Духота: различия между версиями

2258 байт добавлено ,  2 месяца назад
поправки и дополнения
(уже тошнило)
(поправки и дополнения)
 
[[Файл:2013. Крым 648.jpg|thumb|right|350px|<center>Лето. [[Жара]]. [[Зной]]. Духота]]
'''Духота́'''  — дурной [[воздух]], создающий внешние затруднения для дыхания.
* В применении к закрытому помещению: душный, несвежий, спёртый воздух, в котором трудно и неприятно дышать.
* В применении к открытой атмосфере: знойный, жаркий воздух (чаще летний, перед [[гроза|грозой]]), стесняющий [[дыхание]] и насыщенный испарениями.
== Духота в научно-популярной литературе и публицистике ==
<!-- цитаты в хронологическом порядке -->
{{Q|И, не правда ли, как отрадно и мило жить среди этого великого, царственного и доблестного народа, на берегах матушки Волги, где-нибудь вблизи очаровательных белых стен и золотых глав древней и прекрасной [[Кострома|Костромы]]? Но вот идёшь в какую-нибудь костромскую деревню, входишь в дом чей-нибудь, — и такой тоской сжимается сердце! [[Нищета]]? Нет, ничего подобного, — какая там нищета! [[Грязь]] нестерпимая, смрад, духота, — разве это от бедности? В тёплый летний день окна в избе крепко затворены, воздух — топор вешай.
— Отчего окна не откроете?
— Мошкара налетит.
Нет, [[бедность]] здесь не при чём.<ref>''[[w:Сологуб, Фёдор Кузьмич|Сологуб Ф.К.]]'' Собрание сочинений в 6 томах. — Москва,
Интелвак, 2000 г. — Статья была опубликована: Биржевые ведомости. № 15607. 9 июня 1916 г. (Утренний выпуск)</ref>|Автор=[[Фёдор Кузьмич Сологуб|Фёдор Сологуб]], «С тараканами», 1916}}
 
{{Q|И будет казаться, что все это было давным-давно и вовсе не здесь, а в какой-то далекой и южной стране. Стоит [[жара]] неделю, стоит две, уже невозможно от хмари и духоты, ходят кругами тучки, [[вечер]]ами [[перед грозой|вдали грохочет]], [[зарница|зарницы]] полыхают, а все [[перед дождём|нет и нет дождя]], охают бабки, поливают свои [[огород]]ы и все кряхтят: «От бы [[дождь|дожжа]]». А «дожжа» все нет и нет...<ref name="Тарковский">''[[w:Тарковский, Михаил Александрович|Михаил Тарковский]]'', «Жизнь и книга», — М., журнал «Октябрь», №9 за 2002 г.</ref>|Автор=[[Михаил Александрович Тарковский|Михаил Тарковский]], «Жизнь и книга», 1983}}
 
{{Q|[[перед грозой|Предгрозовая]] духота. Голодная [[цапля]] на длинных, стройных ногах замерла у входа в [[ресторан]] и краешком безжалостного глаза наблюдает за большой и толстой [[жаба|жабой]], неосторожно квакающей из окна своего ленд крузера.<ref name="беру">''[[w:Бару, Михаил Борисович|Михаил Бару]]''. «Навоз божьих коровок». — Саратов: «Волга», № 9-10, 2012 г.</ref>|Автор=[[Михаил Борисович Бару|Михаил Бару]], «Навоз божьих коровок», 2012}}
 
{{Q|[[Дождь]] собирался с самого утра, но… сначала не было туч вообще, и никто не знал, куда они подевались, потом они появились, но мелкие, потом не было ветра, потом он подул, но слабо, потом подул сильнее, но [[гром]] не гремел, а глухо ворчал где-то за тридевять земель и кряхтел, точно старый дед к перемене [[погода|погоды]]. [[Воздух]] стал душным и так сгустился, что [[шмель|шмели]] со [[стрекоза]]ми вязли в нем, как в [[кисель|киселе]], еле-еле шевелили [[крылья]]ми и гудели ниже низкого, с перебоями, а некоторые и вовсе глохли, точно у них засорились инжекторы или [[воздух]] попал в топливные шланги.<ref name="беру">''[[w:Бару, Михаил Борисович|Михаил Бару]]''. «Навоз божьих коровок». — Саратов: «Волга», № 9-10 2012 г.</ref>|Автор=[[Михаил Борисович Бару|Михаил Бару]], «Навоз божьих коровок», 2012}}
 
{{Q|Мой главный наставник Саша Подражанский после очередного сеанса обучения управлению аппаратом, в процессе которого он показывал, «как надо отжимать пальцы [[труп]]а от рычагов управления, чтобы получить к ним доступ в случае [[авария|аварии]]», когда мы оба полностью одурели от невыносимой духоты в отсеке стоявшего на [[солнцепёк]]е «Пайсиса», сказал: «Ну, это-то вряд ли понадобится: в случае чего ты первый загнёшься».<ref>''[[Александр Моисеевич Городницкий|А. М. Городницкий]]''. Тайны и мифы науки. В поисках истины. — М.: Эксмо, Яуза, 2014 г.</ref>|Автор=[[Александр Моисеевич Городницкий|Александр Городницкий]], «Тайны и мифы науки», 2014}}
 
{{Q|[[июльская гроза|Июль накапливал грозы]]. По [[ночь|ночам]] испуганно метавшиеся [[зарница|зарницы]] с громовым треском раздирали пополам небо. Днями ползли тяжелые [[свинец|свинцовые]] тучи, далеко в горах гремел гром. [[гроза|Грозы]] ждали каждый день. Но горячий, как из печки, [[ветер]] упорно тянул с собою [[тучи]]; скрываясь за горами, они ползли на [[горизонт]], земля и зелень задыхались и темнели от [[зной|зноя]]. От духоты и [[жара|жары]] люди не находили себе места. Даже [[ночь]]ю трудно было ходить, — так сомнительна была ее прохлада.<ref>''[[w:Большаков, Константин Аристархович|Константин Большаков]]'', Бегство пленных, или История страданий и гибели поручика Тенгинского пехотного полка Михаила Лермонтова. Роман. Стихотворения. — М.: Художественная литература, 1991 г.</ref>|Автор=[[Константин Аристархович Большаков|Константин Большаков]], «Бегство пленных, или История страданий и гибели поручика Тенгинского пехотного полка Михаила Лермонтова», 1928}}
 
{{Q|Мы слушаем стихи, пьем [[Токайские вина|токайское]], о чем-то разговариваем. Наконец, прощаемся. Как приятно вдохнуть полной грудью после благовонной духоты этого дома. Духоты и ещё чего-то веющего там ― среди смирнских ковров и севрских ваз…<ref>''[[Георгий Владимирович Иванов|Иванов Г.]]'' Мемуарная проза. М.: «Захаров», 2001 г. (по изд.: Георгий Иванов. Петербургские зимы. Париж: Книжное дело «La Source» 1928 г.</ref>|Автор= [[Георгий Владимирович Иванов|Георгий Ива́нов]], «Петербургские зимы», 1928}}
 
{{Q|Кричит подо мной баба, я вижу ее запавшие, кричащие на меня [[глаза]]: