Недопёсок (повесть): различия между версиями

Владимир Бондаренко
(начало и конец)
(Владимир Бондаренко)
{{Q|— ...Даже [[Белла Ахатовна Ахмадулина|Белла Ахмадулина]], которой я подарил эту книжку, то ли она ее не прочла тогда... Но позже Белла мне сказала все-таки: Всю ночь смеялась, как [[дурак]].
— Над “Лодкой”?
— Над “[[Самая лёгкая лодка в мире|Лодкой]]”, да. Всю ночь смеялась, как дурак. Она любит про себя в мужском роде сказать... Несколько [[месяц]]ев назад, где-то в октябре, она мне звонит очень [[печаль]]ная и говорит: Я не могу жить без вашей прозы, я все время читаю “Лодку”, все время читаю “Лодку”. [[Папа]]шка — это я, самая легкая лодка в мире — это я, всё там — это я. В результате я ей посвящаю вторую вещь, то есть “Лодку”. И теперь я посвящаю ей “[[Суер-Выер|Суера]]”. Три книги от меня — это тоже большой [[рекорд]]. “Недопёска”, “Лодку” и “Суера”. С Беллой особые отношения, это, конечно, особые отношения, они вообще не вписываются ни в какие рамки...<ref name="струя">[[:w:Коваль, Юрий Иосифович|''Юрий Коваль'']]. «Я всегда выпадал из общей струи» (Экспромт, подготовленный жизнью). Интервью с Ириной Скуридиной. — СПб.: «Вопросы литературы». № 6, 1998 г.</ref>|Автор=[[:w:Коваль, Юрий Иосифович Коваль|Юрий Коваль]], «Я всегда выпадал из общей струи», 1993}}
 
{{Q|— Мы жили все в [[Переделкино|Переделкине]]. [[Андрей Битов]] мне сказал: У тебя чего-нибудь новое есть, дай я хоть почитаю на ночь. Я дал “Недопеска”. Андрей Битов, прочитав книжку, передал ее Татьяне Алексеевне Тарковской. Татьяна Алексеевна прочла книжку, пришла в неописуемый восторг и сказала: Арсюша, ты должен это почитать. [[Арсений Александрович Тарковский|Арсений Саныч]], прочтя книжку, пришел в бешеный [[восторг]]. Он меня целовал, обнимал всячески, трогал мою руку и говорил всем встречным-поперечным, которые ничего не понимали: Это [[Юрий Коваль|Юра Коваль]]. Он “Недопёска” написал. Вы знаете, что такое недопесок?.. Короче говоря, вот так. С Арсением Алексанычем я мог познакомиться только таким образом. Только через литературу. И он бесконечно меня поддержал. Бесконечно меня поддержал. Ну как сказать тебе?
''— Он поддержал, как я понимаю, приятием...''
— Это было [[признание]]... Ир, Тарковский — это признание. Понимаешь, какая вещь. [[Шергин, Борис Викторович|Шергин]] — это признание. [[Белла Ахатовна Ахмадулина|Белла]] потом прочла “Недопеска” и тоже рехнулась, она сошла с ума. Она сошла слегка с ума на этой почве. Она даже разговаривала голосом недопеска. То есть у нее был особый голос такой, она говорит: Вы понимаете, каким голосом я с вами разговариваю? Я говорю: Каким? Говорит: Это голос недопеска. (Смеётся. — И. С.) Это чудно, но это [[факт]]. И она написала на книжке, которую попросила, чтоб я подарил дочери Льва Ошанина, она написала “Недопесок — это я”. А я пожалел, что на моей-то она так не написала. У меня-то этой нет надписи. Белла потом на многие годы исчезла и вот этой [[осень]]ю снова стала мне звонить, потрясенная повестью “[[Самая лёгкая лодка в мире]]” и всей книгой “Опасайтесь лысых и усатых”. Сейчас она ходит, у них там в Доме Книги еще продаются “Опасайтесь лысых и усатых”, она скупает их столько, сколько есть [[деньги|денег]], приносит домой и дарит всем, кому только может.<ref name="струя"/>|Автор=[[:w:Коваль, Юрий Иосифович|Юрий Коваль]], «Я всегда выпадал из общей струи», 1993}}
 
