Лысенковщина: различия между версиями

7 байт добавлено ,  8 месяцев назад
Нет описания правки
(долго ещё не переведутся подлые эгоисты, балбесы, лжецы и фанатики)
 
 
«'''Лысенковщина'''» — политико-лженаучная кампания по [[w:сталинские репрессии|преследованию и шельмованию]] генетиков, отрицанию генетики ([[w:вейсманизм-морганизм|«вейсманизма-морганизма»]] и [[w:Мендель, Грегор|«менделизма»]]) и её временному запрету [[w:генетика в СССР|в СССР]]. Развёртывалась под лозунгами [[w:мичуринская агробиология|«мичуринской агробиологии»]] с середины 1930-х до первой половины 1960-х годов. Получила своё популярное название по имени агронома [[Трофим Денисович Лысенко|Т. Д. Лысенко]], ставшего её символом. Среди его главных сторонников были [[Исаак Израилевич Презент|И. И. Презент]], [[Ольга Борисовна Лепешинская|О. Д. Лепешинская]].
 
<!--хронологически-->==Примеры риторики лысенковцев==
:::''Остальные цитаты указанных в преамбуле лиц см. в статьях о них''.
{{Q|Для того чтобы собрать 300 000 номеров в свой «фонд мировых растительных ресурсов», [[w:Всероссийский институт растениеводства имени Н. И. Вавилова|ВИРу]] пришлось организовать во все части Старого и Нового Света десятки экскурсий и затратить на это миллионные средства. А что от этого ценного получила селекция? Да ровным счётом ничего. <…> Заморозив в своих 2-3 растительных кладовых сотни тысяч подчас ценнейших для производства и селекционной работы растений, работники ВИРа ревниво охраняют этот запас, как скупые рыцари, сидящие на сундуках с золотом. <…> Правда, иногда И. В. Мичурин получал от ВИРа несколько штук семян или косточек кое-каких растений, но они, как правило, всегда были невсхожи. Вероятно, ВИР, для того чтобы отвязаться от настойчивых требований Мичурина, посылал ему первые попавшиеся семена музейной давности с навсегда уже потерянной всхожестью.<ref>Социалистическое реконструкция сельского хозяйства. — 1936. — № 12. — С. 55-56.</ref><ref name="мп"/>{{rp|с.134}}|Комментарий=Экспедиции ВИРа, а не экскурсии, совершались, как правило, одним-двумя научными сотрудниками и, при огромной научной эффективности, были предельно скромны. Так, экспедиция 1926 1927 гг., когда Н. И. Вавилов один объехал Средиземноморье и послал в СССР десятки посылок с ценнейшими материалами, стоила всего 36 тыс. рублей.<ref name="мп"/>{{rp|с.134}}|Автор=П. Яковлев, «О теориях настоящих генетиков»}}
 
==О лысенковщине==
{{Q|У меня сложилось такое представление, что Лысенко плохо знает содержание науки. <…> У него не хватает эрудиции. Этой эрудицией ему помогает Презент, который тоже не знает физиологии, но в последнее время интересуется ею. Получается комбинация, синтез, который дал, с одной стороны, интересную мысль, с другой стороны, пестрит рискованными местами. Поскольку пресса подхватывает некоторые утверждения Лысенко — Презента, они приобретают, с моей точки зрения, угрожающий характер. <…> Шумиха, которая имеет место <…> не только выворачивает мозги у молодёжи и аспирантов, выворачивает мозги и у самих работников; а у Лысенко получается [[w:головокружение от успехов|головокружение от успехов]], которое лишает его возможности держаться на ногах.<ref name="мп"/>{{rp|с.103}}|Автор=[[w:Завадовский, Михаил Михайлович|Михаил Завадовский]], слова на заседании президиума [[w:ВАСХНИЛ|ВАСХНИЛ]], 17 июля 1935}}
 
{{Q|Презент и Лысенко шельмуют данные современной генетики, явно не прочитав ни строчки из [[w:Морган, Томас Хант|Моргана]] и Менделя. <…> Наша селекция построена на генетике, а генетика имеет массу достижений, особенно за последние годы. Не принимать в расчет эти достижения — значит, ничего не понимать. Так критиковать, как критикуют Презент и Лысенко, неприлично, особенно неприлично нам в СССР, где ЦК партии и Совнарком решили устроить международный конгресс по генетике, а наши академики помещают критику рыночного характера. <…> Пишут, что есть только два селекционера, [[Мичурин]] и Лысенко. <…> Действительно, в СССР был выдающийся селекционер Мичурин, который имел огромные достижения, но ставить Лысенко на одну доску с Мичуриным нельзя, ведь он на протяжении десятка лет не вывел ни одного сорта.<ref name="мп"/>{{rp|с.104}}|Автор=[[w:Мейстер, Георгий Карлович|Георгий Мейстер]], там же}}
 
