Диалоги (Лем): различия между версиями

72 байта добавлено ,  2 месяца назад
Нет описания правки
(1) возможно, часть этих цитат — пересказ предшественников (см. предисловие); 2) Яжембский в Lata młodzieńcze… неоригинален)
 
 
 
===I===
:::''Тема рассмотрена также в «Summa Technologiae» ([[Сумма технологии#Личность и информация|гл. VI: Личность и информация]]).''
 
{{Q|ГИЛАС. Мы знаем благодаря естественным наукам, что атомы нашего тела [[w:обмен веществ|постоянно обновляются]] едой и питьём, а также воздухом, которым мы дышим. В костях, нервных клетках, мускулах неустанно заменяются атомы, заменяются так быстро, что через несколько недель все материальные частички, из которых состоял мой организм<ref name="з">На самом деле не менее 5-10 лет, а в нервных клетках ''полная'' замена, вероятно, не происходит.</ref>, уже носятся в речных волнах и среди облаков, я же продолжаю существовать и ощущаю неизменность своей личности. Чему я этим обязан? Наверное, только неизменяемой структуре атомов. Посуди сам, новые атомы моего тела — не те же самые, из каких оно состояло месяц назад, но они такие же, и этого вполне достаточно. Поэтому я могу утверждать, что идентичность моего существования зависит от идентичности моей структуры. <…>
В будущем люди станут все точнее копировать атомные структуры всех материальных созданий. Уже сейчас они способны создавать искусственные алмазы и сапфиры, искусственную мочевину и даже искусственный, синтезированный в ретортах белок. Таким образом, люди непременно овладеют в конце концов искусством создания молекул живого тела и самого живого тела из атомов. И тогда они обретут бессмертие, ибо будут в состоянии вернуть к жизни любого умершего, тщательно соединив атомы в структуру, формировавшую тело при жизни. Этот процесс [[воскрешение|воскрешения]] будет, как мне кажется, происходить внутри машины, в которую введут соответствующую схему, своего рода план, то есть структурный образец определённого человека, после чего механизм создаст из атомов белковые частицы, клетки, сухожилия, нервы — и этот человек выйдет из него живой и здоровый, исполненный радости жизни.|Оригинал=HYLAS: Wiadomo przecież z nauk przyrodniczych, że atomy naszego ciała nieustannie odnawiają się dzięki pokarmom i napojom, które przyjmujemy, oraz powietrzu, którym oddychamy. Kości, komórki nerwowe, mięśnie wymieniają swe atomy bez przerwy, i to tak szybko, że co kilka tygodni wszystkie materialne cząsteczki, z jakich składał się mój organizm, bujają wśród fal rzecznych i obłoków, ja wszelako istnieję nadal i odczuwam ciągłość mej osobowości. Czemuż to zawdzięczam? Niechybnie tylko nie zmienionej strukturze atomowej. Zważ, że nowe atomy mego ciała nie są tymi samymi, co w nim tkwiły przed miesiącem, są wszakże takie same, i to w zupełności wystarcza. Tak tedy powiadam: tożsamość mego istnienia zależy od tożsamości mojej struktury. <…>
 
{{Q|ФИЛОНУС. Что ты скажешь о таком образе будущего? Каждый человек, отправляющийся в опасное межзвёздное путешествие, оставляет дома свою «атомную схему внешности». Если получено известие, что человек во время экспедиции погиб, семья приводит в действие машину, после чего мертвец тут же выходит из недр машины живой и здоровый, ко всеобщей радости и веселью. <…>
ГИЛАС. Когда ты создашь копию после смерти человека, то ты можешь назвать её продолжением, можешь не называть, однако же спорность обнаруживается только на словах, поскольку человек продолжает своесвоё существование, он живёт. С одинаковым успехом можно было бы препираться о том, существую ли сегодня «я вчерашний» или же «меня вчерашнего» сегодня уже не существует. Подобно тому, как невозможно передать в словах эту проблему, так же нерешаем вопрос, является ли копия «тем самым человеком» или же только «таким же». Разница несущественна, потому что она не меняет реального факта, актуального состояния. Таким образом, альтернатива здесь не более чем видимость. <…>
ФИЛОНУС. Как видишь, проблема прекрасно решается, надо только следить за тем, какое значение мы вкладываем в слова. Как фраза «Я вчерашний существую», так и «Я вчерашний не существую» отражают действительность таким образом: если под «я вчерашний» подразумевается моё тело, с любой точки зрения, я сегодня существую как тот, который существовал вчера. Если же под «я вчерашний» понимать композицию мыслей и чувств, какие проявились вчера в моём сознании, то актуального, сегодняшнего бытия им приписывать нельзя.|Оригинал=FILONOUS: Co powiesz o takim obrazie przyszłości? Każdy człowiek wyruszający w niebezpieczną wyprawę gwiazdową zostawia w domu swój „rysopis atomowy”. Gdy przyjdzie wieść, że zginął w wyprawie, rodzina uruchamia machinę, za czym nieboszczyk wnet wychodzi z wnętrza machiny wesół i żywy ku ogólnemu sercpodniesieniu. <…>
HYLAS: Gdy stworzysz po śmierci człowieka kopię, to możesz ją nazwać kontynuacją, możesz jej też tak nie nazwać, aliści spór jest jeno w słowach, albowiem fakt jest jeden: ów człowiek dalej istnieje i żyje. Równie dobrze m. zna by się spierać co do tego, czy ,,ja„ja wczorajszy” dziś jestem, czy też „mnie wczorajszego” już dzisiaj nie ma. Podobnie jak nie rozstrzygniesz słowami tego problemu, tak samo nie rozstrzygniesz kwestii, jestli kopia „tym samym człowiekiem” czy tylko „takim samym”. Różnica jest nieistotna, bo nie zmienia faktu rzeczywistego, aktualnego bytu. Tak więc alternatywa jest pozorna. <…>
FILONOUS: Jak widzisz, rzecz doskonale daje się wyjaśnić, należy tylko baczyć, jakie znaczenie nadajemy słowom. Zarówno zdanie „ja wczorajszy istnieję”, jak „ja wczorajszy nie istnieję” są prawdziwe w taki sposób: jeżeli przez „ja wczorajszy” rozumieć moje materialne, powszechnie dostrzegalne ciało, istnieję dziś jako ten, który istniał wczoraj. Jeżeli pod „ja wczorajszy” rozumieć jednak zespół myśli i czuć, jakie przejawiały się wczoraj w mej świadomości, aktualnego, teraźniejszego istnienia przypisać im nie można.}}
 
{{Q|ФИЛОНУС. Можно, к примеру, заменить одну глиняную миску другой, поразительно на неёпохожей, можно заменить одного на другого двух поразительно схожих близнецов, поскольку мы рассматриваем их внешне, как предметы. Однако ни один близнец сам себя заменить на другого никогда не сможет. Подобным образом и ты не можешь даже по ошибке заменить себя на свою копию, существующую одновременно с тобой, созданную машиной. <…>
А если создать две твои копии, одну из тех же атомов, из которых сейчас состоит твоетвоё тело, а другую — из таких же самых, то будет ли эта первая копия твоим продолжением, тобою настоящим, а вторая — только двойником?
ГИЛАС. Возможно.
ФИЛОНУС. Но ведь эти атомы ничем между собою не отличаются. Подобным образом и копии эти ничем не отличаются — что же делает одну из них твоим продолжением, а другую — абсолютно чужим тебе человеком?
 
===II===
{{Q|Позволь <…> рассказать тебе историю о том, что случилось довольно давно. Среди плодородных равнин обитало в те времена некое племя, в котором одни занимались охотой и разведением скота, другие же, их было меньше, силились понять мир, в котором жили, — как это свойственно природе человека. Один из них, более сообразительный, однажды заметил, что, стоя посреди равнины, можно видеть предметы [[горизонт|на расстоянии не дальше]] чем две тысячи шагов, всё же, что находится за этой границей, будь то дерево, шалаш или человек, исчезает полностью, как будто перестаёт существовать. Он сказал об этом другим. Они же до тех пор не замечали подобного феномена, потому что зрение у них было хуже, чем у него, — однако, напрягши зрение, вынуждены были согласиться. Подумав, они ему сказали: «Брат, ты прав. Однако же открытие, которое ты сделал, может иметь пагубные последствия, поскольку вызовет повсеместное убеждение, будто некая нечистая сила похищает все предметы и существа, удалявшиеся от наших домов более чем на две тысячи шагов. Тем самым открытие твоё породит веру в духов и прочие вредные предрассудки. Поэтому лучше будет, если мы его не обнародуем, а, напротив, сообща о нёмзабудем, с чем ты, наверное, согласишься, тем более что твоетвоё открытие вызывает лишь беспокойство, укореняет неуверенность, отрицает и явно не способствует прогрессу, не утверждая никаких новых позитивных ценностей...ценностей… » <…>
Не раз бывало так, что прогрессивная человеческая мысль открывала новые [[истина|истины]] именно в форме неясности, сомнений или непосредственных запретов...запретов… |Оригинал=Pozwól <…> opowiedział historię, jaka wydarzyła się dość dawno. Pośród żyznych równin żyło podówczas pewne plemię, którego jedni członkowie trudnili się łowiectwem i pasterstwem, inni zaś, mniej liczni, usiłowali zrozumieć świat, w którym żyją — jak to leży w naturze człowieczej. Jeden z nich, bystrzejszy od innych, zauważył raz, że stojąc pośród równiny dostrzega jeno przedmioty znajdujące się nie dalej niż o 2000 kroków — wszystko natomiast, czy było to drzewo, szałas czy człowiek, oddalając się poza tę granicę, znika tak dokładnie, jakby istnieć przestawało. Powiedział o tym innym. Nie zauważyli dotąd owego fenomenu, bo wzrok mieli mniej bystry od niego — wszakże natężywszy oczy zmuszeni byli się z nim zgodzić. Po namyśle rzekli mu: .,Bracie, masz słuszność. Wszelako odkrycie, któreś uczynił, może mieć zgubne następstwa, albowiem wywoła powszechne przekonanie, że istoty i rzeczy oddalające się od siedzib naszych dalej niż na 2000 kroków porwane zostają przez jakieś moce nieczyste. Tym samym wznieci ono wiarę w duchy i inne szkodliwe przesądy. Dlatego najlepiej będzie, jeśli go nie ogłosimy, ale, przeciwnie, pospołu o nim zapomnimy, na co tym łacniej chyba się zgodzisz, że rodzi ono tylko niepokój, zaszczepia niepewność, neguje i najwyraźniej postępowi nie służy, żadnych nowych, pozytywnych wartości nie utwierdzając…” <…>
Nieraz bywa, że postępująca myśl ludzka poznaje nieznane prawdy właśnie pod postacią niejasności, zwątpień czy wręcz zakazów jakichś…}}
 
