Владимир Сергеевич Соловьёв: различия между версиями

3382 байта добавлено ,  11 месяцев назад
линия Чаадаева + викификация, оформление
(трюизм)
(линия Чаадаева + викификация, оформление)
 
{{Q|Кому случалось хоть раз в жизни видеть [[покойный|покойного]] Владимира Сергеевича Соловьёва — тот навсегда сохранял о нём впечатление человека, совершенно непохожего на обыкновенных смертных. Уже в его наружности, в особенности в выражении его больших прекрасных [[глаз]], поражало единственное в своём роде сочетание [[немощь|немощи]] и [[сила|силы]], физической беспомощности и духовной глубины.
Он был до такой степени близорук, что не видел того, что все видели. Прищурившись из-под густых бровей, он с трудом разглядывал близлежащие предметы. Зато, когда взор его устремлялся вдаль, он, казалось, проникал за доступную внешним чувствам поверхностность [[вещь|вещей]] и видел что-то запредельное, что для всех оставалось скрытым. Его глаза светились какими-то внутренними лучами и глядели прямо в [[душа|душу]]. То был [[взгляд]] человека, которого внешняя сторона действительности сама по себе совершенно не интересует. <...>
[[Эксцентричность]] его наружности и манер многих смущала и отталкивала; о нём часто приходилось слышать, будто он «позёр». [[Люди]], его мало знавшие, склонны были объяснять в нём «позой» всё им непонятное. И это тем более, что всё непонятное, и особенно в человеке, обладает свойством [[оскорбление|оскорблять]] тех, кто его не понимает. На самом деле, однако, те странности, которые в нём поражали, не только не были позой, но представляли собой совершенно естественное, более того — [[наивность|наивное]] выражение внутреннего настроения человека, для которого здешний мир не был ни [[истина|истинным]], ни подлинным.<ref name="Мир.Соловьёва">''[[Евгений Николаевич Трубецкой|Трубецкой Е. Н.]]'' Миросозерцание Вл. С. Соловьёва. — Москва, Типография Товарищества [[w:Мамонтовы (купцы)#Роспись|Анатолия Ивановича Мамонтова]], 1913.</ref>|Автор=[[Евгений Николаевич Трубецкой|Евгений Трубецкой]], «Личность В. С. Соловьёва», 1911}}
 
{{Q|Своему [[друг]]у, [[доктор]]у Петровскому, он говорил, что «[[обед]]ать через день совершенно достаточно для человека и что потребность в каждодневном обеде есть не что иное, как дурная привычка».<ref name="Мир.Соловьёва"/>|Автор=Евгений Трубецкой, там же}}
{{Q|С беспомощностью в Соловьёве сочеталась безалаберность человека, совершенно неприспособленного к жизни. Бесприютный [[скиталец]], он вечно странствовал и не имел определенного местопребывания. У него никогда не было определённых часов ни для [[еда|еды]], ни для [[сон|сна]], ни для занятий. Он делал из ночи [[день]], а изо дня — [[ночь]]. Проведя вечер в кругу друзей, он иногда после [[ужин]]а садился за занятия, писал целую ночь и ложился рано [[утро]]м. Когда он оставался один, без заботливого попечения людей ему близких (что случалось с ним очень часто), он, не признавая завтраков и обедов, ел, и то не всегда, когда его вынуждал к тому [[голод]], питаясь [[вегетарианство|вегетарианской]] пищей. Но, если тут же заходил к нему приятель, он любил угощать его [[вино]]м и сам пил, не справляясь о [[час|часах]].<ref name="Мир.Соловьёва"/>|Автор=Евгений Трубецкой, там же}}
 
{{Q|В годы своей первой заграничной поездки Соловьев очень интересуется новейшими религиозно-коммунистическими опытами в Америке, в частности, братством так наз. «[[перфекционизм|перфекционистов]]» в Онеиде, читает только что тогда вышедшую книгу Нордгофа об этих общинах (срв. воспоминания Янжула). Этот интерес не остывал вполне у Соловьева и позже… И в первом из своих «Чтений о Богочеловечестве» Соловьев говорил, прежде всего, именно о «правде [[социализм]]а»… Весь творческий путь Соловьева может быть понят и объяснен именно из этого искания социальной правды… «Социализм является, как сила исторически оправданная», ― хотя бы то была только правда вопроса или потребности. Осуществить свой замысел или идеал социализм не может и не сможет, пока останется движением мирским и только человеческим. «Социализм своим требованием общественной правды и невозможностью осуществить ее на конечных природных основаниях логически приводит к признанию необходимости безусловного начала в жизни, т. е. к признанию религии».<ref>''[[Флоровский, Георгий Васильевич|Флоровский Г. В.]]'' Пути русского богословия. — Москва: «Институт русской цивилизации», 2009 г.</ref>|Автор=[[w:Флоровский, Георгий Васильевич Флоровский|Георгий Флоровский]], «Пути русского богословия», 1936}}
 
