Сочинения Николая Греча (Белинский)

«Сочинения Николая Греча» — анонимная рецензия Виссариона Белинского 1838 года[1].

ЦитатыПравить

  •  

… что за свет такой нынче стал: ничему не верят, во всём сомневаются, даже — могу ли выговорить без ужаса! — даже — в журналах! <…> Лжи, умышленной и неумышленной, в журналах так же много, как и во всех делах человеческих, но в них же много и святой истины, хотя и гораздо меньше, чем лжи. <…> Мир так чудно устроен, что во всех процессах его жизни видишь большею частию одну ложь и редко, редко святую истину; но результатом этих процессов всегда бывает только истина и никогда ложь. То же и в журналах. Было время, когда нападки на Пушкина сделались каким-то критическим удальством и щегольством. <…>
Но что же? — всё это послужило не к унижению, а к возвышению поэта: споры, толки и крики заставили глубже вглядеться в его творения и тем вернее оценить их; а ожесточённое гонение показало только то, что чем огромнее слон, тем сильнее претензии мосек на храбрость. <…> предположим, что несколько журналов, как будто бы стакнувшись, изо всех сил хлопотали об унижении, например, хоть Гоголя, уверяя, что всё его достоинство состоит в комизме, и то тривиальном[К 1]. Что же? Вы думаете: публика поверит журналистам? Нет: в их криках она услышит оханья от царапин, нанесённых маленькому самолюбию какою-нибудь журнального статьёю[2]; <…> в их воплях она услышит стоны от глубоких ран, нанесённых самолюбивой посредственности гордым дарованием; услышит скрежет зубов бледной зависти, раздражённой презирающим её достоинством; следовательно, в самой лжи публика откроет истину. <…> если бы это был факт, то журналисты, которых мы предположили, ошиблись бы в своём намерении и на зло самим себе способствовали бы утверждению истины.

  •  

… разногласие журналов в отзывах о книгах происходит гораздо более от разности их взгляда на вещи, нежели от умышленного пристрастия.

  •  

Что нужды, что это произведение не вековое, не бессмертное? — автор и не имел на это претензии: он хотел доставить своим современникам средство к благородному или полезному развлечению — и достиг своей цели. От автора должно требовать ни больше, ни меньше того, что он обещал. Забывая это правило, бранят книгу, которая имела заслуженный успех, и тем оподазривают у публики и себя и критику. Другое дело, когда бездарный бумагомаратель или даже и писатель не без достоинств <…> является с претензиями на <…> гениальность <…>: тогда долг критики указать ему его настоящее место.

  •  

Г-н Греч написал два романа и одну повесть[К 2]; но мы тем не менее почитаем его совершенно чуждым <…> искусства; <…> но это не мешает нам смотреть на его романы, как на приятный подарок публике, как на сочинения, имеющие большое литературное достоинство. Вообще, по нашему мнению, г. Греч не поэт, не учёный, но литератор, по достоинству занимающий в нашей литературе одно из видных мест и оказавший ей большие услуги. Что такое литератор? — Публицист, литературный фактора при публике, человек, который, не произведя ничего прочного, безусловного, имеющего всегдашнюю цену, пишет много такого, что имеет цену современности; не научая, даёт средства научаться; не восторгая, доставляет удовольствие. Он пишет статью и о современном событии, отдаёт отчёт о книге, издаёт журнал или участвует в нём; он историк, оратор, переводчик, путешественник, комментатор, издатель чужих сочинений с своими предисловиями, участник в литературных предприятиях, корректор; пишет книги, которые не принадлежат к области учёности, но на которые все ссылаются и которыми все пользуются, как вспомогательными способами для собственных сочинений, даже учёных. Словом, литератор — всё, что вам угодно, и собственно ничего, потому что, ставши чем-нибудь, он делается или поэтом, или учёным в какой-нибудь сфере знания. Но это нисколько не унижает звания литератора: литератор есть лицо необходимое, человек действительный, и если он приобрёл влияние на публику, то играет в современности роль историческую, в большей или меньшей степени. Его имя принадлежит истории литературы народа, а следовательно, и его просвещения, поколику литература есть выражение, сознание умственной жизни народа.
Г-н Греч написал несколько грамматик, из которых хотя ни одна не уничтожает живейшей потребности лучших учебных книг, но которые все принадлежат к лучшим сочинениям в этом роде. Скажем более: его грамматики суть важные явления в истории нашего языка, и с них начинается основательнейшее его изучение. Прежде при изложении правил русского языка более обращали внимание на язык: г. Греч обратил внимание на русский язык, на его видовые особности, и потому его грамматики — драгоценная сокровищница, неисчерпаемый рудник материалов для изучения русского языка и составления грамматик. Это самая блестящая его заслуга, самое важнейшее его участие в деле отечественного просвещения. Г-н Греч издал «Учебную книгу русской словесности», в которой в первый раз была оставлена школьная риторическая теория и сделана попытка — дать понятие о всех родах сочинений так, чтобы юношество могло судить о литературе не по школьному образу мыслей, а по тому, который господствует в обществе, и дать правила, руководствуясь которыми юношество могло бы выучиться написать и письмо, и деловую бумагу, и записку, словом, всё, что требуется в жизни, а не хрии, <…> которые в жизни и литературе ни к чему не служат, а только делают из людей тяжёлых педантов. Конечно, понятия, изложенные в этой учебной книге, не все новы, не все сообразны с современным взглядом на искусство и литературу, не отличаются наукообразным изложением и строгостию системы; но книга заслуживает внимание уже по одному тому, что не похожа на все бывшие и до неё и после неё опыты в этом роде.

