Жорж-Шарль Дантес: различия между версиями

3017 байт добавлено ,  8 месяцев назад
ФАКТИЧЕСКОЕ: убит не белой головой, а каким-то ― пробелом (чуть не главная цитата)
(+ Бестужев 1837 - Я убью этого Дантеса)
(ФАКТИЧЕСКОЕ: убит не белой головой, а каким-то ― пробелом (чуть не главная цитата))
 
{{Q|Чем нулевее соперник — тем полнее ревность: Пушкин — Дантес. (Нулевее — и как круглый нуль, и как последний нуль порядкового числительного: миллионный, ста-миллионный и т. д.)
В лице Дантеса Пушкин ревновал к нелицу. И — нелицом (пóлом — тем самым шармом!) был убит.|Автор=[[Марина Цветаева]], [[записные книжки Марины Цветаевой|записная книжка]], 1928}}
 
{{Q|[[Факт]]ическое. Пушкин должен был быть убит белым человеком на белой [[лошадь|лошади]], в которого так свято верил, что даже ошибочно счел его Вейскопфом (он точно свою [[смерть]] примерял), ― одним из [[генерал]]ов польской войны, на которую стремился ― навстречу смерти. [[Судьба]] посредством Гончаровой выбирает Дантеса, пустое место, равное Гончаровой. Пушкин убит не белой головой, а каким-то ― пробелом. Кто бы ― кроме? «Делать было нечего, я стал готовиться к поединку, купил пистолеты, выбрал секунданта, привел бумаги в порядок и начал дожидаться и прождал напрасно три месяца. Я твердо, впрочем, решил не стрелять в Пушкина, но выдерживать его огонь, сколько ему будет угодно». (Гр. В. А. Соллогуб ― обиженный им!) Не такой же, а именно Дантес, красавец, кавалергард, смогший на прощальные прощающие слова Пушкина со [[смех]]ом ответить: «Передайте ему, что я его тоже прощаю!» Не Дантес смеялся, пушкинская смерть смеялась, ― той белой лошади раскат (оскал). Чтобы не любить Пушкина (Гончарова) и убить Пушкина (Дантес), нужно было ничего в нем не понять. Гончарову, не любившую, он взял уже с Дантесом in dem Kauf, то есть с собственной смертью. Посему, изменила Гончарова Пушкину или нет, только кокетничала или целовалась, только целовалась или другое все, ничего или все, ― не важно, ибо Пушкин Дантеса вызвал за его любовь, не за ее любовь. Ибо Пушкин Дантеса вызвал бы в конце концов и за взгляд. Дабы сбылись писания. И еще, изменила ли Гончарова Пушкину или нет, целовалась или нет, все равно ― невинна. Невинна потому, что кукла невинна, потому что судьба, невинна потому, что Пушкина не любила.|Автор=[[Марина Цветаева]], Наталья Гончарова (Жизнь и творчество), 1929}}
 
{{Q|Дантес сам рассказывал, что, в бытность свою поручиком Кавалергардского полка, русского языка не знал. Он только заучил наизусть с посторонней помощью те готовые фразы, без которых нельзя было обойтись при несении службы в эскадроне <…>. Впрочем, Дантесу не было большой нужды в знании чужого языка. В том кругу, куда он был вхож, мало говорили по-русски. <…> Леностью он отличался ещё в детстве. Этим в семье объясняли и пробелы его посредственного образования. Даже французский литературный язык давался Дантесу нелегко.