Ли Брэкетт

американская писательница

Ли Ду́глас Брэ́кетт (англ. Leigh Douglass Brackett; 7 декабря 1915 — 18 марта 1978) — американская писательница-фантаст и сценаристка. Жена Эдмонда Гамильтона с 1946 года. Её последняя работа — ранняя версия сценария к фильму «Звёздные войны. Эпизод V: Империя наносит ответный удар».

Ли Брэкетт
Статья в Википедии
Медиафайлы на Викискладе

Цитаты

править
  •  

Многие мои герои — это крепкие парни, не стесняющиеся ступать своими подошвами по дерьму. Но они и не растеряются, когда требуется одарить смазливую девчонку сорокасекундным поцелуем, как это здорово удаётся на экране Хамфри Богарту, и героини мои — в общем отменные суки — с горячей кровью, зажигавшиеся с пол-оборота, но одновременно предельно гибкие и обладающие мозгами.[1]

  •  

Профессия писателя-фантаста даёт не финансовые, а иные дивиденды: дружбу, протянутую через всю жизнь; счастье принадлежать к огромной семье, разбросанной по всему свету — куда бы вы ни приехали, у вас всюду отыщутся друзья.[1]

  •  

НФ в 1930-е писали из любви или ввиду нарушений в психике, но никак не из-за денег.[2]

  •  

Два писателя, живущие и работающие вместе, даже если не сотрудничают, всё равно неизбежно влияют на работу друг друга. <…>
Эд всегда знал последнюю строку своего рассказа, нацеливаясь на неё как в мишень, даже не найдя первой.[3]

 

Two writers living and working together, even if they do not collaborate, will inevitably influence each other's work, in one way or another. <…>
Ed always knew the last line of a story before he wrote the first one, and every line he wrote aimed straight at that target.

  — послесловие к сборнику «Лучшее Ли Брэкетт» (The Best of Leigh Brackett), 1977

Художественные произведения

править
  •  

Он никак не мог привыкнуть к Красному морю.
В нём была не вода. Море состояло из газа, достаточно густого, чтобы удерживать на плаву металлический корпус корабля; в глубине моря постоянно горели огни; окутывающий море туман был окрашен в кровавый цвет. Сквозь морскую поверхность Старку видны были реки огня: в глубине лениво бежали течения. Внезапные искрящиеся вихри возникали то здесь, то там, рассыпались, сливались с другими искрами; море походило на небо, усеянное малиновыми звёздами. — перевод: Т. В. Усова, 2002; вошло в «Лучшее Ли Брэкетт»

 

He had never quite grown used to the Red Sea.
It was not water. It was gaseous, dense enough to float the buoyant hulls of the metal ships, and it burned perpetually with its deep inner fires. The mists that clouded it were stained with the bloody glow. Beneath the surface Stark could see the drifts of flame where the lazy currents ran, and the little coiling bursts of sparks that came upward and spread and melted into other bursts, so that the face of the sea was like a cosmos of crimson stars.

  «Венерианская колдунья» (Enchantress of Venus), 1949
  •  

Сейчас он был на мели, вроде марсианского корабля в песках усохшего моря. Спеши не спеши, а весной море вернётся, и опять поплывём. — перевод: Г. Старин, 1992 (возможно, это одно из многих добавлений переводчика[4])

  — «Танцовщица с Ганимеда» (The Dancing Girl of Ganymede), 1950

Статьи о произведениях

править

О Брэкетт

править
  •  

В «Немезиде с Терры» <…> Ли Брэкетт даёт нам приключенческую фантазию о Марсе, выполненную в духе и манере Берроуза, но с гораздо большей плавностью и изысканностью <…>. Это Марс, которого нет и не может быть на самом деле <…>. Всё это совершенно возмутительно и совершенно убедительно, когда шагает и скачет галопом…

 

In “The Nemesis from Terra” <…> Leigh Brackett gives us an adventure fantasy of Mars, done in the Burroughs mood and manner, but with far more smoothness and sophistication <…>. This is a Mars that does not and cannot really exist <…>. It is all totally outrageous and perfectly convincing as it strides and gallops along…[5]

  Питер Скайлер Миллер
  •  

Как большинство её собственных героев, Ли любила жить не по правилам. Она писала разные вещи, но не уставала повторять, что её первой любовью была и остаётся научная фантастика. <…> Если бы Ли писала о трущобах Лос-Анджелеса, а не о закоулках космических далей, она, наверное, зарабатывала бы гораздо больше, но что-то заставляло её постоянно выбирать такой менее прибыльный жанр.[6]

  Майкл Муркок
  •  

Чтобы понять, чем же так полюбился читателям и самой создательнице Эрик Джон Старк, следует вспомнить ещё одно слово, которое обязательно произнесут к случаю критики, обсуждающие феномен Ли Брэкетт: «живой».
Традиционный герой довоенной «космической оперы» по штату обязан был оставаться рыцарем без страха и упрёка, на чьём моральном облике и сквозь мощнейшую лупу не разглядеть и пятнышка. <…>
Живой герой — в 1940-е годы было научно-фантастическим открытием не меньшим, чем мгновенное преодоление светового барьера скоростей…
А Эрик Джон Старк с грузом многочисленных грехов получился на удивление ярким и колоритным образом. Потому и прожил в литературе столь долго.[1]

  Вл. Гаков, «Примадонна „космической оперы“», 1996

Примечания

править
  1. 1 2 3 Ли Брэккетт. Сага о Скэйте. — М.: Армада, 1996. — С. 5-14.
  2. Н. Караев. Тайна Разрушителя Миров. Звёздный квадрат кисти Эда Гамильтона // Мир фантастики. — 2014. — № 12 (136). — С. 17.
  3. Ли Брэкетт. Исчезнувшая Луна / перевод Г. Грея, Б. Александрова. — СПб.: Северо-Запад, 1993. — С. 477.
  4. «Танцовщица с Ганимеда» в Лаборатории Фантастики
  5. "The Reference Library: Borderliners", Analog, June 1962, p. 157.
  6. Геннадий Прашкевич. Брэдбери. — М.: Молодая гвардия, 2014. — С. 70. — (Жизнь замечательных людей. Вып. 1485).