Числа (Пелевин): различия между версиями

32 042 байта добавлено ,  10 лет назад
Нет описания правки
{{Википедия}}
Роман «Числа» Виктора Пелевина рассказывает о жизни банкира Стёпы, прибегающего к помощи магии чисел.
 
'''«Числа»''' — роман [[Виктор Пелевин|Виктора Пелевина]].
*Медицина утверждает, что пидарасы бывают трех видов; пассивные, активные и актуальные. Первые два вида ведут себя так потому, что такова их природа, и к ним претензий ни у кого нет. А вот третий вид; это такие пидарасы, которые стали пидарасами, потому что прочли в журнале Птюч, что это актуально в настоящий момент. И к ним претензии будут всегда. Понятно?
 
**Я понимаю, что вы хотите сказать, Степан Аркадьевич, спокойно ответил Малюта. Но мне кажется, что картина несколько сложнее. Есть еще более страшный вид пидарасов, четвертый. Это неактуальные пидарасы. Именно сюда относятся те пидарасы, которые выясняют, что актуально, а что нет в журнале Птюч. Кроме того, сюда относятся постмодернисты. О чем я, собственно, и пытался вам сказать...
== Цитаты ==
{{Q|Цитата=Правильно кто-то говорил, что вся наша культура - просто плесень на трубе. Которая существует только потому, что нефть нагревают. Причем нагревают ее совсем не для того, чтобы расцветала плесень. Просто так ее быстрее прокачивать…
|Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}{{Q|Цитата=Сракандаев ездил на «Астон-Мартине» (модели «Vanquish 12», как у Джеймса Бонда, только у Бонда не было мигалки, а у Сракандаева была)...
|Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}
{{Q|Цитата=- Вы вообще не понимаете, что такое терпимость к чужому образу жизни. Тем более что такое moral tolerance. Погляди на эту демонстрацию, - Мюс кивнула на телевизор, передававший новости ВВС, в которых мелькнул поп-дуэт. - Наше общество стремится обеспечить потребителю не только дешевый бензин, но и моральное удовлетворение от протеста против метода, которым он добывается. В эфире постоянно идут раскаленные теледебаты, где происходит срывание масок с разных всем известных фарисеев, и так каждую войну. И все спокойно живут рядом. А у вас все стараются перегрызть друг другу глотку. И при этом ни теледебатов, ни протеста, так, дождик за окном. Потому что общество недоразвитое, understand?«Понимаешь?» Просто какое-то убожество. Вот почему вы не выражаете протест против Чечни?... <br />- Почему? - повторила Мюс. - Ведь самим потом будет интереснее телевизор смотреть! <br />- Так, - мрачно ответил Степа. - Свиньи потому что. <br />- Вот именно. А еще говорите про какую-то духовность. Это еще ладно. Вы, русские, при этом постоянно твердите про бездуховность Запада. Про его оголтелый материализм, and so on. Но это просто от примитивного убожества вашей внутренней жизни. Точно так же какой-нибудь Afro-African из экваториальных джунглей мог бы решить, что Ватикан совершенно бездуховное место, потому что там никто не мажет себе лоб кровью белого петуха. <br />- Я никогда ничего не говорил про бездуховность Запада, - попробовал Степа уклониться от коллективной русской вины. Но Мюс не обратила на его слова внимания. <br />- Вас только что выпустили из темной вонючей казармы, и вы ослепли, как кроты на солнце. You totally miss the point«Ты совершенно упускаешь главное.». Секрет капиталистической одухотворенности заключен в искусстве потреблять образ себя. <br />- Че-чего? - спросил Степа. <br />- Ты, наверно, думаешь, что я покемон, потому что я - инфантильная дурочка, которая никак не может забыть свое детство? <br />Don't even hope…«Даже не налейся.» <br />Чем сильнее Мюс возбуждалась, тем больше она начинала употреблять английских слов. <br />- Все наоборот. Инфантильный дурачок - это ты. За исключением тех редких минут, когда я помогаю тебе побыть Пикачу, ты просто дикарь и nonentity«Ничтожество.», understand, нет? <br />- Нет, - сказал Степа. - Можно яснее? <br />- В цивилизованном мире человек должен поддерживать общество, в котором живет. Интенсивность потребления сегодня есть главная мера служения социуму, а значит, и ближнему. Это показатель… Как это по- русски… social engagement«Социальная вовлеченность.». Но в постиндустриальную эпоху главным становится не потребление материальных предметов, а потребление образов, поскольку образы обладают гораздо большей капиталоемкостью. Поэтому мы на Западе берем на себя негласное обязательство потреблять образы себя, свои consumer identities, которые общество разрабатывает через специальные институты. Понимаешь? <br />- Нет, - честно признался Степа.
