Открыть главное меню

Михаил Иосифович Веллер

русский писатель
(перенаправлено с «Михаил Веллер»)
Михаил Веллер

Михаи́л Ио́сифович Ве́ллер (род. в 1948) — современный русский писатель.

Из интервью и публицистикиПравить

  •  

Комплекс неполноценности и лёгкая форма латентной паранойи выражается в мании преследования и создания вымышленного врага. Такому человеку приносит удовольствие доставлять ближним неприятности, обеспечивая себе безопасную позицию.

  — из интервью (о Ваапо Вахере)
  •  

Я никогда не страдал комплексом неполноценности. Полгода я потратил на первые четыре рассказа объёмом в двадцать шесть страниц, хотя в принципе такой рассказ можно накатать за вечер. Я полагал, что работаю хорошо, а то, что поначалу не печатают, – дело обычное, естественное.

  — «Искусство – это то, что жуётся мозгами и сердцем» (интервью)
  •  

Собственно, в Советском Союзе не было истории. Была политика, направленная в прошлое. У нас история всегда подменялась ретрополитикой. История предназначена была соответствовать задачам текущего дня.
Это относится хоть к древнерусской истории, хоть к современной.
Тогда становится понятнее, что военные историки — это прежде всего солдаты партии. Бойцы идеологического фронта. Раньше они были коммунисты, сейчас в основном члены партии «Единая Россия». Раньше выполняли заказ Главполитуправления, чей заказ они выполняют сейчас, я не знаю. Хотя нынче они несколько лояльней относятся к истине, чем тогда.[1]

  — из интервью с Виктором Суворовым: «Война стала для нас началом конца»
  •  

Так называемые европейские ценности — это реакция на Вторую мировую войну.

  — "Подумать только" 17.07.2016 г
  •  

Ни один ни журналист, ни политик не заявил: «С сегодняшнего дня я прекращаю есть любые импортные продукты»...Причем все такие вот заявления о контрсанкциях… почему-то никто не начинал с себя.

  — "Подумать только" 12.06.2016 г.
  •  

Нужно забыть наконец, как о страшному сне, об этом ЕГЭ, каковое ЕГЭ люди сдают и в результате часто не знают ничего. В прошлом году меня попросили поприсутствовать на ЕГЭ по русскому языку и литературе в какой-то школе. Я из интереса попросил дать мне прочитать, и на один вопрос я ответить не сумел. Я смотрел на вопрос, как баран на новые ворота, мне было стыдно, мне было неловко, я думал: да что ж такое, ну совсем уже отупел! Ну уже пора как-то проходить курс умственной реабилитации. Там было сказано – не помню, про какую книгу – Какой художественный прием применяет автор в этом рассказе для того, чтобы?.. Потом оказалось: психологизм. Психологизм – это вам не прием. Психологизм – это может быть свойство прозы, аспект прозы и так далее, но это не прием. Вот сравнение – это прием. Гипербола – это прием. Контрапункт – это прием. А психологизм – это не прием. И вот человек в звании доктора филологических наук, профессора, зав кафедрой, который составлял… Что я могу сделать? Вот ничего этого, конечно же, не должно быть, что касается школьной программы. Нужна же не школьная реформа, а чтобы оно все было путем, понимаете.

  — "Подумать только" 12.06.2016 г.
  •  

С Хиллари Клинтон все совершенно понятно, все понятно, глядя на ее лицо, все понятно, читая ее биографию. С ней добра не будет. Это слегка отмороженный продукт неолиберализма. Это будет всем хорошо так, что все неимущие будут хавать всех имущих, и нам ничего ждать не приходится.

  — "Подумать только" 13.03.2016 г.

Из литературных произведенийПравить

  •  

В числе многого, чего я лишён, мне не дано постичь прелесть и смысл салонной жизни. Убожество «внутрилитературной тематики» во вторичности предлагаемого к потреблению продукта: если литература ― производная от жизни, то разговоры о ней ― производная от литературы. Пресловутое «литературное общение» есть поза подмены деятельности суетой: казаться вместо быть; форма паразитирования при искусстве; род субкультуры для причастных к клану. Хотя также ― способ устройства своих дел: маркетинг и реклама ― тоже нужны… но надобно ж и разграничивать. Представьте Дон-Жуана проводящим ночи в попойках с друзьями за философскими обсуждениями женских подробностей и особенностей и подчёркиванием роли своей личности в мировой сексуальной революции, а по бабам ходящего в редкие просветы свободного времени и протрезвления. Вот и у пчёлок с бабочками то же самое. Хочешь писать ― сиди пиши. Хочешь печататься ― расшибайся в лепешку, печатайся. А вот если кто хочет именно быть писателем ― то есть выступать перед читателями, не ходить на службу, жить на гонорары, захаживать в редакции на чай и коньяк, ездить по миру, вести беседы в домах творчества, прокуренные ночи рассуждать с коллегами о проблемах литературы, небрежно доставать из кармана писательский билет ― провались он пропадом со своим ущемлённым самолюбием и знаком причастности к литературному процессу.[2]

  — Ножик Серёжи Довлатова», 1997

ИсточникиПравить

  1. Михаил Веллер. Интервью с Виктором Суворовым: «Война стала для нас началом конца» часть Первая
  2. Михаил Веллер. «А вот те шиш!» — М.: Вагриус, 1997 г.

из произведенийПравить