{{Q|Ты, несомненно, знаешь [[w:Принцип неопределённости|принцип неопределённости Гейзенберга]], один из фундаментальных принципов современной физики. Согласно этому принципу, невозможно [[w:измерение (квантовая механика)|определить]] точную локализацию отдельно взятого атома. Сделать это можно лишь приблизительно, поэтому образом атома является не точка, а как бы размытое пятнышко, нечто вроде изображения на смазанном негативе. <…> тем самым невозможно создать подробный и чёткий план их размещения в организме. Отсюда следует невозможность создания тождественной копии живого человека...человека… |Оригинал=Oczywiste, ale czy wykonalne? Zwróćmy się po odpowiedź do fizyki. Znasz niechybnie regułę nieoznaczoności Heisenberga, jedną z fundamentalnych zasad fizyki współczesnej. Głosi ona, że niepodobna umiejscowić dokładnie pojedynczego atomu. Uczynić to możemy zawsze tylko z pewnym przybliżeniem, tak że obrazem atomu nie jest punkt, ale jak gdyby rozmazana plamka, niczym obraz na poruszonej kliszy fotograficznej. <…> nie można tym samym stworzyć absolutnie ścisłego planu ich rozmieszczenia w organizmie. Z tego wynika niemożność stworzenia tożsamej kopii żywego człowieka…|Комментарий=неточно; см. также [[w:Теорема о запрете клонирования|теорему о запрете клонирования]]}}
 
===III===
{{Q|… «качества» «психического опыта» ни муравья, ни карася теория нам не представит так, чтобы мы могли прочувствовать, каково это — быть насекомым или рыбой.|Оригинал=… „jakości” doznań „psychicznych” mrówki ani karasia teoria nie przedstawi nam tak, żebyśmy mogli przeżyć „bycie owadem lub rybą”.|Комментарий=вероятно, неоригинально}}
 
{{Q|Информация об информации, или вторичные сигналы, это «сокращенныесокращённые значащие сигналы», то есть названия (символы), определяющие состояние некоего фрагмента сети. <…> [[Сознание]] — это не символы, но процессы, с помощью которых символы «экстрагируются» из сети и возвращаются в неёдля продолжения действий.|Оригинал=Informacje e informacjach, czyli sygnały wtórne, są to „skrótowe sygnały znaczące”, czyli nazwy (symbole) określające stan pewnej części sieci. <…> Świadomość — to nie symbole, ale procesy, z których pomocą symbole zostają „ekstrahowane” z sieci i na powrót do niej, dla celów roboczych, wprowadzane.}}
 
{{Q|Совершенно очевидно, что темп обучения — то есть количество информации, поступающей в единицу времени, которая, перегружая сеть, делает её безвольной, то есть блокирует индивидуальное прошлое сети, — определяется индивидуально и зависит прежде всего от того, что мы назовем интегральностью сети. Когда весь предыдущий жизненный опыт окажется никчемным, когда сеть не сможет противопоставить ему особо прочных, неуничтожимых систем предпочтений, может произойти «внутренний надлом» (в функциональном смысле). В такой ситуации находились, например, люди в лагерях смерти. Вынужденные приспосабливаться к ситуации, теряя способность противопоставлять ей предшествующий опыт, люди становились способны на поступки «аморальные», «грешные», «бесчеловечные» в номенклатуре разных этических систем. Это ведёт к формированию новых навыков и новых приемовприёмов поведения, противоречащих всей прежней индивидуальной истории сети. Это «патологическое [[обучение]]» — поскольку оно происходит через утрату внутренней слаженности, интегральности сети. Процесс этот происходит тогда, когда у сети остаются только две возможности: либо уничтожение в физическом смысле, либо утрата внутренней целостности. Тогда наступает либо внешнее, материальное уничтожение («выбор героя»), либо подчинение — и производные от него патологические состояния (в нашем понимании). Подобные явления происходят с меньшей, так сказать, непограничной выразительностью, когда сеть теряет способность свободного обучения.|Оригинал=Rzecz oczywista, że tempo uczenia się, czyli ilość informacji wpływającej na jednostkę czasu, która, przeciążając sieć, czyni ją bezwolną, czyli blokuje osobniczą przeszłość sieci, jest zmienna indywidualnie i zależy przede wszystkim od tego, cośmy nazwali integralnością sieci. Gdy całe dotychczasowe doświadczenie życiowe okaże się nieprzydatne, gdy sieć nie potrafi mu przeciwstawić szczególnie trwałych, odpornych struktur preferencji, może nastąpić „załamanie wewnętrzne” {w sensie funkcjonalnym). W takiej sytuacji znajdowali się np. ludzie w obozach śmierci. Zmuszeni sytuacją do przystosowania się, tracąc zdolność przeciwstawienia jej poprzedniego doświadczenia, ludzie zdolni są do czynów „nienormalnych”, „grzesznych”, „nieludzkich” według nomenklatury różnych etyk. Prowadzi to do tworzenia się nowych nawyków i nowych sposobów zachowania się, sprzecznych z całą dotychczasową historią osobniczą sieci. Jest to „patologiczne uczenie się” — albowiem następuje poprzez utratę wewnętrznej spoistości, integralności sieci. Taki proces zachodzi, gdy sieć ma tylko do wyboru albo zniszczenie w sensie fizycznym, albo utratę wewnętrznej jednolitości. Następuje wtedy albo unicestwienie zewnętrzne, materialne („wybór postawy heroicznej”), albo poddanie się — i pochodne stany patologiczne (w naszym rozumieniu). Podobne zjawiska zachodzą z mniejszą, tzn. nieograniczoną wyrazistością, gdy sieć traci zdolność swobodnego uczenia się.}}
 
===VI===
:::''Обзору этой главы и текущей реализации её предсказаний Лем посвятил эссе «Компьютеризация мозга» (Komputeryzacja mózgu (1994), вошедшее в сб. [[Тайна китайской комнаты (сборник)|«Тайна китайской комнаты»]]).''
 
{{Q|«[[Записки из подполья]]» [[Фёдор Достоевский|Достоевского]]. <…> Это, по сути, великолепное чтение для того, кто <…> стремится проникнуть в тайны кибернетики.|Оригинал=''Wspomnieniu człowieka z lochu'' Dostojewskiego. <…> To w samej rzeczy doskonała lektura dla kogoś <…> zagłębiającego się vr tajnikach cybernetyki.}}
 
{{Q|Вообще говоря, сеть может «фальсифицировать» не только своё собственное содержание, но и своё отношение к миру. Автомат, «воспитанный» соответствующим образом, [[Путешествие двадцать первое|проявит все черты «иррациональной веры»]], «предрассудков», будет при виде чёрного кота выполнять символические жесты, открещиваясь от сглаза, предастся мистическим и метафизическим рассуждениям. В этом не будет ничего особенного, просто его поведение обусловлено его прошлым. И у тебя, надеюсь, нет никаких сомнений, что [[младенец]] из XX века, попавший к неандертальцам, вырос бы не инженером или пилотом, а охотником на мамонтов, пожирающим сырое мясо?|Оригинал=Sieć, mówiąc ogólnie, może „fałszować” — nie tylko swa własną zawartość i sprawność, ale także swój stosunek do świata. Automat, odpowiednio „wychowany”, wykaże wszystkie cechy „wiary irracjonalnej”, „przesądów”, będzie na widok czarnego kota wykonywał symboliczne gesty, odżegnujące „zły urok”, zajmie się rozważaniami mistycznymi i metafizycznymi. Nie ma w tyra nic osobliwego; jego zachowanie się określone jest przecież jego przeszłością. No, a chyba nie maisz wątpliwości, że niemowlę z XX wieku, umieszczone wśród neandertalczyków, rozwinęłoby się nie w inżyniera lub pilota, ale w polującego na mamuty pożeracza surowizny?}}
 
