Антон Павлович Чехов: различия между версиями

→‎О Чехове: более чем к месту
(→‎О Чехове: Викентьев поцитировал разное, но есть первичные источники)
(→‎О Чехове: более чем к месту)
{{Q|Он был гостеприимен, как магнат. Хлебосольство у него доходило до страсти. Стоило ему поселиться в деревне, и он тотчас же приглашал к себе кучу гостей. <…>
Все отношения к людям сложились у Чехова так, что он брал у них очень мало, а чаще не брал ничего, но давал им без конца и без счёту.|Автор=[[Корней Чуковский]], «[[Чехов (Чуковский)|Чехов]]», 1967}}
 
{{Q|В [[литература|литературном]] мире Антон Павлович Чехов был [[солнце]]м, которое вызвало к [[Жизнь|жизни]], обогрело, приласкало и даже переформировало не одного [[писатель|писателя]].
В июле месяце 1904 года всё внимание русского общества захватила [[война]] с её [[ужас]]ами. Но даже и громада зла, волнами катившегося с Дальнего Востока, не могла осилить интереса публики к добру, которое не умерло вместе с телом замечательного писателя и человека.
Но представьте себе на минуту, что она, устыдившись, начисто устранила все свои ошибки и промахи, что «[[батюшка]]» стал у неё, как и сказано у Чехова, [[Батюшков]]ым, «[[каштан]]овое дерево» – [[Каштанка|Каштанкой]], «[[святой Франциск]]» – [[Добролюбов]]ым, – словом, что её перевод стал безупречным подстрочником, – всё же он решительно никуда не годился бы, потому что в нём так и осталось бы без перевода самое важное качество подлинника, его главная [[суть]], его стиль, без которого Чехов – не Чехов.<ref name="Корней">[[Корней Иванович Чуковский|Корней Чуковский]], «Высокое искусство». Москва: Советский писатель, 1968 гг.</ref>|Автор= [[Корней Иванович Чуковский|Корней Чуковский]], «Высокое искусство», 1968}}
 
{{Q|Плывя по [[Волга|Волге]] до [[Нижний Новгород|Нижнего]], а потом по [[Кама|Каме]] до [[Пермь|Перми]] и мучаясь [[живот]]ом после прощального обеда, Антон писал открытки [[друзья]]м и наставления домашним. В Перми путешествие по реке закончилось. В предгорьях [[Урал]]а снег смешался с дождём и разводил под ногами великую [[грязь]].<ref name="Рейфилд">{{книга|автор=Дональд Рейфилд|заглавие=«Жизнь Антона Чехова» (перевод с англ. О.Макаровой)|ссылка=|место=М.|издательство=Б.С.Г.-пресс |год=2007|страниц=783|isbn = 978-5-93381-303-3|}}</ref>{{rp|275}}|Автор=[[Дональд Рейфилд]], «[[Жизнь Антона Чехова]]», 2005}}
 
{{Q|В [[Томск]]е на улицах была непроходимая [[грязь]] и нашлась лишь одна городская [[баня]]. Чехов в некотором [[смысл]]е открыл «туристический сезон» в Центральной [[Сибирь|Сибири]]: на праздных [[путешественник]]ов здесь смотрели с любопытством и оказывали особое гостеприимство. В гостинице Антона, сидевшего за письмом [[w:Суворин, Алексей Сергеевич|Суворину]], посетил помощник иркутского полицмейстера Аршаулов. Он привёз на прочтение Чехову свой [[рассказ]], попросил [[водка|водки]] и разоткровенничался о любовных проблемах.<ref name="Рейфилд"></ref>{{rp|277}}|Автор=Дональд Рейфилд, «Жизнь Антона Чехова», 2005}}
 
{{Q|Аршаулов пригласил Антона осмотреть томские [[бордель|бордели]], из которых они вернулись в два часа ночи. Впечатление о городе осталось неблагоприятное: «[[Томск]] город скучный, [[пьянство|нетрезвый]]; красивых женщин совсем нет, бесправие азиатское. Замечателен сей город тем, что в нём мрут [[губернатор]]ы».<ref name="Рейфилд"></ref>{{rp|277}}|Автор=Дональд Рейфилд, «Жизнь Антона Чехова», 2005}}
{{Q|В [[Томск]]е на улицах была непроходимая [[грязь]] и нашлась лишь одна городская [[баня]]. Чехов в некотором [[смысл]]е открыл «туристический сезон» в Центральной [[Сибирь|Сибири]]: на праздных [[путешественник]]ов здесь смотрели с любопытством и оказывали особое гостеприимство. В гостинице Антона, сидевшего за письмом [[w:Суворин, Алексей Сергеевич|Суворину]], посетил помощник иркутского полицмейстера Аршаулов. Он привёз на прочтение Чехову свой [[рассказ]], попросил [[водка|водки]] и разоткровенничался о любовных проблемах.<ref name="Рейфилд"></ref>{{rp|277}}|Автор=Дональд Рейфилд, «Жизнь Антона Чехова»}}
 
{{Q|Вот что́ вы умеете!... — вы, великие, настоящие волшебники равнины... Хорошо ли вы помните ту прекрасную горничную, что заботливой рукой поставила графин с [[:w:Холера|холерной]] водой в комнате [[Пётр Ильич Чайковский|Чайковского]]?.. Или имя того, безусловно, ''великого'' человека, который заразил [[:w:туберкулёз|туберкулёзом]] Чехова?.. И чем вы смогли отблагодарить его, настоящего [[врач]]а от [[Бог]]а, великого [[циник]]а от [[Сатана|Сатаны]] и прекрасного, сложнейшего писателя с душой ребёнка-инвалида? — Только грошовой бациллой, и тридцатью сребрениками, всякий день и всякий час, да ещё жидкими слюнями восторга, посмертного, разумеется. <...> А при жизни, эти ничтожные прыщи нашего Господа, всякий раз они считали нужным оболгать, оттолкнуть или не пустить, даже и тогда, когда ''он, я, мы'' — не могли занять решительно ничьего места.<ref name = "Satie">{{книга|автор = [[Эрик Сати]], [[Юрий Ханон]]|часть = |заглавие = «Воспоминания задним числом»|оригинал = |ссылка = |ответственный = |издание = |место = СПб.|издательство = Центр Средней Музыки & издательство Лики России|год = 2010|том = |страницы = |страниц = 682|серия = |isbn = 978-5-87417-338-8|тираж = }}</ref>|Автор=[[Эрик Сати]], [[Юрий Ханон]], «Воспоминания задним числом», 2009}}
{{Q|Аршаулов пригласил Антона осмотреть томские [[бордель|бордели]], из которых они вернулись в два часа ночи. Впечатление о городе осталось неблагоприятное: «[[Томск]] город скучный, [[пьянство|нетрезвый]]; красивых женщин совсем нет, бесправие азиатское. Замечателен сей город тем, что в нём мрут [[губернатор]]ы».<ref name="Рейфилд"></ref>{{rp|277}}|Автор=Дональд Рейфилд, «Жизнь Антона Чехова»}}
 
== Комментарии ==