{{Q|[[теология|Теологическая]] лексика Соловьева затемняет смысл его идей, хотя он сам старается расшифровать свой «[[эзопов язык]]». Ранее он объяснял смысл понятия «Вселенская церковь» как торжество общечеловеческого над [[национализм|националистическим]]. Таким образом, его [[Троица]] расшифровывается как [[идеология|идеологическое]] подчинение правительственной власти ([[власть]] государства <nowiki>=</nowiki> власти Сына) интересам общей [[Европа|Европы]] (Вселенская церковь <nowiki>=</nowiki> священству Отца) путем введения свободы мысли и слова (общественная [[свобода]] <nowiki>=</nowiki> действию Духа) в России. Европейское же единство необходимо во имя решения международных и социальных конфликтов ненасильственым путем ― идея, к которой только сейчас, спустя целое столетие, начинают приближаться некоторые, наиболее развитые в политическом плане, мировые державы. Соловьев предлагал совсем не абстрактные [[богословие|богословские]] рассуждения, а чрезвычайно смелый общественно значимый проект реформ в стране. Неудивительно, что в период контрреформ не было никакой надежды на публикацию сочинений философа. В данном случае даже эзопов язык, столь характерный для русской [[публицистика|публицистики]], не мог обмануть [[цензура|цензуру]], как единственный раз в истории удалось это сделать [[Пётр Яковлевич Чаадаев|Чаадаеву]].<ref name="цим">''[[w:Цимбаева, Екатерина Николаевна|Цимбаева Е. Н.]]'' «Русский католицизм» как общественно-философское течение XIX века. — М., ЛКИ, 1996 г.</ref>|Автор=[[Екатерина Николаевна Цимбаева.|Екатерина Цимбаева]], «Русский католицизм» как общественно-философское течение XIX века, 1996}}
 
{{Q|Западничество, [[славянофильство]], русский [[католицизм]], сделав свое дело в подготовке демократических преобразований в стране и отстояв свои умеренные завоевания, сошли на нет. Но именно в новом веке философская линия [[Пётр Яковлевич Чаадаев|Чаадаева]] ― [[w:Гагарин, Иван Сергеевич|Гагарина]] ― Вл. Соловьева нашла неожиданное преломление в русской культуре, обретя многочисленных последователей среди деятелей искусства. Религиозная философия Владимира Соловьева отразилась не только в его богословских трудах, но и в лирике, подзабытой в наше время. Именно через его поэтическое творчество она стала достоянием XX века, идейной основой культурного взлета «Серебряного века». Одними из первых влиянию Соловьева поддались его племянник [[Сергей Михайлович Соловьёв (поэт)|С. М. Соловьев]] и состоявший с ним в родстве [[Александр Александрович Блок|А. А. Блок]]. Литературные и дружеские контакты молодого Блока с поэтами и прозаиками [[символизм|символистского]] направления чрезвычайно расширили круг почитателей и последователей Соловьева. Конечно, дело было не в желании друзей поэта принимать его [[идеал]]ы. Поэзия Соловьева нашла отклик в среде, казалось бы, далекой по устремлениям, мышлению, возрасту от его эпохи. Передовые идеи зарождаются в предшествующем поколении и становятся достоянием большинства в последующем.<ref name="цим" />|Автор=[[Екатерина Николаевна Цимбаева|Екатерина Цимбаева]]. «Русский католицизм» как общественно-философское течение XIX века, 1996}}
 
== Примечания ==
{{примечания}}
 
== См. также ==
* [[Символизм]]
* [[Александр Александрович Блок|Александр Блок]]
* [[Валерий Яковлевич Брюсов|Валерий Брюсов]]
* [[Константин Дмитриевич Бальмонт|Константин Бальмонт]]
* [[Вячеслав Иванович Иванов|Вячеслав Иванов]]
 
{{DEFAULTSORT:Соловьёв, Владимир Сергеевич}}