{{Q|Опыт первый — соединение (например, хирургическое) периферических нервов двух индивидуумов. На животных это можно проделать уже сейчас. Таким образом, создаётся возможность того, чтобы один человек чувствовал то, что воспринимают органы чувств другого человека. И тогда стало бы возможно, чтобы один человек смотрел глазами другого — после соединения периферической части его зрительных нервов с центростремительной частью нервов другого участника опыта.
Следующий этап, значительно более трудный для реализации, — это операция по соединению окончаний нервов, исходящих из двух мозгов, посредством неких проводников биологического происхождения (фрагменты живых нервных волокон) или же каких-либо других, которые, будучи подсоединеннымиподсоединёнными к нервным окончаниям одного мозга, принимают проходящие через него импульсы и передают их аналогичным нервным окончаниям другого мозга. <…>
Определённые импульсы имеют конкретное значение только в пределах данной сети, к тому же только для своих «адресатов», то есть других частей той же сети, куда они направлены. Простое перемещение серии импульсов из одного мозга в другой, несомненно, приведетприведёт только к некоему хаосу, «психической какофонии». Это одна из самых больших трудностей на пути функционального совмещения мозгов. Однако мозг способен вынести процедуру значительно более мучительную, чем введение в него функционально чуждой группы импульсов. <…> если эти два мозга пробудут соединеннымисоединёнными более длительное время, то выработается новый modus operandi, наступит координация процессов в направлении приспособляемости, то есть обучения, — и по истечении определённого времени произойдетпроизойдёт полное совмещение функций этих мозгов. Мы можем предполагать, что соединение фрагментов сети низшего уровня, то есть фрагментов, ответственных только за передачу информации от органов чувств, <…>, вызовет помехи относительно меньшие и легче устранимые, чем соединение путей, связывающих мозговые системы высшего уровня. Это значит, что соединение этих фрагментов обеих нейронных сетей, задача которых — обеспечение высшего уровня организации, объединение и формирование процессов сознания — вызовет наиболее устойчивые проявления замешательства (может быть, даже сумасшествие?), поскольку каждая из соединенныхсоединённых сетей руководствуется в своих функциях абсолютно иным, своим собственным «методом шифровки», разная частота отвечает различным символам, разные процессы по-разному взаимодействуют, синтез информации достигает результата различным образом.|Оригинал=Doświadczenie pierwsze — to zespolenie (chirurgiczna np.) nerwów obwodowych dwu osobników. Można je przeprowadzić na niższych zwierzętach już dziś. W ten sposób otwiera się szansa, by jeden człowiek odczuwał to, czego doznają narządy zmysłowe drugiego człowieka. Byłoby wiec możliwe, żeby jeden człowiek patrzał oczami drugiego, mianowicie po zespoleniu obwodowej części jego nerwów wzrokowych z dośrodkową częścią nerwów tamtego.
Doświadczenie drugie, daleko trudniejsze w realizacji, to zabieg mający na celu zespolenie dróg nerwowych dwu mózgów, a to za pośrednictwem pewnych przewodników, bądź natury „biologicznej” (mostki żywych włókien nerwowych), bądź też innych urządzeń, które, połączone z drogą nerwową jednego mózgu, odbierają płynące nią bodźce i przekazują je analogicznej drodze nerwowej drugiego mózgu. <…>
Określone bodźce mają konkretne „znaczenie” tylko w obrębie danej sieci, i do tego tylko dla ich „adresatów”, tj, innych części tej sieci, do których są skierowane. Proste wprowadzenie serii bodźców z jednego mózgu do drugiego da więc zapewne tylko jakiś chaos, „psychiczną kakofonię”. To jedna z największych trudności na drodze czynnościowego zespalania mózgów. Jednakże mózg potrafi znieść zabieg daleko cięższy od wprowadzenia weń obcej mu funkcjonalnie grupy bodźców. <…> jeśli jednak te dwa mózgi pozostaną złączone przez czas dłuższy, wytworzy się nowy ''modus operandi'', nastąpi koordynacja procesów na drodze przystosowawczej, tj. uczenia się — i po pewnym czasie dojdzie do zupełnego zjednoczenia czynnościowego tych mózgów. Oczywiście rezultat będzie w decydujący sposób zależał od tego. co właściwie z czym połączymy. Możemy sadzić, że złączenie części sieci niższorzędnych, tj. zajmujących się tylko przekazywaniem informacji z narządów zmysłowych <…> da zaburzenia stosunkowo mniejsze i łatwiej zanikające aniżeli zespolenie dróg łączących mózgowe systemy wyższego rzędu. Znaczy to, że połączenie tych części obu sieci neuronowych, których zadaniem jest .najwyższy poziom organizacji, scalanie i formowanie procesów świadomych — da objawy zamętu najtrwalsze (może nawet obłęd?), gdyż każda ze złączonych sieci posługuje się przecież w swych funkcjach całkowicie inną, własną „metodą szyfrowania”, różne częstości odpowiadają różnym symbolom, różne procesy rozmaicie na siebie wpływają, synteza informacji dochodzi do skutku w odmienny sposób.}}
{{Q|… успешное функциональное соединение двух мозгов идентично завершению их предыдущего индивидуального существования; по сути, исчезают сознания А и В, а вновь возникшее АВ качественно отличается от обоих. Это достаточно пессимистическое утверждение в том смысле, что некий вид, некий уровень «личностного уничтожения индивидуальности» при функциональном объединении двух мозгов неизбежен. Тут имеется то примечательное следствие, что обратный процесс, то есть успешное разделение соединённых мозгов, опять же свидетельствует об уничтожении некоей возникшей из ничего функциональной единицы, в какую они до этого превратились. Обратный процесс разделения явился бы началом нового процесса несоответствий и последующего этапа обучения (или же «отучения») тому, что было обретено в период соединения, а возникшие в процессе этой сложной и рискованной операции два отдельных мозга были бы — по крайней мере могли бы быть — отличными от первоначальных мозгов А и В в том смысле, что вызванные объединением глубинные внутрисетевые изменения, глубокие перестроения процессов не могли бы просто механическим образом восстановиться, скорее всего новая реституция реализовалась бы благодаря столь вторичным внутренним изменениям, что в конце концов мы получили бы мозги A<sub>x</sub> и B<sub>y</sub>, непохожие на исходные А и В.|Оригинал=… udatne zespolenie czynnościowe dwu mózgów równa się końowi ich indywidualnego, dotychczasowego istnienia; w samej bowiem rzeczy zanikają świadomości A i B, a nowo powstająca AB jest czymś jakościowo różnym od tamtych obu. Jest to stwierdzenie dość pesymistyczne w tym sensie, że jakiś rodzaj, jakiś stopień „zagłady osobniczej indywidualności” jest przy złączeniu czynnościowym dwu mózgów nieunikniony. Ma to osobliwą konsekwencję., polegającą na tym, iż proces odwrotny, tj. rozdzielenie udatnie zespolonych mózgów, oznaczałby znowu zagładę tej nowo powstałej jednostki czynnościowej, w jaką one się przekształciły. Stanowiliby on początek ponownego okresu zaburzeń i późniejszego etapu uczenia się (czy też „oduczania się”) tego, co zostało w toku złączenia nabyte, a powstałe w końcu tej skomplikowanej i ryzykownej operacji dwa mózgi oddzielne byłyby, przynajmniej mogłyby być, odmienne od pierwotnych mózgów A i B w tym sensie, że spowodowane zespoleniem daleko idące przemiany wewnątrzsieciowe, dogłębne przestrojenia procesów nie mogłyby po prostu w mechaniczny sposób ulec cofnięciu, ale ponowna restytucja zrealizowałaby się dzięki takim, po raz wtóry podjętym (przemianom wewnętrznym, iż na koniec mielibyśmy przed sobą mózgi A<sub>x</sub> i B<sub>y</sub>, różne od wyjściowych A i B.}}
 
{{Q|… прививка психических процессов человека [[w:загрузка сознания|на мозговой протез]]. <…> В принципе этот процесс представляет собой подключение к живому мозгу, то есть к нейронной сети, сети другого типа, электрической (или электрохимической). Разумеется, сначала человечество должно научиться конструировать такие сети с уровнем сложности до десяти миллиардов функциональных элементов, то есть уровня сложности мозга — на основе общей, к этому времени уже окончательно сложившейся теории сети с внутренней обратной связью. Сама прививка должна состоять из большого числа последовательно осуществляемых этапов. <…> Потому что подсоединить мозг к сети протеза сразу — значит подвергнуть его опасности, ведь тогда возможен полный распад процессов. Подумай сам, к основным каналам сети следует подключить «вспомогательные ветви», поскольку все они должны быть представлены в протезе. А подключить сразу ко всем каналам нейронной сети боковые ответвления — значит нарушить деятельность всей сети в целом; результаты могут быть плачевными. Сеть этого мозга является замкнутой и компактной функциональной единицей, и внезапный отток импульсов в другую, функционально пустую сеть — это определённая аналогия короткого замыкания. <…> Возможно, я преувеличиваю опасность и трудности, но когда речь идёт о проблеме такого масштаба, чрезмерная осторожность не порок. Надо, чтобы «личность» сети не была нарушена. Поэтому в эксперименте следует продвигаться постепенно, поочерёдно подключая к нейронной сети всё новые секции протеза, чтобы электрическая сеть была как бы «функционально впитанна», «функционально ассимилированна» живым мозгом. Со временем мы к этому придём, в том-то и состоит наша цель, чтобы подсоединеннаяподсоединённая цепь приняла значительную часть общего числа психических процессов. Когда это произойдёт, мы приступим к следующей фазе эксперимента, а именно — к столь же медленной и постепенной редукции нейронной сети. Мы не станем её уничтожать, мы только будем отключать её так, как это делается, например, во время лоботомии <…>. Если мы будем продвигаться маленькими шажками, отключая небольшие участки нейронной сети и следя за тем, чтобы не действовать преждевременно — то есть прежде чем сеть протеза переймёт соответствующие функции, — наша функциональная единица, какой станет комбинированная нейронно-электрическая сеть, будет действовать без каких-либо серьёзных неполадок, при этом электрическая часть начнёт всё больше принимать на себя постепенно затухающие функции нейронной стороны. Наконец, когда нейронная сеть будет удалена, а психические процессы целиком перейдут в сеть протеза, мы получим личность человека, полностью переместившуюся в недра протеза. Его сеть включит все психические процессы — весь загруженный объём памяти, своеобразные системы предпочтений, принципы прохождения импульсов, внутренние обратные связи — которые определяли индивидуальность живого мозга. Это будет «электрическая пересадка» живого сознания на мёртвый протез. Подобный «привой» может [[w:цифровое бессмертие|существовать произвольно долго]], поскольку его строительный материал в тысячу раз более прочен, чем материал живого мозга, а кроме того, элементы системы, которые снашиваются со временем, мы постепенно сможем заменять новыми. Вот перспективы «вечной жизни» — в рамках электрической сети или химического мозгового протеза…|Оригинал=… przeszczepienie procesów psychicznych człowieka na protezę mózgową. <…> W zasadzie proces ów polega na podłączeniu do żywego mózgu, tj. do sieci neuronowej — sieci innego typu — elektrycznej (bądź elektrochemicznej). Oczywiście pierwej ludzie muszą nauczyć się konstruować takie sieci o złożoności rzędu 10 miliardów elementów czynnościowych, tj. rzędu złożoności mózgu, a to dzięki ogólnej teorii sieci z wewnętrznym sprzężeniem zwrotnym, która będzie do tego nieodzowna. Samo przeszczepienie musi składać się ze znacznej liczby następujących po sobie etapów. <…> Dlatego, że połączyć mózg z siecią protezy naraz — znaczyłoby narazić go na niebezpieczeństwo całkowitego rozpadu procesów. Należy, zważ, do podstawowych obwodów sieci neuronowej włączyć „bocznice”, gdyż wszystkie one muszą być reprezentowane w protezie. Tymczasem włączyć do wszystkich naraz obwodów sieci neuronowej obwody uboczne — to zakłócić działanie całej w ogóle sieci; skutki mogłyby być fatalne. Sieć tego mózgu stanowi przecież zwartą, zamkniętą jednostką czynnościową, a otwarcie odpływu bodźców w drugą, pustą funkcjonalnie sieć stanowi pewną analogię „krótkiego zwarcia”. <…> Może przesadzam niebezpieczeństwa i trudności, ale gdy idzie o problem tak doniosły, nadmierna ostrożność nie może stanowić wady. Chodzi o to, aby „osobowość” sieci nie została naruszona. Dlatego właściwym postępowaniem będzie stopniowe, kolejne podłączanie do sieci neuronowej coraz to nowych sekcji protezy po to, ażeby sieć elektryczna została niejako przez żywy mózg „funkcjonalnie wchłonięta”, „zasymilowana czynnościowo”. Z czasem doprowadzimy do tego, a to jest właśnie naszym celem, że dołączona sieć przejmie znaczną część ogółu procesów psychicznych. Gdy to się stanie, przystąpimy do dalszej fazy zabiegu, tj. do równie powolnej i stopniowej redukcji sieci neuronowej. Nie będziemy jej likwidowali, lecz tylko będziemy ją odłączali, podobnie jak się to robi np. przy lobotomii <…>. Jeśli będziemy postępowali dostatecznie małymi krokami, odłączając niewielkie części sieci neuronowej i bacząc, by nie działać przedwcześnie, tj. zanim sieć protezy nie przejęła odpowiednich funkcji, nasza jednostka funkcjonalna, jaką przedstawia kombinowana sieć neuronowo–elektryczna, będzie działać bez większych zakłóceń, przy czym strona elektryczna będzie wciąż przejmowała niknące z wolna funkcje strony neuronowej. Na koniec, gdy sieć neuronowa zostanie wyrugowana, a pełne obciążenie (procesami psychicznymi przypadnie sieci protezy, będziemy mieli osobowość człowieka całkowicie przemieszczoną w głąb protezy. Sieć jej zawrze wszystkie procesy psychiczne — a więc pełny ładunek pamięci, swoiste systemy preferencji, prawidła ruchu bodźców, wewnętrzne sprzężenia zwrotne — które stanowiły o osobowości żywego mózgu. Będzie to „elektryczny przeszczep” żywej świadomości na martwą protezę. Ten przeszczep może istnieć dowolnie długo, gdyż jego budulec jest tysiące razy trwalszy, bardziej długowieczny od budulca żywego mózgu, a ponadto elementy układu ulegające zniszczeniu możemy stopniowo zastępować nowymi. Oto perspektywy „żywota wiecznego” — w obrębie sieci elektrycznej lub chemicznej protezy mózgowej…}}
 
{{Q|… сконструировать мёртвый протез как произведение, полностью инертное, лишенноелишённое каких-либо следов памяти, а также всех «индивидуальных предложений», несомненно, проще, чем синтезировать искусственный, живой, развитый, но одновременно «пустой», «без записи» мозг…|Оригинал=… zaprojektować martwą protezę jako twór całkowicie bierny, pozbawiony wszelkich śladów pamięci oraz wszelkich „propozycji osobowości”, będzie niechybnie łatwiej, aniżeli stworzyć syntetycznie sztuczny, żywy, rozwinięty, a jednocześnie „pusty”, „nie zapisany” mózg…}}
 
{{Q|ФИЛОНУС. Почему тебя не трогает вид подъёмного крана, который в десять тысяч раз сильнее тебя, и при этом оскорбляет образ машины, в тысячу раз более понятливой, чем ты? <…> Ведь, в конце концов (если ты это имеешь в виду), это мы создадим «синтетического Эйнштейна», а не [[Верный робот|он — нас]]!
ГИЛАС. Дело не в этом, дело в том, что такая перспектива, такая картина будущего неотступно создаёт навязчивое впечатление [[постгуманизм|''ненужности'' человека]]. Мыслящие машины типа [[w:en:Superintelligence|«синтетического гения»]] [[w:en:AI takeover|не нуждаются в нас]], в нашем сотрудничестве, [[w:en:AIпроблема controlконтроля problemИИ|в нашем контроле]], как нуждаются в них подъёмные краны и паровые молоты.
ФИЛОНУС. Ну и что с того, если они работают ''на нас''? <…>
ГИЛАС. Но представь, какие губительные перспективы открывает такая возможность! Какое-то время набирающие мощь электронные мозги ещё будут выполнять действия, которые люди смогут понять, охватить разумом, оценить хотя бы приблизительно. Однако впоследствии эта раз обнаруженная пропасть начнёт расширяться. Мыслящие агрегаты станут представлять нам результаты своих теоретических разработок, которые мы, возможно, и сможем применить, но понять их мы уже [[Голем XIV|окажемся не в состоянии]]. Будет всё увеличиваться область явлений, которыми станут распоряжаться автоматы. В конце концов люди съёжатся до размеров безмозглых слуг железных гениев и, может быть, начнут оказывать им божеские почести…
FILONOUS: Cóż z tego, skoro działają ''dla nas''? <…>
HYLAS: Zważ, proszę cię, jak zgubne perspektywy otwiera taka możliwość. Przez jakiś czas potężniejące elektromózgi będą jeszcze wykonywały działania, które ludzie będą mogli zrozumieć, ogarnąć, pojąć choć w przybliżeniu. Potem jednak ten raz zapoczątkowany rozziew będzie się poszerzał. Machiny myślące będą nam przedstawiały wyniki swych rozważań teoretycznych, które my potrafimy, być może, zastosować, ale których nie będziemy już w stanie zrozumieć. Coraz większa będzie dziedzina zjawisk, nad którymi pieczę roztaczać będą automaty. Na koniec ludzie skarleją do wymiaru bezmózgich sług żelaznych geniuszy i, być może, poczną oddawać im cześć boską…
FILONOUS: Wyobraź sobie, przyjacielu, że słowa twojego proroctwa w odniesieniu do rodzaju ludzkiego już się spełniły, i to w dość odległej przeszłości. <…> Powstanie elektromózgów jest to początek ewolucji środków sztucznego myślenia. Mogą się one potencjalnie uniezależnić od człowieka, tak jak uniezależniły się od niego w minionych wiekach skutki jego działalności społecznej, produkcyjnej. Wynikający z powstania społeczeństwa podział pracy, specyfika narzędzi wytwórczych, sposób produkowania utworzyły machinę, która uniezależniając się od ludzkiej woli jęła coraz bardziej ciążyć nad życiem jednostek, aż, w niektórych epokach, ludzie jęli tej maszynie — państwu — oddawać boską niemal cześć… To nie jest przypadkowa ani powierzchowna analogia, mój Hylasie! Ludziom nie wolno nigdy, ani teraz, ani w przyszłości, stracić kontroli nad produktem ich własnych rąk i mózgów. Nie wolno im oddać się spokój nej bezmyślności, intelektualnemu lenistwu, różowemu optymizmowi, ufnej wierze w to, że taki lub inny wynalazek— albo taka czy inna organizacja społeczna samorzutnie, automatycznie gwarantuje nadejście Złotego Wieku. Żadne zżymanie się, żadna niechęć, żadne oburzenia pełne powtarzanie: ,,a„a jednak człowiek jest koroną Stworzenia” nie odmieni faktów — a niezaprzeczalnym faktem jest powstawanie coraz doskonalszych i sprawniejszych elektromózgów, i nikt ich już nie wypędzi z naszego ziemskiego życia, skoro się w nim raz pojawiły. Jeśli ludzie nie będą pilnie rozważać wszelkich, ale to wszelkich, więc także i złych, najgorszych konsekwencji rozwoju elektromózgów, to skutki ich ewolucji mogą okazać się jeszcze bardziej zgubne od kryzysów, katastrof gospodarczych, bezrobocia i chaosu wolnych rynków kapitalizmu.}}
 
