Ржев: различия между версиями

1179 байт добавлено ,  10 месяцев назад
лес и тоска
(если бы она приехала сейчас в свой Ржев)
(лес и тоска)
{{Q|― Двухколонник на третьей полосе справа… Карпов пододвигает крупную розетку [[металл]]ических часов ― в тишине, которая сейчас наступала, слышится явственнее стрекотанье [[маятник]]а. ― Сейчас девять пятнадцать…» ― во фразе Карпова [[вопросительный знак]] начисто отсутствует, но это, конечно, [[вопрос]]. «Думаю, что к десяти тридцати управлюсь… ― говорит [[Илья Григорьевич Эренбург|Эренбург]] и, помедлив, спрашивает: ― Как под Ржевом… не легче?» Он знает, что генштабисты уже осведомили Карпова о положении под Ржевом. «Двадцатая начала [[наступление]], но, как мне кажется, неудачно ― захлебнулось…» ― «Значит, захлебнулось? ― переспрашивает Эренбург. ― Захлебнулось?» Он медленно идет в свою комнату. О чем думает сейчас: о [[поражение|поражении]], более чем горьком, которое обозначилось под Ржевом, ― с каждой новой неудачной попыткой наших войск прорвать оборону за Ржевом упрочается [[слава]] места, где нам фатально не везет, ― таких мест несколько на [[война|войне]], среди них Ржев… Эренбург возвращается в свою комнату, его шаг не столь спор, как полчаса назад, когда он шел к Карпову, ― ему явно нужно [[время]], чтобы отодвинуть в глубину сознания все, что он только что услышал. Как ни [[печаль]]но услышанное, надо отодвинуть ― иначе не обратишь [[мысль]] к тому, что должно быть написано сегодня [[вечер]]ом.<ref>''[[:w:Дангулов, Савва Артемьевич|Савва Дангулов]]'', Художники. Литературные портреты. — М.: Советский писатель, 1987 г.</ref>|Автор=[[:w:Дангулов, Савва Артемьевич|Савва Дангулов]], «Эренбург», 1981}}
 
{{Q|Поезд стоял на какой-то станции, была [[гроза]], [[молния|молнии]] сквозь неплотную [[занавеска|занавеску]] освещали купе. А на [[вокзал]]е что-то объявляли по [[радио]], и вдруг я понял, что это Ржев. Я совсем забыл, что мы должны проезжать мимо. И первое, что возникло, ― «[[Я убит подо Ржевом]]». Это великое [[стихотворение]] настолько связано в нашем сознании с этим городом, с этим названием, что уже составляет как бы часть его, часть его славы. Город Ржев знаменит и этим стихотворением, как может быть город знаменит выдающимся человеком или стариннейшим собором. [[Поезд]] уже шел вовсю, заглушая грозу, а в голове моей стучало: Я убит подо Ржевом, В безыменном болоте, В пятой роте, На левом, При жестоком налёте… И дальше, ― сильнее, чем [[Александр Блок|блоковское]] «[[s:Похоронят, зароят глубоко (Блок)|Похоронят, зароют глубоко]]»!..<ref name="Ваншен">''[[Константин Яковлевич Ваншенкин|Константин Ваншенкин]]'' «Писательский клуб». — М.: Вагриус, 1998 г.</ref>|Автор=[[Константин Яковлевич Ваншенкин|Константин Ваншенкин]], «Писательский клуб», 1998}}
 
{{Q|Русская тётенька, приехавшая в 1947 году в [[Рига|Ригу]] из Ржева, жаловалась нам с Колей Александровым, что [[русские|русских]] теперь притесняют и требуют знать [[латыши|латышский язык]], если хочешь работать в гос. учреждении. Просила (в [[шутка|шутку]]) передать [[Анатолий Собчак|Собчаку]], что вся надежда на него. Коля в [[журналист]]ской манере поговорил с ней, расспросил о жизни, детях, [[внук]]ах, не пьют ли [[зять]]я, хорошая ли бывает зимой [[погода]], и когда мы распрощались с тетенькой, сказал весело: «Вот, готовый материал для «Известий» ― положение русских в [[Прибалтика|Прибалтике]]». А я подумал: если бы она приехала сейчас в свой Ржев, то прокляла бы его с пустыми [[магазин]]ами и [[бездорожье]]м, и вернулась бы пулей в [[Латвия|Латвию]], пусть и «гражданкой второго сорта».<ref>''[[:w:Каралис, Дмитрий Николаевич|Дмитрий Каралис]],'' «Автопортрет». — СПб.: Геликон Плюс, 1999 г.</ref>|Автор=[[Дмитрий Николаевич Каралис|Дмитрий Каралис]], «Автопортрет», 1999}}
Мы шли без дорог вперед, и нас привела [[война]]
за [[Велиж]], где нет людей, изрытый и неживой.<ref name="Кирсан">''[[Семён Исаакович Кирсанов|С. Кирсанов]]''. Стихотворения и поэмы. Новая библиотека поэта. Большая серия. СПб.: Академический проект, 2006 г.</ref>|Автор=[[Семён Исаакович Кирсанов|Семён Кирсанов]], «Болотные рубежи», 1943}}
 
{{Q|Серый прохожий в дорожном [[пальто]],
[[Сердце]] подскажет, что ты ― это тот,
Сорок второй и единственный год.
Ржев догорал. Мы стояли с тобой,
[[Смерть]] примеряли. И начался [[бой]]…
Странно устроен любой [[человек]]:
Страстно клянется, что любит навек,
И забывает, когда и кому…
Но не [[измена|изменит]] и он одному:
Слову скупому, горячей руке,
Ржевскому [[лес]]у и ржевской [[тоска|тоске]].<ref name="Эренбург">''[[Илья Григорьевич Эренбург|И. Эренбург]]''. Стихотворения и поэмы. Новая библиотека поэта. СПб.: Академический проект, 2000 г.</ref>|Автор=[[Илья Григорьевич Эренбург|Илья Эренбург]], «Слов мы боимся, и всё же прощай...», 1944}}
 
== Пословицы и поговорки ==