{{Q|Если наши выдающиеся практики будут высказываться в пользу теорий и мнений, явно абсурдных для каждого, кто хоть немного знает генетику, такие, как положения, выдвинутые недавно президентом Лысенко и его единомышленниками, <…> то стоящий перед нами выбор будет аналогичен выбору между знахарством и медициной, между астрологией и астрономией и между алхимией и химией.<ref>Архив ВАСХНИЛ, оп. 450, св. 473, д. 48.</ref><ref name="мп"/>{{rp|с.122}}|Автор=[[w:Мёллер, Герман Джозеф|Герман Мёллер]], речь на IV сессии ВАСХНИЛ, декабрь 1936}}
 
{{Q|Это же какая-то религия!<ref name="мп"/>{{rp|с.135}}|Комментарий=после одного особенно бездоказательного доклада лысенковца|Автор=[[Николай Вавилов]]}}
 
{{Q|года <…> [мы] заговорили о судьбах института. Николай Иванович высказывал убеждение, что дело ещё далеко не проиграно. Сказал решительно: «Если всех наших врагов утопить в Фонтанке, то по малой их значимости даже пузыри не пойдут». В реальность своего ареста не верил: «Не посмеют».<ref name="мп"/>{{rp|с.163}}|Автор=Николай Вавилов, в беседе с А. В. Гурским, зима 1940}}
 
{{Q|[[Берия]] заодно с теми, кто хочет нажить капитал на деградации нашего сельского хозяйства и нищете крестьянина. Вавилов им мешал. Его нет. И против них мы ничего не в силах сделать.<ref>Купцов А. И. Памяти Николая Ивановича Вавилова. Рукопись. — 1958.</ref><ref name="мп"/>{{rp|с.219}}|Автор=[[Дмитрий Николаевич Прянишников|Дмитрий Прянишников]], слова А. И. Купцову, январь 1944}}
 
{{Q|К сожалению, у нас уничтожены все центры научной работы по генетике. По подбору научных кадров в Академии я вижу пагубные последствия этой государственной ошибки.<ref name="мп"/>{{rp|с.215}}|Автор=[[Владимир Иванович Вернадский|Владимир Вернадский]], письмо [[w:Холодный, Николай Григорьевич|Н. Г. Холодному]], 16 сентября 1944}}
 
{{Q|Я пришёл к решению, вынудившему меня отказаться от звания почётного члена Академии наук СССР, каковым я был избран в мае 1942 года. <…>
Покойный Н. И. Вавилов был заменён Т. Д. Лысенко, проповедником доктрины эволюции, которая, по сути дела, отрицает все успехи, достигнутые <…> со времён [[Ламарк]]а. Хотя труды Дарвина все ещё формально признаются в Советском Союзе, его основное открытие будет отныне отвергаться. Всё великое построение точного знания, которое продолжает расти усилиями последователей Менделя, Бэтсона и Моргана, отрицается и поносится, и последние немногие, кто ещё содействовал его сохранению в СССР, теперь лишены своего положения и возможности трудиться.
Это — не результат честного и открытого конфликта научных мнений. Из выступлений и заявлений самого Лысенко ясно, что его догмат установлен и насильственно введен Центральным Комитетом Коммунистической партии как отвечающий политической философии Маркса и Ленина. <…>
[[w:Августовская сессия ВАСХНИЛ (1948)|Постановления]], опубликованные президиумом Вашей Академии 27 августа текущего года, являются ясным выражением этой политической тирании. <…> С тех пор как [[Галилей]] угрозами был принужден к своему историческому отречению, было много попыток подавить или исказить научную истину в интересах той или иной чуждой науке веры, но ни одна из этих попыток не имела длительного успеха. Последним потерпел в этом неудачу [[Гитлер]].<ref name="мп"/>{{rp|с.262}}|Автор=[[w:Дейл, Генри|Генри Дейл]], письмо в Академию наук СССР (на имя президента [[Сергей Иванович Вавилов|С. И. Вавилова]]), 1948}}
 