===VII===
{{Q|На практике действия, имеющие целью стабилизацию [[капитализм|капиталистической]] структуры с помощью силы, не представляются обществу открыто, эта реальная цель обычно прикрывается разного рода видимостью. Такие действия позволяет осуществлять соответствующая метафизическая доктрина, обосновывающая процессы, происходящие в системе. Цель доктрины может быть одна — внутренняя экспансия в связи с якобы недостатком каких-нибудь ресурсов (например, «жизненного пространства»), их может быть больше (доктрины, основанные на дискриминации <…>), также разнообразной бывает аргументация — от псевдонаучной вплоть до крайне иррациональной, <…> — однако эти рассуждения и действия всегда имеют целью такое оправдание принятых мер, которое позволит гражданам психически адаптироваться к принудительному, навязанному положению. С точки зрения кибернетики, мы здесь имеем дело с навязыванием обществу заместительных целей вместо целей реальных и, таким образом, определённый вид патологии общественных процессов, по аналогии с патологией процессов обучения, с которыми мы уже знакомы по нейронным сетям.|Оригинал=W praktyce działania mające na celu stabilizację struktury kapitalistycznej przy użyciu siły , nie są przedstawiane społeczeństwu jako takie, ale ten cel rzeczywisty bywa przysłonięty rozmaitymi celami rzekomymi. Następuje to poprzez stworzenie odpowiedniej doktryny metafizycznej, uzasadniającej procesy zachodzące w systemie. Cel doktrynalny może być jeden — ekspansja zewnętrzna w związku z rzekomym brakiem jakichś dóbr (np. „przestrzeni życiowej”), może być ich więcej (doktryny operujące dyskryminacją <…>), rozmaita bywa też argumentacja, od pseudonaukowej aż do najbardziej irracjonalnej <…> — zawsze jednak postępowanie to ma na celu takie usprawiedliwienie podejmowanych działań, które umożliwia ludziom przystosowanie psychiczne do stanu narzuconego. Z punktu widzenia cybernetyki mamy tu stawianie przed zbiorowością celów namiastkowych zamiast celów realnych, a więc pewien rodzaj patologii procesów społecznych, analogicznie do patologii procesów uczenia się, jaką poznaliśmy w sieciach neuronowych.}}
 
{{Q|Богатая, зажиточная капиталистическая страна, такая, как Соединённые Штаты, в некотором роде является аналогией тепловой машины, которая функционирует только при наличии разницы температур. Недостаточно одного лишь разогретого котла, машина заработает только тогда, когда тепло начнёт перемещаться в область более низких температур. Поэтому каждая тепловая машина имеет в своём составе охлаждение как часть механизма. Таким «охладителем» для СоединенныхСоединённых Штатов являются зарубежные рынки и колониальные страны. Капитализм порождает неравномерность развития, потому что <…> не всегда то, что нужно для общества, окупается с точки зрения выгоды.|Оригинал=Bogaty, żyjący w dobrobycie kraj kapitalistyczny, jak Stany Zjednoczone, jest w pewnej mierze analogią maszyny cieplnej, która może działać tylko przy istnieniu różnicy temperatur. Sam żar kotła niczego nie zdziała dopóty, dopóki ciepło jego nie będzie mogło płynąć tam, gdzie panuje niższa temperatura. Dlatego każda maszyna cieplna musi mieć chłodnicę. Taką „chłodnicą” są dla Stanów zagraniczne rynki i kraje kolonialne. Kapitalizm powoduje nierównomierność rozwoju, bo <…> nie zawsze to, co najlepsze dla społeczeństwa, jest najbardziej opłacalne.|Комментарий=на основе марксизма}}
 
{{Q|Угрозе невыполнения [[плановая экономика|производственного плана]], отставания определённых сфер производства от других, низкой производительности труда и всем вытекающим из этого явлениям, которые в сумме приводят к ухудшению качества продукции и её количественному уменьшению, власть противопоставляет действия специального «административно-увещевательного» аппарата. Этот аппарат принуждает людей к определённым действиям, являющимся внешней заменой внутренней мотивации. Поэтому любой прирост производства, даже его отдельные циклы, такие как сев, поднятие целины или жатва, требуют своеобразной борьбы, целых кампаний характера повсеместных и чрезвычайных усилий на благо общества. Поэтому, по мере того как пропадают общественный автоматизм и субъективная мотивация деятельности, власть из планово-регулирующего органа превращается в аппарат повсеместного вмешательства и включается в каждый производственный цикл — ба! — в каждую область культурной, общественной жизни, оказывая множеством инструкций, поощрений, лозунгов, указаний и запретов административное давление на граждан. Занятые этими функциями люди — не производители, но надсмотрщики за производством. Они создают конструктивно похожую на пирамиду иерархию бюрократической администрации аппарата. В результате необходимости постоянной концентрации повсеместных усилий и внимания на проблемах производства эта иерархия превращается из средства для достижения цели, то есть удовлетворения потребностей, в цель саму по себе. <…>
 
{{Q|ФИЛОНУС. Внимательнее вглядываясь в капиталистическую систему, на каждом шагу обнаруживаешь черты той обратной связи, которую мы называем стремлением получить прибыль, однако же в централизованной системе не наблюдается аналогичным образом повсеместных проявлений удовлетворения человеческих потребностей. <…>
ГИЛАС. Ты считаешь, что соответственная трансформация социалистической системы приведетприведёт в конце концов к возникновению структуры, близкой нашей «идеальной модели», да?
ФИЛОНУС. Я считаю, что это возможно, однако не знаю, сколько ещё попыток, крушений, экспериментов, неудач, сколько лет и усилий отделяет нас от этой цели. <…> Оптимальная структура для небольшого государства может оказаться совсем не оптимальной для гигантского, и наоборот. Централизованная система в небольшом обществе может действовать с меньшими перебоями, чем в обществе весьма многочисленном. <…> это гипотеза, не подтверждённая достаточным количеством наблюдений. Во всяком случае, создаётся впечатление, что одна и та же централизованная модель не разрушается при определённых условиях и действует в государствах разной величины при разном применении силы для гашения осцилляции; в большом государстве необходимо, понятное дело, более значительное применения силы, чем в малом, из чего можно сделать ложный вывод о том, что правители большого государства обладают большей объективной склонностью к автократическому порядку, к тирании, чем главы малых стран. По существу, здесь обнаруживается только проявление определённой динамической закономерности, столь же объективной, как и та, по которой у слона такие огромные ноги по сравнению с любым другим, меньшим, чем он, млекопитающим.
<…> общественные системы имеют нелинейный характер, что означает изменение динамических закономерностей с течением времени, поэтому никакая из этих систем не может существовать вечно, если функции системы проявляются в неизменяемой структуре произвольно длительное время. Любое изменение инструментов творчества становится причиной трансформации общественных параметров, и тогда прежде вполне стабильная модель в новой ситуации может разладиться.
Czasy dzisiejsze, przyjacielu, czasy pierwszych prób i błędów są niewątpliwie epoką tyleż heroiczną, co tragiczną, i w wyższej chyba mierze decydują o dalszych losach ludzkiego gatunku niż jakiekolwiek inne w historii. Rozum, dobroć i odwaga — oto co jest w nich najbardziej potrzebne.|Комментарий=вариант распространённых мыслей}}
 
{{Q|… параметры, существенные для динамики одной системы, могут быть несущественными или недостаточными для того, чтобы судить, какой будет динамика другой системы. Какие-то особые психические свойства, какие-то скрытые способности в одной системе могут не играть никакой роли. Если мы не учтём их в предварительном отборе и разработаем с помощью электронного мозга якобы «идеальную» систему, может оказаться, что в действительности она ничего общего с идеалом не имеет, поскольку в ней сосредоточиваются и проявляются такие человеческие черты, которые мы отбросим как несущественные. Таким образом, нет никакой гарантии, что наш предварительный отбор существенных параметров верен. Я даже не напоминаю о нелинейной характеристике общественных систем, серьёзно затрудняющей задачу. Даже когда люди создадут электронный мозг, который социологи смогут использовать в качестве модели (от чего сегодня мы ещё очень далеки), то это устройство в состоянии будет совершенно определённо давать только негативные ответы (то есть что определённая общественная система несовершенна) и никогда — позитивные (а это значит — никогда не может быть уверенности, что система, электронная модель которой действует безукоризненно, в реальности будет функционировать точно так же).|Оригинал=… parametry istotne dla dynamiki jednego systemu, mogą być nieistotne albo niewystarczające dla przewidzenia,, jaka będzie dynamika systemu odmiennego. Pewne osobnicze cechy psychiczne, pewne potencjalne uzdolnienia mogą w jednym systemie nie odgrywać żadnej roli. Jeśli je zlekceważymy w naszym wyborze wstępnym i opracujemy z pomocą elektromózgu system rzekomo „idealny”, może się okazać, iż w rzeczywistości nie ma on nic wspólnego z ideałem, ponieważ kumulują «ię w nim i przejawiają takie cechy ludzkie, któreśmy, jako nieistotne, pominęli. A zatem nie posiadamy żadnej gwarancji, ze nasz wstępny wybór parametrów istotnych jest słuszny. Nie wspominam już nawet « nieliniowej charakterystyce systemów, społecznych, która bardzo poważnie zwiększa trudności zadania. Gdy ludzie będą nawet budowali elektromózgi służące socjologom jako modele (od czego jesteśmy dziś (bardzo dalecy), to urządzenia te będą jedynie zdolne do dawania całkiem pewnych odpowiedzi negatywnych (a więc, że pewien system społeczny jest wadliwy), ale nigdy pozytywnych (tzn.; że nigdy nie będzie pewności, czy system, którego elektryczny model działa niezawodnie, w rzeczywistości będzie się zachowywał tak samo). Poza tym na budowę nawet takiego, uproszczonego urządzenia elektrycznego trzeba będzie czekać co najmniej wiek cały — podczas gdy jedyny konkurujący dziś z socjalistycznym system kapitalistyczny .znajduje się bez wątpienia u schyłku swego istnienia, jak o tym świadczy choćby narastający problem automatyzacji. Co potem? Ludzkość nie może przecież czekać…}}
 
