Официант: различия между версиями

2483 байта добавлено ,  1 год назад
«Человек, счёт!»
(официант в СТАРОМ значении ДВОРЕЦКИЙ)
(«Человек, счёт!»)
 
{{Q|Конант тоже написал [[стихи]], он озаглавил их «Газель у родника». То было типичное сочинение человека, который считает, что амариллис не [[цветок]], а пасту́шка у [[Феокрит]]а, а все свои сведения о [[птица]]х почерпнул из бесед с официантами в [[ресторан]]е. Конант поставил под стихотворением свою подпись, и мы отправили его тому же редактору.|Автор=[[О. Генри]], «[[Деловые люди#Поэт и поселянин|Поэт и поселянин]]», 1910}}
 
{{Q|После третьей рюмки Громов вдруг застучал [[нож]]ом по [[тарелка|тарелке]]. Бедняга сделал это машинально, просто по привычке к [[ресторан]]у, где таким образом подзывается официант для перемены тарелок или для чего другого.
Но тут же опомнился и с [[ужас]]ом поглядел на хозяев.
— Браво, — не понял его Подходцев. — Громов хочет сказать речь. Говори, дружище, не бойся.
Это все-таки был [[выход]].
— Господа! — начал Громов, запинаясь. — [[Русские пословицы|Русская пословица]] говорит: «Одна [[голова]] не бедна, а если и [[бедность|бедна]], так одна»… Гм! То есть не то! Я хотел сказать другое. Впрочем… Зачем слова, господа? Главное — [[поступок|поступки]]! Гм!..
И совершил поступок: сел и обжег себе губы [[чай (напиток)|чаем]].
Домой возвращались угрюмые.
— Насколько я понял твой стук ножом по тарелке, — сердито сказал Клинков, — ты просто звал официанта?
— Понимаешь… Я совсем машинально. Привычка…
— Знаешь, чего я боялся?
— Ну? — робко взглянул на него измученными [[глаза]]ми Громов.
— Что ты, когда поужинаешь, вдруг застучишь по тарелке и скажешь: «Человек, счёт!»
— Ты [[психология|психолог]].<ref name="Аверченко">[[Аркадий Тимофеевич Аверченко|А.Т. Аверченко]]. «[[Шутка]] мецената». Олма-Пресс, 2001. ''«Подходцев и двое других» (1917)''</ref>|Автор=[[Аркадий Тимофеевич Аверченко|Аркадий Аверченко]], «[[s:Подходцев и двое других (Аверченко)/Часть II/Глава 12|Подходцев и двое других]]», 1917}}
 
{{Q|Старые [[половой|половые]], посылаемые на крупные [[ресторан]]ные заказы, имели [[фрак]]и, а в единственном тогда «Славянском базаре» половые служили во фраках и назывались уже не половыми, а официантами, а гости их звали: «Человек!»