Мюс несколько секунд щелкала пальцами, подыскивая слова. <br />- Вспомни свой накрученный и навороченный «Геландеваген», - нашлась она. <br />- Какой «Геландеваген»? Я что, полковник ГАИ? - обиделся Степа. - У меня спецбрабус, пора бы привыкнуть. <br />- Ага! Вот видишь? Ты ведь потребляешь не его. Ты потребляешь образ себя, ездящего на нем… <br />Только тут Степа понял, что она хотела сказать. Она была права. <br />Как всегда, он чувствовал что-то подобное, но не мог облечь в слова. <br />- Но это, извини, уровень spiritual mediocrity, - продолжала Мюс. - Это потребление образов, связанных с материальными предметами. Если вы, русские, хотите когда-нибудь по-настояшему влиться в великую западную цивилизацию, вы должны пойти гораздо дальше. Ты спросишь, как это сделать? Посмотри на меня. Посмотри на мир вокруг. Послушай, что он тебе шепчет… |Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}
{{Q|Цитата=[Жора] Говорил, что заново открыл для себя Библию. Помню, с удивлением повторял: «Со всеми заповедями согласен! Вот только не пойму, почему любовь грех…»|Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}
{{Q|Цитата=По ее настоянию Степа поехал на обследование в Германию. В результате он разуверился в медицинской науке: он понял, что разница между дешевым русским доктором, недоуменно разводящим руками, и дорогим немецким, делающим то же самое, заключается в том, что немецкий доктор может перед этим послать говно пациента в специальной двойной баночке авиапочтой в другой город, а затем получить оттуда сложную диаграмму на пяти страницах с какими-то красно-зелеными индикационными полосками, цифрами, стрелками и восклицательными знаками. Разница в деньгах уходила на оплату труда людей, занятых в производстве этого глянцевого высокотехнологичного продукта, а само движение докторских рук было одинаковым. К тому же в обоих случаях речь шла о самых лучших докторах, поскольку они недоуменно разводили руками вместо того, чтобы назначить курс каких-нибудь губительных процедур.|Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}
{{Q|Цитата=- Все существенные социальные перемены, - сказала она, - очень быстро отражаются в фольклоре. То, что происходит сейчас в России, затрагивает один глубинный, можно сказать, архетипический пласт... <br />- Эта тема, - продолжала Мюс, - столкновение двух исконных начал русской души. Одно из них - доброе, лоховатое, глуповатое, даже придурковатое, словом, юродивое. Другое начало - наоборот, могучее, яростное и безжалостно-непобедимое. Сливаясь в символическом браке, они взаимно оплодотворяют друг друга и придают русской душе ее неиссякаемую силу и глубину. <br />- Вот тут и начинается самое интересное, - ответила Мюс. - Лоховатое начало в русском городском фольклоре много лет было представлено разваливающимся «Запорожцем». А непобедимое начало - бандитским «Мерседесом-600», в зад которому «Запорожец» врезался на перекрестке, после чего и начинался новорусский дискурс. В чем символическое значение перекрестка, объяснять не надо - это и крест Господень, и распутье, и роза ветров… Есть много причин, по которым народная душа вступает в брак с собою именно на перекрестке.... <br />- Важно здесь то, что сегодня этот символический брак происходит в новой форме. Социологи еще ничего не поняли, а фольклор уже отразил случившуюся перемену. Она видна в анекдоте про шестисотый «Мерседес» и черную «Волгу». Как следует из его анализа, оба исконных начала - лоховатое и непобедимо-могучее - получили в народной ментальности новые репрезентации. Эта революция в сознании и есть парадигматический сдвиг. Я понятно говорю? <br />- Нормально, - сказал Степа. - А что за анекдот такой? <br />- Ну как же, - ответила Мюс. - Шестисотый «Мерседес» врезается на перекрестке в зад черной «Волге» с тонированными стеклами. Бандит выскакивает из «Мерседеса», начинает прикладом крушить стекла в «Волге» и видит в ней полковника ФСБ. «Товарищ полковник, я все стучу, стучу, а вы не открываете… Куда деньги заносить?» <br />Степа не засмеялся, а наоборот, сразу пригорюнился. Мюс добавила:
|Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}
{{Q|Цитата=Вдруг Степины мысли по какой-то причине переключились на половую жизнь приматов. Он вспомнил любопытный рассказ Мюс: оказывается, в стаде шимпанзе было три вида самцов - Альфа, Бета и Гамма. Самыми сильными были Альфа-самцы. Бета-самцы были послабее, но совсем чуть-чуть, поэтому все время соревновались с Альфами. А Гамма-самцы были настолько слабее, что никогда не лезли в драку. В результате получалась интересная картина: пока Альфы с Бетами мочили друг друга в кустах, выясняя, кто круче, Гаммы оплодотворяли большую часть самок в стаде.|Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}
{{Q|Цитата=За все свои дары человечеству, говорил Жора, капитал хочет совсем немного - чтобы мы согласились забыть себя, играя простые и ясные роли в великом театре жизни. Но где взять на это сил? Здесь, полагал Жора, может помочь только стоицизм. Сила обретается в постоянстве внутреннего жеста, который может быть произволен, но должен переживаться на сто процентов всерьез… И слово у него не расходилось с делом. Единственное, в чем я иногда по-товарищески упрекал его, это в том, что он чересчур полагается на своих концепт-стилистов, хоть все они были художники с мировыми именами. Жора, говорил я ему, ну посмотри, во что они тебя превратили! Как ты не понимаешь, что современный художник - просто презерватив, которым капитал пользуется для ритуального совокупления с самим собой? Почему ты так слепо веришь этим штопаным гандо… <br />- И что он отвечал? - торопливо перебила женщина. <br />- Он смеялся. В этом и дело, говорил он. Смысл жизни только в самовыражении. Но у бизнесмена не может быть иной самости, кроме капитала. А лучшие формы самовыражения капитала дает современное искусство. Так почему не сделать произведением искусства всю жизнь, превратив ее в непрерывный хэппэнинг? Я спрашивал - но зачем же именно так? А он говорил - помнишь, как это у Пастернака: «И чем случайней, тем вернее…» С ним невозможно было спорить на эту тему, за ним надо было записывать, записывать, записывать…|Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}
{{Q|Цитата=«Ну и жизнь у нее [у рыбки в аквариуме], - подумал Степа. - С одной стороны доска, где таких, как ты, разделывают. С другой стороны стойка, где таких как ты едят. Куда ни погляди, или то, или это. У рыб память - три минуты. Но даже это, наверно, не спасает, потому что с одной стороны все время режут, а с другой все время едят. Все как у людей. Плавает посередине, мечет свою икорку и надеется, что дети будут жить лучше… А я еще о чем-то ее прошу».|Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}
{{Q|Цитата=- Все как у нас… Человек всю жизнь горбатится на страну, а что потом имеет? Это самое и имеет…|Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}
{{Q|Цитата=Жизнь менялась. Бандиты исчезали из бизнеса, как крысы, которые куда-то уходят перед надвигающимся стихийным бедствием. По инерции они все еще разруливали по дорогам на вульгарно дорогих машинах и нюхали героин в своих барочных дворцах, но все чаще на важную стрелку с обеих сторон приезжали люди с погонами, которые как бы в шутку отдавали друг другу честь при встрече - отчего делалось неясно, можно ли вообще называть такое мероприятие стрелкой.|Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}
