Крёстный отец (роман)

роман итальянского-американского писателя Марио Пьюзо

Крёстный отец (англ. The Godfather) — роман Марио Пьюзо, изданный в 1969 году. Был экранизирован Фрэнсисом Копполой в 1972 году.

Крёстный отец (роман)
Статья в Википедии

Цитаты

править
  • Дон Корлеоне давно понял, что общество часто наносит обиды, которые надо уметь стерпеть, потому что в этом мире беднейший из беднейших способен однажды открыть глаза и отомстить сильнейшему из сильнейших.
  • Давным–давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков.
  • Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?
  • — Вам казалось, что Америка — рай, мирная обитель, где можно почивать на лаврах в свое удовольствие, тем более, если дела складываются успешно и доллары стекаются в карман. Поддерживать дружеские отношения было ни к чему, раз есть полиция, которая охраняет, суд, который бдит, и закон, стоящий на страже твоей безопасности. К чему тогда дон Корлеоне? Все верно. Меня это задевало, но не в моем характере предлагать свою дружбу тем, кто ее не ценит. А теперь настал час, когда вы вынуждены идти ко мне, чтобы восстановить попранную справедливость. (дон Корлеоне, Крестный отец)
    — Америка была добра ко мне, и я хотел быть ей добрым гражданином. Я хотел, чтобы моя дочь стала родной в этой стране. (Америго Бонасера)
    — Прекрасно сказано. Просто замечательно. Раз так, то и не о чем горевать. Суд состоялся, правосудие свершилось. Теперь можете утешать свою дочку в больнице цветами и конфетами. А сами утешьтесь тем, что все не так уж страшно. Ерунда. Ну, ребята молодые, головы горячие, выпили малость. Один из них к тому же сын видного политика. Нет, дорогой мой Америго, надо быть последовательным до конца. Я всегда считал, что вы человек порядочный, так что выкиньте из ума сумасшедшую идею отомстить. В Америке это не принято. Простите, забудьте. Мало ли что случается в жизни? — (дон Корлеоне, Крестный отец)
    — Я вас пришел просить о правосудии.
    — Поздно. Правосудие уже свершилось на суде. [...] Стоило ли бояться прийти ко мне со своей бедой в самом начале? Вы пошли в суд и ждали месяцы своей очереди. Вы потратили деньги на адвоката, который заранее знал, что будет не суд, а посмешище. Правосудие вершил судья, продажный, как последняя шлюха. Все эти годы в Америке за деньгами вы обращались в банк, которому платили непомерные проценты, и там стояли с протянутой рукой, будто нищий, пока они удостоверятся в кредитоспособности. А ведь достаточно было прийти ко мне [...] Подонки, унизившие вашу дочь, давно умывались бы горючими слезами, если бы справедливость вершил я. — (дон Корлеоне, Крестный отец)
  • Ты уводишь женщину из–под носа у своего продюсера — человека, который сильней тебя,— и потом жалуешься. что он оттирает тебя от работы. Надо же додуматься! Ты бросаешь семью, оставляешь детей без отца ради того, чтобы жениться на девке — и плачешь, что тебя не ждут назад с распростертыми объятиями. Тебе жаль ударить девку по лицу, потому что она снимается в кино,— и ты еще удивляешься, что она над тобой смеется. Ты жил как дурак — и неудивительно, что остался в дураках. (дон Корлеоне Джонни Фонтейну)
  • Помогаешь растить детей — молодец. Тот, кто не умеет быть отцом, не может считаться настоящим мужчиной. (дон Корлеоне Джонни Фонтейну)
  • Друзья превыше всего. Дружба важнее таланта. Главнее любого правительства. Она почти то же, что семья, не забывай этого. Если бы ты сумел построить вокруг себя прочную стену дружбы, тебе не пришлось бы прибегать к моей помощи. (дон Корлеоне Джонни Фонтейну)
  • — Ты уверен, что не ревнуешь своего отца? Судя по тому, что ты мне рассказал, он все время помогает людям. Для этого должно быть щедрое сердце. Хотя, конечно, методы он выбирает своеобразные. (Кей, подруга Майкла, о доне Корлеоне)
    — Со стороны виднее. Только вот в чем фокус: он делает добро про запас. Слышала, наверное, как полярные исследователи оставляют по дороге небольшие запасы провианта на всякий случай? Отец действует примерно по такому же принципу. Настанет день, когда он постучится в дверь своего должника, и им же легче, если они сразу пойдут ему навстречу. (Майкл, сын дона Корлеоне)
  • Юрист с портфелем в руках куда большая сила, чем сотня вооруженных налетчиков. — (дон Корлеоне, Крестный отец)
  • Если бросить на чашу весов корысть и благополучие, — благополучие, на мой взгляд, перевешивает. (дон Корлеоне, Крестный отец)
  • Самая большая удача, если враг преувеличивает твои недостатки. Но если друг недооценивает твоих достоинств, это еще лучше. (дон Корлеоне, Крестный отец)
  • Ложь предполагает определенное вдохновение, изобретательность, умение сводить концы с концами.
  • Каждому — своя судьба. (почти повтор «Каждому своё».)
  • Всякая деловая мера по отношению к кому–либо — личный выпад.
  • С теми, кто воспринимает несчастный случай как личное оскорбление, несчастные случаи не происходят.
  • Есть вещи, которые приходится делать — их делаешь, но никогда о них не говоришь. Их не пытаешься оправдать. Им нет оправдания. Их делаешь, и все. И забываешь.
  • Я тоже не полагаюсь на то, что общество нас защитит, и не намерен доверять свою судьбу людям, чьё основное достоинство — умение правдами и неправдами заполучить на выборах большинство голосов. Правительство, если разобраться, не шибко–то пекутся о своих народах, вот что.
  • За всяким большим состоянием кроется преступление (часто ошибочно приписывают Бальзаку).
  • Ну а чем нам с вами заниматься? Мы о том не пойдём спрашивать начальство, этих pezzonovantis, которые норовят за нас решать как нам распоряжаться своей жизнью, которые развязывают войны, оберегая своё добро, а воевать посылают нас. Кто сказал, что мы обязаны подчиняться законам, придуманными ими в защиту своих интересов и в ущерб нашим? И кто они такие, чтобы вмешиваться, когда мы тоже хотим позаботиться о своих интересах? Это наше дело. Наше дело, наши заботы. Мы сами управимся в своём мире, потому что это наш мир.
  • Ничто мне так не чуждо в этой жизни, как беспечность. Женщины и дети могут позволить себе жить беспечно, мужчины — нет.