{{Q|— А знаешь, как появился в моей жизни недопёсок? — рассказывал мне Коваль. — Дело было в [[Новгород]]ской губернии. Нас привели на звероферму. Там клетки — в них сидят песцы. Мои друзья: «Дайте, дайте Ковалю песца!» И мне дали Маркиза. Он корябался, вырывался, юркнул в [[дверь]]. И пошла история. Сама. Я еле успевал записывать.<ref>''[[Марина Львовна Москвина|Марина Москвина]]''. «Навстречу мне» (предисловие). // [[Юрий Иосифович Коваль|Юрий Коваль]]. «Недопёсок»; ил. Д. А. Трубина. — М.: Издательство "АСТ", 2013 г.</ref>|Автор=[[:w:Коваль, Юрий Иосифович|Юрий Коваль]], о «Недопёске», 1990-е}}
 
{{Q|[[Сюжет]]ы моих книг впрямую связаны с моей [[биография|биографией]]. Конечно, не так впрямую, как [[фотография]], а как переживания [[художник]]а. Вот «Недопёсок». Действительно, есть у меня друг Вадим. Одно время он работал на звероферме бригадиром. Приехали мы его навестить. Я впервые оказался на звероферме, любопытно было посмотреть. Посмотрели. Вадим мне сказал: «А вот песец ручной, Маркиз называется. Хочешь, достану?» Виктор Усков, который был при этом, наш друг-фотограф, говорит: «Давай я тебя сниму с песцом на [[память]]». – «Да ну его, вонючий». — «Возьми, возьми для искусства». Ну, я и взял этого песца. Витя меня снял с песцом, такая фотография, действительно, есть.
Роман ещё не написан, даже ещё не обдуман. Я этого песца бросил на землю, он стал бегать, а работницы его ловить. И тут я задал Ваде [[вопрос]]: «Что, бегут песцы-то?» — «Ну, бегут». — «И чего?» — «Ловим». — «И как вы ловите?». И разговор пошёл. Потом я уехал. Но как-то всё это запало в голову и начало потихонечку зреть, зреть. И я в голове себе всё это представил: что с песцом происходит, как это должно быть. Я точно знал [[пейзаж]], предельно точно знал людей, эти деревни знал. И вещь получилась. Я потом ещё ездил на звероферму. На всякий случай. Кое-что проверить. И кое-что добавил. Это вот такое художническое переживание, связанное с этим романом.<ref>''Юрий Коваль''. Что мне нравится в чёрных [[лебедь|лебедях]], так это их красный [[нос]]. [http://www.livehat.ru/person/563/ Подготовила Татьяна Романова // «Живая шляпа». 1994 г. № 1.]</ref>|Автор=[[:w:Коваль, Юрий Иосифович Коваль|Юрий Коваль]], «Что мне нравится в чёрных лебедях», 1994}}
 
{{Q|Ему смешны были натянутые аллегории любителей [[фига|фиг в кармане]]. Такая «фиговая» литература давно умерла. А «Недопёсок» и «[[Приключения Васи Куролесова|Вася Куролесов]]» еще как живы. Этот разговор с Камиром о своей русскости в литературе и о примитивности либеральных суждений о том, что под видом недопеска Коваль вывел [[еврей|еврея]], бегущего в [[Израиль]], он сам изложил уже в перестроечные времена в беседе с Ириной Скуридиной, когда все бывшие певцы Братских ГЭС и ленинских Лонжюмо, нагло придумывали, как они тайно боролись с советской властью, и, мол, стихи о похоронах [[Лев Толстой|Льва Толстого]] на самом деле были о похоронах [[Борис Пастернак|Бориса Пастернака]].<ref>''[[Владимир Григорьевич Бондаренко|Владимир Бондаренко]]''. [http://www.ng.ru/kafedra/2000-03-10/3_koval.html. «Недопёсок»] (эссе о Юрии Ковале). — М.: «Независимая газета» от 10.03.2000 г.</ref>|Автор=[[Владимир Григорьевич Бондаренко|Владимир Бондаренко]], «Недопёсок», 10 марта 2000 г.}}
 
== Источники ==