{{Q|Когда подстраивают людей под систему, а не систему под людей, то для согласования теории с практикой становится необходимым принуждение, а оно порождает ложь. Эту ложь люди осознают в разной степени — кто-то её видит явственно, кто-то только догадывается, ещё кто-то воспринимает [[w:двоемыслие|необходимость лгать индифферентно]], даже не спрашивая, не задумываясь над тем, почему так происходит. Со временем коллективное лицемерие приводит к тому, что всё, выработанное в человеческом поведении под принуждением, становится автоматизмом, условностью. Притворство как маска срастается с лицом, эту маску невозможно снять, невозможно отделить от личности, потому что она становится интегральной частью человека. Так можно довести до тяжёлой психической травмы. <…>
В принципе, не существует общественной системы — во всяком случае, до сих пор не существовало, — в которой бы не присутствовала [[ложь]] в качестве элемента общественных процессов; особенно лживой бывает реальная мотивация начинаний, как индивидуальных, так и коллективных, в экономической, политической областях, во внутренней политике и в отношениях с другими государствами. Однако участие лжи в общественных процессах, наверное, нигде не достигает таких размеров, как в централизованной системе, особенно если её создание осуществлялось с наиболее выраженной, априорной последовательностью. Любая спонтанность человеческих реакций искореняется, а вместо неё прививаются реакции организованные, то есть предписанные властью. Общественность обязана реагировать на каждое происходящее событие — и действительно реагирует подобным образом; организованными, то есть предварительно запланированными и навязанными исполнителям-участникам, становятся даже такие формы коллективного поведения, какие в прежней общественной системе были проявлением абсолютной спонтанности (например, уличные манифестации); в этой ситуации общественное мнение, превратившись в эхо, в безусловно пассивное отражение действий и оценок властей, становится чистой формальностью. Знакомство с механикой подобных явлений производит на человека, который внезапно оказался в подобном обществе, впечатление, что он принимает участие в отрежиссированном представлении, и этот человек постоянно ждёт, что актёры наконец снимут маски и перестанут играть — а они играть не перестают...перестают… Отдельные акции организованных коллективных псевдоспонтанных действий, представляющих собой дальнейшую последовательность универсалистского вмешательства властей во все сферы жизни, со временем создают своего рода идеальный образец гражданина, который имеет такое же отношение к реальным людям, как изображения размещённых на манер восковых фигур на свадебных фотографиях в витринах провинциальных фотографов к прохожим, идущим мимо этих витрин, — или как обычное человеческое поведение к нормам, представленным в руководстве по {{comment|savoir-vivre|уменье (искусство) жить (фр.)}}. <…>
Общественная жизнь, которая в таких условиях превращается в не имеющее завершения, вечное театральное представление, с одной стороны, выделяет индивидуальности с более ярко выраженными актерскимиактёрскими способностями, эти люди способны создать приблизительно «психологически верно сколоченные» образы, которые, по сути, складываются из выражений чувств и поступков, обязательных в соответствии с очередными решениями властей; с другой же стороны, общественная жизнь пробуждает в тех, кто все явления только наблюдает, не принимая в них деятельного участия, чувство, что таким образом проявляется какой-то сверхъестественный демонизм, что это реализация какой-то мефистофельской, издевательской по отношению к человеческому роду концепции уничтожения личности во имя целей, совершенно непонятных.|Оригинал=Kiedy ludzi przystosowuje się do systemu, a nie system do ludzi, konieczny jest dla uzgodnienia teorii l praktyką przymus, który rodzi kłamstwo. Kłamstwo to ludzie uświadamiają sobie w różnym stopniu — jedni widzą je jawnie, inni tylko się go domyślają, jeszcze inni przyjmują konieczność kłamania biernie, nie pytając, nie zastanawiając się nad tym, czemu tak się dzieje. Po dłuższym czasie zbiorowe udawanie doprowadza do tego, że wszystko, co w zachowaniu ludzkim było wymuszone, staje się automatyzmem, konwencją. Udawanie, jak maska, wrasta w twarz i staje się nie do zdarcia, nie do oddzielenia od osobowości, staje się ono bowiem jej częścią integralną. W ten sposób dochodzi do ciężkiego okaleczenia psychiki. <…>
Zasadniczo nie ma systemu społecznego, a przynajmniej nie było dotąd takiego, w którego działaniu nie przejawiałoby się, jako element procesów zbiorowych, kłamstwo; w szczególności zakłamana bywa realna motywacja poczynań, tak jednostkowych, jak i zbiorowych, w dziedzinie ekonomicznej, politycznej, w stosunkach wewnętrznych i z innymi państwami. Jednakże udział kłamstwa w procesach społecznych nigdy chyba nie osiąga takich rozmiarów, jak w systemie centralistycznym, jeśli jest on realizowany z najwyższą, aprioryczną konsekwencją. Wszelka spontaniczność reakcji ludzkich ulega zagładzie, a miejsce jej zajmują reakcje organizowane, tj. nakazywane przez władzę. Zbiorowość powinna reagować na każde zachodzące zjawisko w jeden, określony teoretycznymi założeniami, sposób — i rzeczywiście w ten sposób reaguje; organizowane, wiec zaplanowane uprzednio i narzucane stają się nawet takie sposoby zbiorowego zachowania się, jakie w starym systemie społecznym stanowią przejaw zupełnej spontaniczności (np. uliczne manifestacje); w tej sytuacji opinia publiczna, stając się echem, bezwzględnie biernym odbiciem działań i ocen władzy, przekształca się w czystą fikcję. Zapoznanie się z mechaniką takich zjawisk wywiera na człowieku, który znienacka znalazł się w obrębie podobnej społeczności, wrażenie, iż bierze udział w wyreżyserowanym przedstawieniu, tak że czeka wciąż, kiedy aktorzy zdejmą wreszcie maski i przestaną grać — ale oni grać nie przestają… Poszczególne akcje organizowania zbiorowych działań pseudospontanicznych, stanowiące dalsze konsekwencje uniwersalistycznego ingerowania władz we wszystkie dziedziny życia, tworzą z biegiem czasu pewien wzorzec idealny obywatela, który tak się ma do rzeczywistych ludzi, jak upozowane na woskowe manekiny fotografie ślubne w oknach wystawowych prowincjonalnych fotografów do normalnych przechodniów — albo jak zwykłe ludzkie zachowanie ma się do norm przedstawionych w podręczniku ''savoir vivre''. <…>
Życie społeczne, które staje się w takich warunkach nie mającym końca, wiekuistym przedstawieniem teatralnym, z jednej strony wyróżnia jednostki o wybitniejszym talencie aktorskim, zdolne do stwarzania jako tako „trzymających się psychologicznie kupy” postaci, które składają się w gruncie rzeczy z reakcji narzucanych przez kolejne decyzje władzy, z drugiej zaś wzbudza ono u tych, którzy zjawiska takie obserwują nie biorąc w nich udziału, wrażenie, iż przejawia się w ten sposób jakiś niepospolity demonizm, że to jest realizowanie jakiejś mefistofelicznej, szydzącej z rodzaju ludzkiego koncepcji zagłady osobowości w imię celów całkowicie niepojętych.}}
 
{{Q|Буржуазные социология и экономика в последние десятилетия собрали уже не единичные факты интересных наблюдений и открытий, однако их фундаментальная ограниченность состоит в том, что они рассматривают (обычно по умолчанию) капиталистическую систему в качестве единственно возможной на веки веков, во всяком случае, не встречается утверждений, из которых бы следовало, что в определённых обстоятельствах требовалось бы эту систему заменить другой. Это понятно, поскольку, будучи часто весьма продвинутыми в области технологий, капиталистические деятели довольно консервативны в вопросах устройства общества, и поэтому существование капиталистической системы защищено установленными законами (вроде «кто занимается подрывной деятельностью, подлежит наказанию...наказанию… »). И поскольку нет законов, запрещающих переделывать производственные агрегаты, в то время как попытки перестраивать общественную машину запрещены, учёный, посвятивший себя именно этой проблеме, [[w:маккартизм|подвергается преследованиям]].|Оригинал=Socjologia i ekonomika burżuazyjna dokonały w ostatnich dziesięcioleciach niejednej interesującej obserwacji, niejednego odkrycia, wszelako ich podstawowe ograniczenie polega na tym, że traktują (zazwyczaj milcząco) system kapitalistyczny jako jedyny po wiek wieków możliwy, a w każdym razie nie spotyka się twierdzeń, z których by wynikało, że w pewnych okolicznościach należałoby system ten zmienić na inny. Jest to zrozumiałe, ponieważ, będąc często bardzo postępowymi w dziedzinie technologii, kapitaliści są nader konserwatywni w dziedzinie ustrojowej, tak że istnienie systemu kapitalistycznego obwarowane jest prawami stanowionymi (typu „kto podejmuje działalność wywrotową, podlega karze…”). Ponieważ nikt nie broni prawem przebudowy maszyn produkcyjnych, natomiast próby przebudowy machiny społecznej są zakazane, uczony poświęcający się temu właśnie zagadnieniu naraża się na prześladowania.}}
 
===VIII===
{{Q|… все попытки сведения проблем социологических к индивидуально-психическим без учетаучёта влияния самой общественной структуры, потому что все в равной степени могут быть [[садист]]ами — как по необходимости (если обстоятельства принуждают к этому силой), так и из удовольствия (при наличии врожденныхврождённых наклонностей). <…> В преобладающем числе случаев причины преступлений, совершённых во имя общественно-политических интересов, заключаются в самой структуре существовавшей системы, в её объективных динамических закономерностях, <…> и объяснение их исключительно с помощью психопатологического анализа — принципиальная методологическая ошибка…|Оригинал=… wszelkie w ogóle próby sprowadzenia problemów socjologicznych do indywidualno–psychicznych z pominięciem wpływów samej struktury społecznej, a to dlatego, że ludzie w takiej samej mierze mogą być sadystami z konieczności (jeśli wymaga tego siłą narzucona konwencja), co z zamiłowania (jeśli mają po temu wrodzone skłonności). <…> W znacznej większości wypadków zbrodnie popełniane z racji społeczno–politycznych mają swe przyczyny w samej strukturze istniejącego systemu, w jego obiektywnych prawidłowościach dynamicznych, <…> i wyłączne wyjaśnianie ich analizą psychopatologiczną stanowi zasadniczy błąd metodologiczny…}}
 
