Открыть главное меню

Идеи. Книга Ле Гран

«Идеи. Книга Ле Гран» (нем. Ideen. Das Buch Le Grand) — произведение Генриха Гейне из цикла «Путевые картины».

Глава VIПравить

  •  

В то время [во времена курфюрста Яна-Вильгельма (1658—1716)] государи не были такими мучениками, как теперь, и корона прочно держалась на их головах, а на ночь они надевали ещё поверх неё колпак и спали спокойно, у ног их спокойно спали народы и, просыпаясь по утрам, они говорили: «С добрым утром, отец!», на что те отвечали: «С добрым утром, милые дети!»

 

Damals waren die Fürsten noch keine geplagte Leute wie jetzt, und die Krone war ihnen am Kopfe festgewachsen, und des Nachts zogen sie noch eine Schlafmütze darüber und schliefen ruhig, und ruhig zu ihren Füßen schliefen die Völker, und wenn diese des Morgens erwachten, so sagten sie: »Guten Morgen, Vater!« – und jene antworteten: »Guten Morgen, liebe Kinder!«

Глава VIIIПравить

  •  

У римлян, наверное, не осталось бы времени для завоевания мира, если бы им сначала пришлось изучать латынь.

 

Den Römern würde gewiß nicht Zeit genug übriggeblieben sein, die Welt zu erobern, wenn sie das Latein erst hätten lernen sollen.

  •  

Улыбка, согревающая и успокаивающая каждое сердце, играла на его [Наполеона] губах, и всё же все знали, что достаточно этим губам свистнуть — et la Prusse n'existait plus[1]; достаточно этим губам свистнуть — и вся поповская компания отзвонит навсегда; достаточно этим губам свистнуть — и вся священная Римская империя затанцует.

 

Ein Lächeln, das jedes Herz erwärmte und beruhigte, schwebte um die Lippen – und doch wußte man, diese Lippen brauchten nur zu pfeifen – et la Prusse n'existait plus –, diese Lippen brauchten nur zu pfeifen – und die ganze Klerisei hatte ausgeklingelt –, diese Lippen brauchten nur zu pfeifen – und das ganze Heilige Römische Reich tanzte.

Глава XIПравить

  •  

И на этой великой мировой арене всё идёт так же, как на убогих наших подмостках: и на ней встречаются пьяные герои, короли, забывшие свою роль, декорации, повинувшие в воздухе, суфлёры с излишне громкими голосами, танцовщицы, производящие эффект поэзией своих бёдер, блестящие костюмы в качестве главной приманки.

 

Weltbühne geht es auch außerdem ganz wie auf unseren Lumpenbrettern, auch auf ihr gibt es besoffene Helden, Könige, die ihre Rolle vergessen, Kulissen, die hängengeblieben, hervorschallende Souffleurstimmen, Tänzerinnen, die mit ihrer Lendenpoesie Effekt machen, Kostüme, die als Hauptsache glänzen.

Глава XIIПравить

  •  

немецкие цензоры.............(десять строк точек[2])............................... болваны ........... — в главе только это

Глава XIVПравить

  •  

Легко вам, madame, напоминать мне Горациево «nonum prematur in annum».[3] Правило это, как и другие ему подобные, может быть хорошо в теории, но на практике никуда не годится. Когда Гораций подал автору знаменитый совет — девять лет держать свои произведения в ящике стола, он должен был тогда же сообщить рецепт, как прожить девять лет без пищи.

 

Sie haben leicht reden, Madame, wenn Sie mich an das Horazische »nonum prematur in annum« erinnern. Diese Regel mag, wie manche andere der Art, sehr gut in der Theorie gelten, aber in der Praxis taugt sie nichts. Als Horaz dem Autor die berühmte Regel gab, sein Werk neun Jahre im Pult liegen zu lassen, hätte er ihm auch zu gleicher Zeit das Rezept geben sollen, wie man neun Jahre ohne Essen zubringen kann.

ПереводПравить

ПримечанияПравить

  1. Пруссии больше не стало бы (франц.)
  2. Дмитрий Писарев, «Генрих Гейне» (часть II)
  3. Пусть написаное пролежит у тебя девять лет (лат.)