  •  

«Чёрная женщина» <…>. Главный недостаток состоит в романической запутанности на манер романов XVIII века. Это влияние старины, очень понятное в пожилом человеке. Будь роман проще и короче, он был бы гораздо лучше <…>. Герой романа добрый, но слабый до пошлости человек, который вечно страдает от своей бесхарактерности, которого не бьёт только ленивый и который поэтому не возбуждает к себе никакого участия. Но вокруг него толпятся интересные портреты, верно списанные с общества того времени. В лице Алимари автор заплатил дань идеальности, которая совсем не в характере его таланта. Оттого из этого лица и вышел какой-то фантом, составленный из риторства, резонёрства и мистицизма. <…> Основная мысль целого романа есть оправдание возможности духовидений. Но этой-то мысли роман г. Греча и обязан преимущественно своим успехом. <…> Вера в чудесное есть добрый элемент в человеке, признак благоговейного и трепетного предощущения таинства жизни; только надо, чтобы эта вера была просветлена мыслию, иначе она может перейти в суеверие и изуверство. Во всяком случае, успех романа, <…> по нашему мнению, говорит много в пользу нашего общества, как доказательство, что в нём есть живая потребность внутренней жизни.

  •  

«Поездка в Германию» несравненно выше «Чёрной женщины». Простота происшествия, простота и, вместе с нею, одушевление, игривость рассказа, верность, естественность в картинах, в изображении характеров, прекрасный, образцовый язык — всё это делает «Поездку в Германию» одним из примечательных явлений русской литературы. Представьте себе, что к вам пришёл на вечер умный, образованный, любезный, пожилой и опытный человек, словом, один из бывалых людей, и притом обладающий даром рассказа; представьте себе, что он хочет занять вас одним из многочисленных своих воспоминаний, и без всяких авторских претензий рассказывает вам простую быль, простое, но тем более интересное событие действительной жизни <…>. Вы не видите, как прошёл вечер, вы не замечаете, что уж давно полночь… <…> Вот впечатление от прочтения «Поездки в Германию», и вот лучшая её характеристика;..

КомментарииПравить

  1. «Библиотека для чтения», «Московский наблюдатель» и «Северная пчела» в 1835—1837 годах[2].
  2. Нижеуказанные и «Отсталое. Будущая повесть» (1834)[2].

ПримечанияПравить

  1. Московский наблюдатель. — 1838. — Ч. XVIII. — Июль, кн. 1 (цензурное разрешение 21 сентября). — Отд. IV. — С. 92-110.
  2. 1 2 3 В. С. Нечаева. Примечания // Белинский В. Г. Полное собрание сочинений в 13 т. Т. II. Статьи и рецензии. Основания русской грамматики 1836-1838. — М.: Издательство Академии наук СССР, 1953. — С. 753.