{{Q|Выступали в основном лысенковцы. Ничего нового они не сказали, но в массе употребляли всякие и без того опротивевшие эпитеты и клички. От массового повторения всей этой пошлости изо дня в день возникала какая-то физиологическая тошнота.<ref name="мп"/>{{rp|с.132}} <…>
Одна за другой следовали нелепые принудительные кампании. Сначала мы несколько лет ездили в колхозы для постановки «опытов» по яровизации, где большей частью отсутствовала точная методика и не проводились сравнения с стандартом. Потом друг Лысенко [[w:Долгушин, Донат Александрович|Донат Долгушин]] изобрёл какие-то особые ножницы для стрижки колосьев, и всю страну заставили заниматься внутрисортовым скрещиванием. <…> Научные работники, вместо того чтобы выезжать в экспедиции или проводить срочные наблюдения на своих участках, по приказу отправлялись стричь колосья.<ref name="мп"/>{{rp|с.140}} <…>
{{Q|[Когда-то] в Краков приехал Голощенко<!--не гуглится, вероятно, мелкий-->, правая рука Лысенки, и показал нам помидор размером больше мяча для регби. Это вызвало всеобщее восхищение, изумление и потрясение краковской аудитории, которую составляли как-никак люди польской науки. Кто-то захотел потрогать помидор. Тогда русский сказал, что это только восковой муляж. Оригинал находится в Москве. Этот профессор потом сказал, но уже в частном порядке, что хотя он и видел, как сам вытаскивает из цилиндра за уши белого кролика, но не верит в кроликов, которые рождаются в середине цилиндра.|Оригинал=Potem tu przyjechał, prawa ręka Łysienki, Gołoszczenko i pokazywał nam pomidora, którego on wydobył z pudła. Bo był taki mniej więcej duży, ja wiem, większy od piłki rugby. Wzbudziło to powszechny podziw, zdumione przerażenie na sali, w Krakowie to było, wypełnionej jednak przez ludzi polskiej nauki. I ktoś chciał pomacać tego pomidora, wtedy on powiedział, że to jest tylko woskowy model, bo oryginalny pomidor znajduje się w Moskwie. Ten profesor, ale już prywatnie potem powiedział, on wprawdzie widział w jaki sposób wyciąga się z cylindra za uszy białego królika, ale on nie wierzy w króliki które się rodzą w środku cylindra.|Автор=[[Станислав Лем]], [[Интервью Станислава Лема#1990-е|«О знании и невежестве»]], 1996}}
 
===1930-е===
{{Q|У меня сложилось такое представление, что Лысенко плохо знает содержание науки. <…> У него не хватает эрудиции. Этой эрудицией ему помогает Презент, который тоже не знает физиологии, но в последнее время интересуется ею. Получается комбинация, синтез, который дал, с одной стороны, интересную мысль, с другой стороны, пестрит рискованными местами. Поскольку пресса подхватывает некоторые утверждения Лысенко — Презента, они приобретают, с моей точки зрения, угрожающий характер. <…> Шумиха, которая имеет место <…> не только выворачивает мозги у молодёжи и аспирантов, выворачивает мозги и у самих работников; а у Лысенко получается [[w:головокружение от успехов|головокружение от успехов]], которое лишает его возможности держаться на ногах.<ref name="мп"/>{{rp|с.103}}|Автор=[[w:Завадовский, Михаил Михайлович|Михаил Завадовский]], слова на заседании президиума [[w:ВАСХНИЛ|ВАСХНИЛ]], 17 июля 1935}}
 
{{Q|Презент и Лысенко шельмуют данные современной генетики, явно не прочитав ни строчки из [[w:Морган, Томас Хант|Моргана]] и Менделя. <…> Наша селекция построена на генетике, а генетика имеет массу достижений, особенно за последние годы. Не принимать в расчет эти достижения — значит, ничего не понимать. Так критиковать, как критикуют Презент и Лысенко, неприлично, особенно неприлично нам в СССР, где ЦК партии и Совнарком решили устроить международный конгресс по генетике, а наши академики помещают критику рыночного характера. <…> Пишут, что есть только два селекционера, [[Мичурин]] и Лысенко. <…> Действительно, в СССР был выдающийся селекционер Мичурин, который имел огромные достижения, но ставить Лысенко на одну доску с Мичуриным нельзя, ведь он на протяжении десятка лет не вывел ни одного сорта.<ref name="мп"/>{{rp|с.104}}|Автор=[[w:Мейстер, Георгий Карлович|Георгий Мейстер]], там же}}
 