{{Q|Цитата=- Чубайка, хотите я напомню, как в России началась новая эпоха? <br />- Попробуйте, Зюзя. <br />- Сидел русский человек в темном сарае на табуретке. Сарай был старый и грязный и ужасно ему надоел. Русскому человеку говорили, что он сидит там временно, но он в это не верил, потому что помнил - то же самое говорили его деду с бабкой. Чтобы забыться, русский человек пил водку и смотрел телевизор. А по нему шли вести с полей, которые тоже страшно ему надоели. <br />- Разве не жуть, Зюзя? <br />- Однажды телевизор показал огромный светлый дом с колоннами, каминами и витражами, с красивой мебелью и картинами. А потом, Чубайка, на экране появились вы. На вас был этот же самый смокинг и бабочка. Вы попросили зрителя ответить на вопрос, где лучше - в грязном старом сарае или в этом огромном светлом доме? <br />- И что ответил русский человек, Зюзя? <br />- Русский человек ответил, что лучше, конечно, в огромном светлом доме. Вы сказали, что такой выбор понятен, но путь туда непрост, и плата будет немалой. И русский человек согласился на эту плату, какой бы она ни была. <br />- Продолжайте, Зюзя. <br />- И тогда, Чубайка, вы открыли русскому человеку страшную тайну. За право находиться в этом доме ему придется стать табуреткой самому, потому что именно так живет весь мир, и людей этому обучают с детства… <br />- Ну и? <br />- А когда русский человек перекрестился и действительно стал табуреткой, вы объяснили, что в стране сейчас кризис. Поэтому огромных светлых домов на всех не хватит. И ему, то есть как бы уже ей, временно придется стоять в том же самом сарае, где и раньше. Но только в качестве табуретки. <br />- Интересно излагаете, Зюзя. И что дальше? <br />- А затем уже без всяких объяснений на табуретку уселась невидимая, но очень тяжелая задница, которая на своем языке разъяснила бывшему русскому человеку, что не следует интересоваться, чья она, потому что у табуреток тоже бывают проблемы. А лучше подумать о чем-нибудь другом. Например, о том, какая у него, то есть у нее, национальная идея… <br />- Вот. Наконец-то мы добрались до темы сегодняшней передачи, - сказал Чубайка, повернулся к телезрителю, и камера дала его крупным планом, оставив Зюзю за кадром. - Здравствуйте, дорогие россияне! Меня зовут Чубайка. А это, как вы догадались, Зюзя. Вообще-то он не такой дурень, каким мог показаться, но до него все слишком медленно доходит. Он не понимает, что табуретка в нынешних условиях молиться должна, чтобы привлечь к себе инвестора. А какой инвестор захочет, чтобы его называли задницей? Кстати, Зюзя, вы с рыночной точки зрения табурет никакой. Скрипите сильно - это я вам как единственный реальный инвестор говорю…|Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}
{{Q|Цитата=Эпоха и жизнь были настолько абсурдны в своих глубинах, а экономика и бизнес до такой степени зависели от черт знает чего, что любой человек, принимавший решения на основе трезвого анализа, делался похож на дурня, пытающегося кататься на коньках во время пятибалльного шторма. Мало того, что у несчастного не оказывалось под ногами ожидаемой опоры, сами инструменты, с помощью которых он собирался перегнать остальных, становились гирями, тянувшими его ко дну. Вместе с тем, повсюду были развешены правила катания на льду, играла оптимистическая музыка, и детей в школах готовили к жизни, обучая делать прыжки с тройным оборотом.|Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}
{{Q|Цитата=- На великой Евразийской равнине почти нет препятствий для мороза, ветра и засухи, для марширующих армий и мигрирующих орд. Когда-то здесь простирались огромные азиатские царства - Иранское, Монгольское… Когда они ушли в прошлое, их место заняла Московия, которая расширялась несколько столетий, пока не стала огромнейшей в мире империей. Подобно приливу, она растекалась сквозь леса и бесконечные степи, кое-где заселенные отсталыми кочевниками. Встречая сопротивление, она останавливалась, как это делает прилив, чтобы набрать сил, и затем продолжала свое неостановимое наступление… <br />- Только у далеких границ это плато упирается в горные барьеры, - продолжал Простислав. - Снежные вершины Кавказа, Памир, крыша мира (Степа представил себе огромного капитана Лебедкина из снега, гранита и льда), Алтай, Саяны и Становой хребет, которые формируют естественную границу Китая. Разве может народ, чей горизонт так же бесконечен, как Евразийская равнина, не быть великим и не мечтать о величии?|Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}