{{Q|ГИЛАС. … почему столь популярный в Соединённых Штатах [[психоанализ]] не распространяется так же широко в других странах Запада, например, во Франции или в Италии. Кто знает, не играет ли здесь существенную роль именно разница в уровне жизни, потому что ведь известно, что он выше всего именно в Америке?
{{Q|ФИЛОНУС. … чем [[w:открытое общество|больше свободы]] предоставляется отдельным единицам, тем большие нелинейные помехи возникают в коллективных процессах, поскольку разброс действий увеличивается в общественном масштабе; появляются противоречивые мнения, изменчивые индивидуальные реакции, диаметрально противоположные суждения и действия; по мере того, как эти явления прогрессируют, система в целом все более отклоняется от линейности, и все труднее и труднее становится как поддерживать её внутреннюю согласованность, так и прогнозировать дальнейшие события.
Хотя в [[w:закрытое общество|системе, подверженной]] безусловному действию силы, и легче поддерживать порядок, чем в системе, где сила не применяется, и хотя благодаря своим адаптационным способностям люди в состоянии привыкнуть к жизни в обществе, где нормы и договорённости навязаны силой, однако и история, и научные эксперименты последних десятилетий неуклонно свидетельствуют, что одна только механическая чёткость действия системы, одна только линейная характеристика отнюдь не даёт гарантии, что люди как элементы этой системы будут чувствовать себя хорошо — попросту говоря, что они будут счастливы.
ГИЛАС. <…> следует искать некую золотую середину между линейным и нелинейным существованием системы,..системы…|Оригинал=FILONOUS: … im więcej swobody przedstawia się jednostkom, tym większe płyną stąd nieliniowe zakłócenia procesów zbiorowych, albowiem rozrzut działań powiększa się w skali społecznej; pojawiają się sprzeczne opinie, zmienne indywidualnie reakcje, diametralnie przeciwstawne sądy i działania; w miarę postępu tych zjawisk cały system coraz bardziej odbiega od liniowości i coraz trudniejsze staje się zarówno utrzymanie jego spoistości wewnętrznej, jak i przewidywanie jego dalszych losów.
Choć łatwiej jest utrzymać ład, mechaniczne uporządkowanie zjawisk, gładkość wszystkich przebiegów w systemie poddanym bezwzględnemu działaniu siły aniżeli w obrębie systemu, w którym siła nie jest stosowana, i chociaż dzięki swym zdolnościom przystosowawczym ludzie mogą przywyknąć do życia wedle narzuconych siłą norm i konwencji, to jednak uzyskany w doświadczeniach historycznych, a także w eksperymentach ostatnich dziesięcioleci materiał doświadczalny pozwala stwierdzać z całą stanowczością, że sama mechaniczna sprawność działania systemu, sama jego charakterystyka liniowa nie stwarza bynajmniej gwarancji, iż ludzie będący jego elementami czuć się będą dobrze — że, mówiąc po prostu, będą szczęśliwi.
HYLAS: <…> należy szukać jakiegoś złotego środka pomiędzy stanem liniowym systemu a jego stanem nieliniowym,..nieliniowym…}}
 
{{Q|ФИЛОНУС. … я попытаюсь математически представить социологическую проблематику. Для наглядности ограничимся рассмотрением взаимоотношений трёх возможных фаз: [[тирания|тирании]], [[демократия|демократии]] и [[анархия|анархии]]. Мы, разумеется, осознаем всю приблизительность этих терминов, но она неизбежна при сегодняшнем состоянии наших знаний. На оси абсцисс обозначим степени свободы, какими располагает индивидуум. Нулевой степенью свободы будет обладать индивидуум, не способный вообще ни к какому действию, то есть мёртвый. Неограниченным количеством степеней свободы — неограниченным, разумеется, только теоретически — будет обладать индивидуум, чьи действия никоим образом не ограничиваются существованием окружающих, человек, не считающийся ни с кем, кроме себя. <…> Несомненно, следует различать степени свободы по отношению к другим людям от степеней свободы вообще, то есть без различия, по отношению ли к другим людям или к материальной среде (обусловленность свободы уровнем цивилизации), однако эту сторону вопроса для простоты учитывать не будем.
Какие ещё выводы мы можем сделать на основании этого графика? Во-первых, из него как будто бы следует, что если только властителям-тиранам удастся не допустить роста психической «температуры» общности выше критической и при этом они не будут увеличивать количества предоставленных их подданным степеней свободы (то есть не откажутся от применения силы), то фаза тирании, поскольку она устойчивая в этих условиях, может существовать — [[1984 (роман)|по крайней мере теоретически]] — неограниченно долго. Во-вторых, из графика следует, что демократия является всегда только устойчивой социодинамической фазой и что ''увеличение'' в её рамках психической «температуры» или степеней свободы выше некоего оптимума усиливает рост вероятности её перехода в анархию, снижение же «температуры» и уменьшение количества степеней свободы должно в конце концов превратить её в тиранию. Наконец, в-третьих, при некоторых очень низких или очень высоких психических «температурах» тирания вообще не в состоянии перейти в фазу демократии — такой переход, начавшись, немедленно ведёт прямо к анархии. <…>
И как существует температура настолько высокая, что уже никаким давлением не вернуть воду в жидкое состояние, точно так же фаза тирании, если психическая «температура» общества станет слишком высокой (бунт обреченных), переходит в анархию даже при максимальном, предельном действии силы, угрожающей гибелью всем членам общества.
В какой-то мере этот график отвечает даже на твой вопрос о возможности предвидеть появление какого-нибудь Маркса для данного общества: эта возможность аналогична возникновению исключительно большого объемаобъёма «активизирующей информации» для спонтанной нонконформистской деятельности. Вот, правда, при низкой температуре умов объемобъём информации, необходимой для создания общности, видимо, должен быть необъятным...необъятным… В этих условиях изменилась бы вероятность перехода из одной фазы в другую. Однако из графика следует, что такое изменение возможно только на участках с относительной устойчивостью, то есть относительного социодинамического равновесия фаз. Кроме социодинамической вероятности переходов, следовало бы, как мне кажется, учесть и их «социоэнергетику». Дело в том, что для уничтожения данной структуры необходимо разное количество человеческих усилий <…>.
ГИЛАС. Я только одного ещё не понял: как может существовать анархия с малым количеством степеней свободы?
ФИЛОНУС. Такая вероятность возникает только при очень высокой «температуре». В этом случае действия индивидуума ограничивает не сила власти (поскольку в связи с отсутствием всякой структуры никакой государственной власти нет), а импульсивность и экспансивность других людей (огромная при такой высокой «температуре» умов). Не относись, пожалуйста, слишком серьезносерьёзно к верхней части графика, если с её помощью ты станешь анализировать отражаемые ею социологические последствия в буквальном смысле. Такая «температура» умов, которая создаёт как бы самопроизвольно, без участия общественной структуры, давление, уменьшающее количество степеней свободы, возникает, скажем, в момент внезапного извержения вулкана, на тонущем пассажирском корабле или в городе во время уличных боёв — в условиях более обычных общностей такой «температуры» не достичь, хотя отдельные личности её и достигают. <…>
ГИЛАС. Мне кажется, что на графике должны быть незаштрихованные участки, то есть такие, где (для соответствующего качества параметров) невозможна вообще никакая фаза общественной агрегации.|Оригинал=FILONOUS: … spróbuję na prostym bardzo wykresie unaocznić ci możliwości ścisłego, matematycznego traktowania problematyki socjologicznej. Dla uczynienia tej próby przejrzystą, ograniczymy się do rozpatrzenia wzajemnego stosunku trzech możliwych faz agregacji „atomów” społecznych, tj. ludzi. Będą to fazy tyranii, demokracji i anarchii. Zdajemy sobie oczywiście sprawę z całej ogólnikowości tych terminów, ale jest ona przy obecnym stanie naszych wiadomości nie do uniknięcia. Na osi odciętych marny podaną ilość stopni swobody, jaką dysponują jednostki. Zero stopni swobody ma jednostka niezdolna do żadnego w ogóle działania, to znaczy martwa. Nieskończoną ilość stopni swobody, nieskończoną oczywiście tylko teoretycznie, ma osobnik w działaniach swych całkowicie nie ograniczony istnieniem innych, nie biorący pod uwagę nikogo prócz siebie samego. <…> Należy oczywiście odróżnić stopnie swobody względem innych ludzi od stopni swobody w ogóle, tj. zarówno względem innych ludzi, jak i otoczenia materialnego (uwarunkowanie swobody przez poziom cywilizacji), jednakże tą ostatnią stronę zagadnienia dla upraszczania pominiemy.
Druga skala pod osią odciętych wskazuje działanie siły, przy tym maksimum oznacza takie natężenie jej działania, jakie w praktyce społecznej zagraża śmiercią każdemu za najniklejsze nawet naruszenie istniejących norm i praw, minimum łaś — brak wszelkich sankcji i represji. Oczywiste jest przy tym, że im większa działa siła, tym mniej jest stopni swobody. Na osi pionowej mamy „temperaturę” psychiczną, tj. skłonność do działania spontanicznego niezależnie (więc i na przekór) od istniejących (tj. narzuconych bądź przyjętych dobrowolnie) praw, norm i konwencji w danym systemie. Druga równoległa podziałka obok wskazuje ilość informacji aktywizującej spontaniczne działanie przy danej „temperaturze” umysłowej zbiorowości.
HYLAS: Wydaje mi się, że na wykresie powinny istnieć miejsca nie zakreskowane — miejsca puste, tzn. takie, w których (dla odpowiadających im wartości parametrów) nie jest w ogóle możliwa żadna faza agregacji społecznej.|Комментарий=график приведён в книге}}
 