{{Q|Если наши выдающиеся практики будут высказываться в пользу теорий и мнений, явно абсурдных для каждого, кто хоть немного знает генетику, такие, как положения, выдвинутые недавно президентом Лысенко и его единомышленниками, <…> то стоящий перед нами выбор будет аналогичен выбору между знахарством и медициной, между астрологией и астрономией и между алхимией и химией.<ref>Архив ВАСХНИЛ, оп. 450, св. 473, д. 48.</ref><ref name="мп"/>{{rp|с.122}}|Автор=[[w:Мёллер, Герман Джозеф|Герман Мёллер]], речь на IV сессии ВАСХНИЛ, декабрь 1936}}
 
{{Q|Это же какая-то религия!<ref name="мп"/>{{rp|с.135}}|Комментарий=после одного особенно бездоказательного доклада лысенковца|Автор=[[Николай Вавилов]]}}
 
===1940-е===
{{Q|года <…> [мы] заговорили о судьбах института. Николай Иванович высказывал убеждение, что дело ещё далеко не проиграно. Сказал решительно: «Если всех наших врагов утопить в Фонтанке, то по малой их значимости даже пузыри не пойдут». В реальность своего ареста не верил: «Не посмеют».<ref name="мп"/>{{rp|с.163}}|Автор=Николай Вавилов, в беседе с А. В. Гурским, зима 1940}}
 
{{Q|[[Берия]] заодно с теми, кто хочет нажить капитал на деградации нашего сельского хозяйства и нищете крестьянина. Вавилов им мешал. Его нет. И против них мы ничего не в силах сделать.<ref>Купцов А. И. Памяти Николая Ивановича Вавилова. Рукопись. — 1958.</ref><ref name="мп"/>{{rp|с.219}}|Автор=[[Дмитрий Николаевич Прянишников|Дмитрий Прянишников]], слова А. И. Купцову, январь 1944}}
 
{{Q|К сожалению, у нас уничтожены все центры научной работы по генетике. По подбору научных кадров в Академии я вижу пагубные последствия этой государственной ошибки.<ref name="мп"/>{{rp|с.215}}|Автор=[[Владимир Иванович Вернадский|Владимир Вернадский]], письмо [[w:Холодный, Николай Григорьевич|Н. Г. Холодному]], 16 сентября 1944}}
 
{{Q|Я пришёл к решению, вынудившему меня отказаться от звания почётного члена Академии наук СССР, каковым я был избран в мае 1942 года. <…>
Покойный Н. И. Вавилов был заменён Т. Д. Лысенко, проповедником доктрины эволюции, которая, по сути дела, отрицает все успехи, достигнутые <…> со времён [[Ламарк]]а. Хотя труды Дарвина все ещё формально признаются в Советском Союзе, его основное открытие будет отныне отвергаться. Всё великое построение точного знания, которое продолжает расти усилиями последователей Менделя, Бэтсона и Моргана, отрицается и поносится, и последние немногие, кто ещё содействовал его сохранению в СССР, теперь лишены своего положения и возможности трудиться.
Это — не результат честного и открытого конфликта научных мнений. Из выступлений и заявлений самого Лысенко ясно, что его догмат установлен и насильственно введенвведён Центральным Комитетом Коммунистической партии как отвечающий политической философии Маркса и Ленина. <…>
[[w:Августовская сессия ВАСХНИЛ (1948)|Постановления]], опубликованные президиумом Вашей Академии 27 августа текущего года, являются ясным выражением этой политической тирании. <…> С тех пор как [[Галилей]] угрозами был принужден к своему историческому отречению, было много попыток подавить или исказить научную истину в интересах той или иной чуждой науке веры, но ни одна из этих попыток не имела длительного успеха. Последним потерпел в этом неудачу [[Гитлер]].<ref name="мп"/>{{rp|с.262}}|Автор=[[w:Дейл, Генри|Генри Дейл]], письмо в Академию наук СССР (на имя президента [[Сергей Иванович Вавилов|С. И. Вавилова]]), 1948}}
 
===2000-е===
{{Q|… взращенные под сталинской опекой цветисто-террористические аферы [[Ольга Борисовна Лепешинская|Лепешинской]] и Лысенко не исчезли вместе с падением Советов.|Оригинал=… wyhodowane pod parasolem stalinowskim kwiecisto-terrorystyczne oszustwa Lepieszyńskiej i Łysenki bynajmniej nie sczezły wraz z upadkiem Sowietów.|Автор=Станислав Лем, [[Мгновение (Лем)|«Фатальное положение вещей»]], 2000}}