Осип Эмильевич Мандельштам: различия между версиями

О природе слова
(→‎Цитаты прозаические: Утро акмеизма)
(О природе слова)
{{Навигация|Тема={{PAGENAME}}Осип Мандельштам|Википедия={{PAGENAME}}|Викисклад={{PAGENAME}}|Викитека={{PAGENAME}}}}
[[File:Osip Mandelstam Russian writer.jpg|thumb|220px|right|<center>Осип Мандельштам, 1914 год]]
'''О́сип Эми́льевич Мандельшта́м''' (имя при рождении — '''Ио́сиф'''; 1891 — 1938) — русский поэт, виднейший участник группы [[акмеизм|акмеистов]], прозаик, эссеист, переводчик и литературный критик, один из крупнейших русских поэтов XX века.
 
== Цитаты поэтические ==
 
{{Q|Острие [[акмеизм]]а ― не стилет и не жало декадентства. Акмеизм ― для тех, кто, обуянный духом строительства, не отказывается малодушно от своей тяжести, а радостно принимает ее, чтобы разбудить и использовать архитектурно спящие в ней силы. Зодчий говорит: я строю ― значит, я прав. Сознание своей правоты нам дороже всего в [[поэзия|поэзии]] и, с [[презрение]]м отбрасывая бирюльки [[футуризм|футуристов]], для которых нет высшего наслаждения, как зацепить вязальной спицей трудное слово, мы вводим готику в отношения слов, подобно тому как [[Иоганн Себастьян Бах|Себастьян Бах]] утвердил ее в музыке. Какой безумец согласится строить, если он не [[вера|верит]] в реальность материала, сопротивление которого он должен победить.<ref name="Манифесты">«Литературные манифесты от символизма до наших дней». — М.: Издательский дом «Согласие», 1912 г.</ref>|Автор=«Утро акмеизма», 1912}}
 
{{Q|В применении к слову такое понимание словесных представлений открывает широкие новые перспективы и позволяет мечтать о создании органической поэтики, не законодательного, а биологического характера, уничтожающей канон во имя внутреннего сближения организма, обладающей всеми чертами [[Биология|биологической науки]]. Задачи построения такой поэтики взяла на себя органическая школа русской лирики, возникшая по творческой инициативе [[Николай Степанович Гумилёв|Гумилева]] и [[Сергей Митрофанович Городецкий|Городецкого]] в начале 1912 года, к которой официально примкнули [[Анна Андреевна Ахматова|Ахматова]], [[:w:Нарбут, Владимир Иванович|Нарбут]], [[Михаил Александрович Зенкевич|Зенкевич]] и автор этих строк. Очень небольшая литература по акмеизму и скупость на теорию его вождей затрудняет его изучение. [[Акмеизм]] возник из отталкивания: «Прочь от [[символизм]]а, да здравствует живая [[роза]]!» ― таков был его первоначальный лозунг. Городецким в свое время была сделана попытка привить акмеизму литературное мировоззрение, «адамизм», род учения о новой земле и о новом Адаме. Попытка не удалась, акмеизм мировоззрением не занимался: он принес с собой ряд новых вкусовых ощущений, гораздо более ценных, чем идея, а главным образом вкус к целостному словесному представлению, образу, в новом органическом понимании.<ref name="Природе">''О.Э.Мандельштам''. Проза. ― М.: Вагриус, 2000 г.</ref>|Автор=«О природе слова», 1922}}
 
{{Q|Литературные школы живут не [[идея]]ми, а вкусами: принести с собой целый ворох новых идей, но не принести новых вкусов значит не сделать новой школы, а лишь основать полемику. Наоборот, можно создать школу одними только вкусами, без всяких идей. Не идеи, а вкусы акмеистов оказались убийственны для [[символизм]]а. Идеи оказались отчасти перенятыми у символистов, и сам [[Вячеслав Иванович Иванов|Вячеслав Иванов]] много способствовал построению акмеистической теории. Но смотрите, какое случилось чудо: для тех, кто живет внутри русской поэзии, новая кровь потекла по ее жилам. Говорят, [[вера]] движет горы, а я скажу, в применении к поэзии: горами движет вкус.<ref name="Природе" />|Автор=«О природе слова», 1922}}
 
{{Q|[[Европа]] без филологии — даже не [[Америка]]; это — [[цивилизация|цивилизованная]] Сахара, мерзость запустения. По-прежнему будут стоять европейские кремли и акрополи, готические [[город]]а, [[собор]]ы, похожие на [[лес]]а, и куполообразные сферические [[храм]]ы, но [[люди]] будут смотреть на них, не понимая их, с бессмысленным [[испуг]]ом недоуменно спрашивая, какая [[сила]] их возвела и какая [[кровь]] течёт в жилах окружающей их мощной [[архитектура|архитектуры]].
Да что говорить! Америка лучше этой, пока что умопостигаемой, Европы. Америка, растратив свой филологический запас, вывезенный из Европы, как бы ошалела и призадумалась и вдруг завела свою собственную филологию, откуда-то выкопала Уитмена, и он, как новый Адам, стал давать имена [[вещь|вещам]], дал образец первобытной, номенклатурной поэзии, под стать самому [[Гомер]]у.<ref name="Природа">''Мандельштам О.Э.'' Слово и культура. Москва, «Советский писатель», 1987 г.</ref>|Автор=«О природе слова», 1922}}
 
{{Q|[[Россия]] — не Америка, к нам нет филологического ввозу; не прорастет у нас диковинный [[поэт]], вроде [[Эдгар По|Эдгара По]], как [[дерево]] от [[пальма|пальмовой]] косточки, переплывшей [[океан]] с [[пароход]]ом. Разве что [[Константин Бальмонт|Бальмонт]], самый нерусский из поэтов, чужестранный переводчик эоловой арфы, каких никогда не бывает на Западе; переводчик по призванию, по рождению, в оригинальнейших своих произведениях.