*{{Q|Цитата=- Запомни, Малюта, - сказал он. - Медицина утверждает, что пидарасы бывают трех видов; - пассивные, активные и актуальные. Первые два вида ведут себя так потому, что такова их природа, и к ним претензий ни у кого нет. А вот третий вид; - это такие пидарасы, которые стали пидарасами, потому что прочли в журнале «Птюч», что это актуально в настоящий момент. И к ним претензии будут всегда. Понятно?... <br />Я понимаю, что вы хотите сказать, Степан Аркадьевич, спокойно ответил Малюта. Но мне кажется, что картина несколько сложнее. Есть еще более страшный вид пидарасов, четвертый. Это неактуальные пидарасы. Именно сюда относятся те пидарасы, которые выясняют, что актуально, а что нет в журнале Птюч. Кроме того, сюда относятся постмодернисты. О чем я, собственно, и пытался вам сказать...|Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}
{{Q|Сейчас в Китае дожидаются момента, когда временная администрация северной трубы снизит численность населения прилегающих территорий до пятидесяти миллионов человек, после чего великое учение о пути Дао придет наконец на бескрайние просторы Евразии в полном объеме… <br />Он не испытывал праведного гнева по поводу снижения численности населения, потому что знал - дело здесь не во временной администрации северной трубы. Во всем мире белые консумер-христиане прекращали рожать детей, чтобы поднять уровень своей жизни. Причем от уровня жизни это не зависело, а зависело только от навязчивого стремления его поднять. «Вот так Бог посылает народы на хуй», - шутил по этому поводу один его знакомый, придумавший даже специальный термин для обозначения этого процесса - «консумерки души». Но если уж идти в этом направлении, думал Степа, то хотя бы в хорошем обществе. Хотя опять-таки было не очень понятно, чего в нем такого хорошего. Словом, это была непростая тема.|Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}
{{Q|Цитата=Но постмодернизм вообще-то уже давно не актуален. <br />- Что это такое - постмодернизм? - подозрительно спросил Степа. <br />- Это когда ты делаешь куклу куклы. И сам при этом кукла. <br />- Да? А что актуально? <br />- Актуально, когда кукла делает деньги.|Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}
{{Q|Цитата=«Откуда в русском человеке это низкопоклонство, это генетическое холопство перед властью? - думал он. - Непонятно. И ведь самое забавное, что мы хорошо эту свою особенность знаем. Даже слово «ментальность» научились говорить. Только куда девается то, что мы понимаем про свою ментальность, когда эта самая ментальность включается по первому ментовскому свистку? Говорят - умом Россию не понять. А почему? Да очень просто. Когда это самое начинает шевелиться в душе, ум сразу уезжает в Баден-Баден. А когда отпуск берет это самое, ум возвращается и делает вид, что ничего не было, и у нас тут чисто Европа, просто медведи белые. Каждый, кто здесь родился, все понимает до мельчайших подробностей. И все равно попадает по полной программе… Сэ ля мы».|Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}
{{Q|Цитата=На улице был первый день весны. Это становилось ясно сразу. Светило солнце, небо было голубым и чистым, и, главное, в воздухе чувствовалось что-то такое, из-за чего сердцу, несмотря ни на что, хотелось жить дальше. Сердце понимало - есть из-за чего. Степа улыбнулся и вдруг почувствовал себя толстовским дубом, старым деревом из «Войны и мира», которое просыпается к жизни после зимней спячки, чтобы вновь зазеленеть в тысячах школьных сочинений. Все, что он чувствовал в эту секунду, было совсем как в великом романе, за одним исключением - за прошедшие полтора века русский дуб заметно поумнел.|Автор=|Комментарий=|Оригинал=}}
 
{{Виктор Пелевин}}
 
[[Категория:Прозаические произведения]]
[[Категория:Литературные произведения по алфавиту]]
[[Категория:Романы Виктора Пелевина|Generation «П»]]
[[Категория:Литературные произведения на русском языке]]