{{Q|ФИЛОНУС. Примитивной, но бьющей прямо в точку аналогией будет пример зверя в клетке. Открывая клетку и выпуская оттуда зверя, мы предоставляем ему большее количество степеней свободы, чем у него было в клетке. Однако может случиться, что зверь, долго сидевший в клетке, поведетповедёт себя на свободе так, как если бы он по-прежнему был в клетке, ступая по пять шагов взад и впередвперёд — поскольку дрессировка, обусловливающая его поведение (ею была его тюрьма), оказывается более сильной, чем условия новой ситуации. Так вот, общество, которое очень долго существовало в условиях тирании, к тому же тирании особенно жестокой, — может, получив «поблажку», не обнаруживать повышения умственной «температуры», то есть, несмотря на ликвидацию преград для деятельности, общество спонтанно этой нонконформистской деятельности не осуществляет. <…> Разумеется, другая общность, то есть имеющая другую историю, где не было опыта суровых репрессий, на репрессии и их ослабление среагирует совершенно иначе. Таким образом, нелинейность общественного уклада вызвана историей, прошлым опытом. Наш график не учитывает истории и поэтому не обладает свойством прогнозирования, даже не претендует на это. <…> Кроме того, теория должна будет учитывать помимо массово-статистического ещё и потенциально сингулярный аспект явлений. Как тебе известно, частичка пыли, попав в сосуд с водой, не изменит её состояния. Однако если это сосуд с водой, охлаждённой ниже точки замерзания, частичка, став причиной кристаллизации, вызовет внезапное превращение воды в лёд. Точно так же и роль личности в формировании общественных процессов в реорганизации существующей структуры зависит от состояния этой структуры. В фазе безусловной устойчивости тирании даже исключительно нонконформистская личность ни на что не повлияет, лишь подвергнет себя уничтожению.
ГИЛАС. Однако представь себе обстоятельство, при котором личность, любая, с точки зрения способностей, сможет повлиять на ход коллективных преобразований именно тогда, когда её привилегией будут не выдающиеся способности, а специфическое место в общественной структуре. Король или тиран может быть самым средним индивидуумом, но тот факт, что в его лице концентрируются обратные связи общественных процессов, даёт ему возможность принимать решения, например, о войне и мире. И следовательно, влияние сингулярности (явлений исключительности, отдельности) на судьбы общности одинаково оказывается как «каталитическим», то есть в котором важно только состояние системы и личные особенности индивидуума, так и «топологически» обусловленным, когда оно определено местом, занимаемым в структуре.|Оригинал=FILONOUS: Prymitywną, lecz trafiającą w sedno analogią jest przykład uwięzionego w klatce zwierzęcia. Otwierając klatkę i wypuszczając z niej zwierzę dajemy mu większą ilość stopni swobody, niż miało ich w klatce. Zdarza się jednak, że zwierzę, długo więzione, zachowuje się po wypuszczeniu tak, jakby przebywało nadal w klatce, robiąc po pięć kroków naprzód i w tył — gdyż tresura warunkująca jego zachowanie się, jaką było więzienie, okazuje się silniejsza od nowej sytuacji. Otóż społeczeństwo, które przez bardzo długi czas żyło pod tyranią, dodajmy: tyrania szczególnie okrutną — może, przy jej „pofolgowaniu”, nie wykazywać zwyżki „temperatury” umysłowej, tzn. mimo znikania dotychczasowych zapór działania nie ujawnia ono spontanicznie działalności nonkonformistycznej. <…> Oczywiście odmienna zbiorowość, tj. posiadająca odmienną historię, która srogich represji nigdy nie doświadczała, na represje i ich osłabienie zareaguje zupełnie inaczej. A zatem nieliniowość układu społecznego powodowana jest jego historią, jego przeszłymi doświadczeniami. Nie uwzględniający tej historii wykres nasz nie może zatem posiadać wartości prognostycznej i nie rości sobie do tego pretensji. <…> Ponadto teoria będzie musiała uwzględnić poza masowo statystycznym, także potencjalnie singularny aspekt zjawisk. Jak wiesz, drobinka kurzu dostając się do naczynia z wodą nie wywrze wpływu na jej stan. Jeśli to jest jednak naczynie z wodą przechłodzoną poniżej punktu zamarzania, drobinka ta, stając się ośrodkiem krystalizacji, spowoduje nagłą przemianę wody w lód. Podobnie rola jednostki w kształtowaniu procesów społecznych, w reorganizowaniu istniejącej struktury, zależy od stanu tej struktury. W fazie bezwzględnej trwałości tyranii najbardziej nonkonformistyczna jednostka nie zdziała nic, narażając się jedynie na zagładę. <…>
HYLAS: Wyobraź sobie jednak okoliczność, w której jednostka byle jaka, co się tyczy jej uzdolnień, będzie mogła wpłynąć na bieg przemian zbiorowych, wtedy mianowicie, kiedy będzie uprzywilejowana nie przez posiadanie szczególnych umiejętności osobistych, ale przez specyficzne umieszczenie w obrębie struktury społecznej. Król czy tyran może być indywiduum najprzeciętniejszym w świecie, lecz fakt, że w jego osobie koncentrują się sprzężenia zwrotne procesów zbiorowych, daje mu możliwość decydowania o wojnie czy pokoju np. A zatem wpływ singularyzmów (zjawisk jednostkowych) na losy zbiorowości okazuje się zarówno „katalityczny”, tj. taki, w którym ważny jest tylko stan systemu i cechy osobnicze jednostki, jak też — „topologicznie” uwarunkowany, gdy przesądza o nim miejsce zajmowane w strukturze.}}
<…> создание [[искусственный интеллект|мыслящих машин]] вводит новый, своеобразный вид [[равенство|равенства]] в том смысле, что сегодня не существует уже, собственно, никакого рода человеческой деятельности, которую в принципе не могла бы выполнить машина, в то время как вплоть до недавних пор было распространено мнение, что механизировать можно только «низшие» функции <…>. В наши дни грань между умственным и физическим трудом размывается, и, следовательно, должна будет исчезнуть одна из причин, на основании которой [[интеллектуал]]ы склонны считать себя за нечто более ценное, чем другие члены общества.|Оригинал=Mówiliśmy o psychotechnice. Może ona być dla socjologa–konstruktora przyszłości tylko pewnym narzędziem pomocniczym, ale nigdy wytyczną działania, albowiem o tym, jakie stanowiska są do obsadzenia, jakie są potrzebne społecznie zawody i funkcje, jaki jest plan organizacyjny produkcji i dystrybucji — o tym wszystkim decyduje wszak nie psychotechnika, lecz struktura społeczna (plus poziom j cywilizacji). Psychotechnika, która w pewnym sensie „odpowiada materiałoznawstwu konstruktorów, może powiedzieć nam, czym (a raczej — kim) wypełnić puste miejsca konstrukcji — ale ta konstrukcja musi już istnieć, plan jej musi być już dany.
Psychotechnika, jako mierniczy instrument różnicujący, winna służyć tylko temu, aby właściwi ludzie byli kierowani na odpowiadające im, właściwe miejsca, ale w żadnym wypadku nie może ona stanowić narzędzia hierarchizującego, wprowadzającego elitaryzm, nierówność społeczną czy jakiekolwiek uprzywilejowanie.
<…> stworzenie maszyn myślących wprowadza nowy, swoisty typ równości w tym sensie, iż obecnie nie istnieje już właściwie żadna czynność ludzka, której w zasadzie nie mogłaby wykonać maszyna, podczas gdy jeszcze do niedawna rozpowszechnione było mniemanie, że mechanizować można jedynie czynności ,,niższe”„niższe” <…>. Obecnie ta granica między pracą umysłową a fizyczną zaciera się, a tym samym zniknąć musi jeden z powodów, dla których intelektualiści skłonni bywają uważać się za. coś cenniejszego od innych członków społeczności.}}
 
{{Q|В отношении высокоразвитых обществ будущего существует опасность квазикастовой сегрегации, вызванной детализированной, продвинутой профессионально-научной специализацией.
{{Q|Благодаря [[w:Польский Октябрь (1956)|«оттепели» в 1956 году]] стало возможно опубликовать «Диалоги», но поскольку никто в издательстве не знал, о чём эта книга и что она значит, на обложке художник нарисовал сцену, а на ней лестницу и две брошенные туфли.|Автор=«[[Отрывок автобиографии: моё приключение с футурологией]]», 1995}}
 
{{Q|Всё, что здесь, на первой странице [первого издания] написано<ref name="и1"/>, так это они не понимали, никто… издатель даже не понимал, что это всё значит, думал, может быть, я немножко с ума сошелсошёл, а?<ref>Станислав Лем о России и о себе / Беседовал В. Борисов // Уральский рабочий (Екатеринбург). — 1999. — 10 дек. — С. 9, портрет.</ref><ref>Так говорил Лем… по-русски // Станислав Лем, Станислав Бересь. Так говорил… Лем. — М.: АСТ Москва, Хранитель, Минск: Харвест, 2006.</ref>|Комментарий=беседа шла на русском языке|Автор=интервью «В какое необыкновенное время мы живём теперь!», 1999}}
 
== Примечания ==
{{примечания}}
 
[[Категория:Диалоги]]
[[Категория:Кибернетика]]
[[Категория:Произведения Станислава Лема]]