Андрей Белый: различия между версиями

4287 байт добавлено ,  5 лет назад
→‎Об Андрее Белом: Фёдор Степун из «Памяти Андрея Белого»
(→‎Об Андрее Белом: более подробно от Лосского)
(→‎Об Андрее Белом: Фёдор Степун из «Памяти Андрея Белого»)
{{Q|Из [[поэт]]ов-символистов следующие четыре поэта писали больше всего по философским вопросам: Андрей Белый, [[w:Иванов, Вячеслав Иванович|Вячеслав Иванов]], [[w:Минский, Николай Максимович|Н.М. Минский]] и [[Дмитрий Сергеевич Мережковский|Д.С. Мережковский]]. <...>
Андрей Белый рассматривает символизм как [[мировоззрение]], составляющее основу символистического [[искусство|искусства]] и воплощающего «некоторые черты [[w:Даосизм|таоизма]] в реалистическом миросозерцании». Символизм есть [[синтез]] [[w:Индия|Индии]], [[w:Персия|Персии]], [[w:Египет|Египта]], [[w:Греция|Греции]] и средних веков. Находясь под сильным влиянием [[w:Риккерт, Генрих (философ)|Риккерта]], Андрей Белый утверждал, что точные [[наука|науки]] не объясняют [[мир]] как целое: они ''ограничивают'' предмет познания и тем самым «систематизируют отсутствие познания». [[Жизнь]] раскрывается не через научное познание, а через творческую деятельность, которая «недоступна анализу, интегральна и всемогущественна». Она только может быть выражена в символических образах, облекающих [[идея|идею]]. Единство жизни выражается такими [[символ]]ами, как [[w:Адам Кадмон|Адам Кадмон]] из [[w:каббала|каббалы]], [[w:Атман|Атман]] из индийской [[философия|философии]], [[w:Иустин Философ#Биография|Логос-Христос]]. В целом философия Андрея Белого есть разновидность [[w:пантеизм|пантеизма]].
В процессе познавательного или творческого ''символизирования'' символ становится [[реальность]]ю. Живое [[слово]] тесно связано с реальностью и поэтому получает [[магия|магическую]] силу. [[Поэзия]], говорит Андрей Белый, связана с творением слов – дар, которым он сам обладал в изумительной степени. Некоторые из слов, придуманные им, следовало бы ввести во всеобщее употребление, но другие выражают такие неуловимые и быстротечные нюансы того предмета, который он изображает, что их можно использовать только раз в жизни.<ref>''[[Николай Онуфриевич Лосский|Лосский Н.О.]]'' История русской философии. Москва, «Советский писатель», 1991 г. ISBN: 5-265-02255-4</ref>|Комментарий=Глава XXIII — «Философские идеи поэтов символистов»|Автор=[[Николай Онуфриевич Лосский|Николай Лосский]], «Андрей Белый», 1955}}
 
{{Q|Да, нет сомнения, что в годы короткой передышки между двумя [[революция]]ми и двумя [[война]]ми, в десятилетие от года 1905 до года 1915, [[Россия]] переживала весьма знаменательный [[культура|культурный]] подъём. В Москве, в которой жил тогда Белый и на фоне которой помню его, шла большая, горячая и подлинно творческая [[дух]]овная [[работа]]. Протекала она не только в узком кругу передовой [[интеллигенция|интеллигенции]], но захватывала и весьма широкие слои.<...>
В эти годы московской жизни Андрей Белый с одинаковой почти страстностью бурлил и пенился на гребнях всех её волн. Он бывал и выступал на всех заседаниях «[[w:Московское религиозно-философское общество|Религиозно-философского общества]]»; в «Литературно-художественном кружке» и в «Свободной эстетике» воевал против [[писатель|писателей]]-натуралистов; под общим заглавием «На перевале» писал в «[[w:Весы (журнал)|Весах]]» свои запальчивые статьи то против [[мистика|мистики]], то против [[музыка|музыки]]; редактировал коллективный дневник «Мусагета» под названием «Труды и дни»; бывал у Скрябиных, [[w:Метнер|Метнеров]] и д'Альгеймов, увлекаясь [[вагнер]]овской идеей синтетического [[театр]]ального действа (выступал даже со вступительным словом на открытии Maison de Lied [[w:Оленина-Д’Альгейм, Мария Алексеевна|Олениной-д'Альгейм]]; воевал на полулегальных собраниях [[w:толстовцы|толстовцев]], [[w:штундисты|штундистов]], православных революционеров, революционеров просто и всяких иных взбаламученных людей и, сильно забирая влево, страстно спорил в политической гостиной [[w:Астров, Николай Иванович|Астровых]].
Перечислить всё, над чем тогда думал и чем мучился, о чём спорил и против чего неистовствовал в своих выступлениях Белый, решительно невозможно. Его [[сознание]] подслушивало и отмечало всё, что творилось в те канунные годы как в русской, так и в мировой культуре. Недаром он сам себя охотно называл [[сейсмограф]]ом. Но чего бы ни касался Белый, он, в сущности, всегда [[волнение|волновался]] одним и тем же — всеохватывающим кризисом европейской культуры и жизни. Все его публичные выступления твердили об одном и том же: о кризисе культуры, о грядущей революции, о горящих [[лес]]ах и о расползающихся в России [[овраг]]ах.<ref>''[[Фёдор Августович Степун|Степун Ф.А.]]'' Воспоминания о серебряном веке. Москва, «Республика», 1993 г.</ref>|Автор=[[Фёдор Августович Степун|Фёдор Степун]], «Памяти Андрея Белого», 1962}}
 
== Источники ==