма сожалею, сэр, — проговорил виноватым голосом капеллан, — но почти все известные мне молитвы довольно печальны и в каждой из них хотя бы раз да упоминается имя божье.
— Тогда давайте придумаем что-нибудь новое. Мои люди и так уже рычат, что я посылаю их на задания, а тут мы еще будем лезть со своими проповедями насчет господа, смерти, рая. Почему бы нам не внести в дело положительный элемент? Почему бы нам не помолиться за что-нибудь хорошее, например за более кучный узор бомбометания? <...> По-моему, кучное бомбометание действительно заслуживает того, чтобы за него помолиться. За это от генерала Пеккема нам перепадут пироги и пышки. Генерал Пеккем считает, что данные фоторазведки выглядят гораздо эффектнее, когда бомбы ложатся кучно. — 19. Полковник Кэткарт

  •  

Милоу нетерпеливо затряс головой.
— Но немцы нам не враги, — заявил он. — О, я знаю, что ты собираешься сказать. Конечно, мы находимся с ними в состоянии войны. Но немцы к тому же и члены хорошо организованного синдиката, и в мои обязанности входит охранять их права как держателей акций. Допустим, войну начали они; допустим, они убивают миллионы людей, но они платят по счетам более аккуратно, чем некоторые наши союзники, я мог бы назвать их... Неужели ты не понимаешь, что я должен свято блюсти мои контракты с Германией? Неужели ты не можешь этого понять?
— Нет, — отрезал Йоссариан. — 24. Милоу

 

Milo shook his head with weary forbearance.
“And the Germans are not our enemies,” he declared. “Oh, I know what you’re going to say. Sure, we’re at war with them. But the Germans are also members in good standing of the syndicate, and it’s my job to protect their rights as shareholders. Maybe they did start the war, and maybe they are killing millions of people, but they pay their bills a lot more promptly than some allies of ours I could name. Don’t you understand that I have to respect the sanctity of my contract with Germany? Can’t you see it from my point of view?”
“No,” Yossarian rebuffed him harshly

  •  

...Если мы станем выполнять все наши финансовые обязательства перед правительством, то этим самым будем только поощрять его вмешиваться в наши дела и отобьем охоту у отдельных лиц бомбить собственные войска и самолеты. А это скует частную инициативу. — 24. Милоу

  •  

— Что тебе напоминает эта рыба?
— Других рыб.
— А что напоминают другие рыбы?
— Других рыб. — 27. Сестра Даккит. Цитата позже была использована как эпиграф к 63 главе романа Умберто Эко «Маятник Фуко» (1988).

  •  

Не будут же они посылать сумасшедших на верную смерть?!
— А кто же тогда пойдёт на верную смерть? — 27. Сестра Даккит

  •  

Поскольку мы не занимаемся никакой важной работой, очень важно, чтобы мы делали как можно больше этой не важной работы. Вы согласны со мной? — 29. Пеккем

  •  

Капеллан согрешил, но из этого вышло не зло, а добро. Общепринятая мораль подсказывала ему, что – врать и увиливать от своих обязанностей – это грех, а грех, как всем известно, есть зло. А зло не может породить никакого добра. И тем не менее капеллан чувствовал себя превосходно, точно он сотворил добро. Следовательно, из этого логически вытекало, что лгать и увиливать от исполнения своих обязанностей – вовсе не грешно. В минуту божественного просветления капеллан изобрел спасительную карманную философскую систему. Он был в восторге от своего открытия. Это была воистину чудесная система! — 34. День благодарения

  •  

— «Уловка двадцать два», — повторила старуха, мотая головой. — «Уловка двадцать два». Она позволяет им делать все, что они хотят, и мы не в силах им помешать.
— О чем вы, черт побери, толкуете? — растерявшись, яростно заорал на нее Йоссариан. — Да откуда вы знаете, что на свете существует «уловка двадцать два»?
Солдаты с дубинками в твердых белых шляпах только и твердили «уловка двадцать два»,
«уловка двадцать два».
— А они вам ее показывали, эту «уловку»? — спросил Йоссариан. — Почему вы не заставили
их прочитать вам текст этой «уловки»?
— Они не обязаны показывать нам «уловку двадцать два», — ответила старуха. — Закон гласит, что они не обязаны этого делать.
— Какой еще закон?
— «Уловка двадцать два».
<...>
«Уловка двадцать два» вообще не существовала в природе. Он-то [Йоссариан] в этом не сомневался, но что толку? Беда была в том, что, по всеобщему мнению, этот закон существовал. А ведь «уловку двадцать два» нельзя было ни потрогать, ни прочесть, и, стало быть, ее нельзя было осмеять, опровергнуть, осудить, раскритиковать, атаковать, подправить, ненавидеть, обругать, оплевать, разорвать в клочья, растоптать или просто сжечь. — 39. Вечный город

Цитаты о романеПравить

  •  

В «Поправке-22» Хеллер проигрывает ситуацию «война — это мир»: в его микрокосме война слишком для многих естественна и даже необходима. Для одних это непреложная данность (сказали: война, будем воевать), для других выгодный заказ, шанс сделать карьеру, разбогатеть. Война и впрямь «мир» для тех, кто обделывает свои делишки, не рискуя жизнью. Умирать — это святой долг других[1].

  — С. Б. Белов, «Бойня номер «X»: Литература Англии и США о войне и военной идеологии», 1991 г.

См. такжеПравить

ПримечанияПравить

  1. Белов С. Б. Бойня номер «X»: Литература Англии и США о войне и военной идеологии.. — М.: Советский писатель, 1991. — 368 с. — ISBN 5-265-02149-3